нужной и актуальной для этого мира грамматике
. По итогу вышло
, что на все эти попытки у меня ушло порядка двух часов и четырёх десятков листов
, которые громадной скомканной горкой под столом
. Этот случай меня сильно позабавил
, но стал большим уроком
, что нужно иногда подавлять старые привычки
, которые могут только помешать в дальнейшей жизни
. — Владимир!
— Слушаю вас, ваша светлость. — проговорил мгновенно показавшийся из-за двери мужчина, поправляя выбившиеся из причёски волосы: — У вас есть ко мне поручение?
— Правильно, Владимир. — я глазами указал подойти поближе к столу: — Выполнить ты должен будешь его сам, ибо ценность большая. — на столе перед помощником показался конверт с письмом: — Езжай на телеграфную станцию и передай сообщение в Нижний Новгород на указанный адрес. Доплати конторе за срочность. Мне нужно, чтобы гость прибыл как можно быстрее, так что деньги не экономь. Если будут брыкаться, дескать все почтальоны заняты, то именем моим лучше лишний раз не свети и заткни их монетами. Понял меня?
— Конечно, господин. Разрешите выполнять?
— Ступай. Сделай всё как можно быстрее.
Глава 6
Сидеть в ожидании дорогого гостя я просто так не мог. Нужно было потратить время ожидания с максимальной пользой, а потому я отправился погостить к одному важному человеку — не только Томска, но и всей Сибири. Нет, он не был губернатором или любым другим аристократом, он вовсе не относился к высшему сословию. Человек этот принадлежал к той особенной коммерческой жилке русского общества, которую принято называть «купечеством». Сколько бы ни были прекрасны мои контакты среди дворян, но если я собрался и дальше запускать свои щупальца в область крупного производства, то без купеческой помощи обойтись мне будет крайне сложно. Всё же мало кто из дворян имел выход к иностранным рынкам, чего нельзя было сказать о купцах первой гильдии, которым, согласно законодательству, было позволено не только торговать на иностранных рынках, но и иметь полноценный собственный торговый флот для ведения бизнеса. Вот и пришлось мне переступить через дворянскую «гордость» и прибыть в дом человека сословием ниже.
Моя карета остановилась подле двухэтажного особняка из тёмного голландского кирпича — по виду не дворянской усадьбой, но и далеко не нищенским лабазом. Это был дом так называемого «нового богатства». Если дворяне предпочитали отдавать честь традиции, строя дома в старых стилях, то хозяин этого здания явно шёл в ногу со временем. Вход на украшенную и аккуратно обслуженную территорию перекрывали мощные чугунные ворота, а в вечерней полутьме всё близ ворот освещали два высоких электрических фонаря. За решёткой же ворот наблюдались очертания бензинового автомобиля — редкой роскоши на сибирских просторах, поставляемой за большие деньги только с Московской и Киевской машинных фабрик. Всё же машиностроение в этом мире было ещё не столь сильно развито, и двигатели внутреннего сгорания, а уж в сибирском регионе отыскать дорогостоящий автомобиль было сложнее, чем иголку в стоге сена.
Встретило моё небольшое посольство трое: лакей с двумя боевиками за спиной. Бойцы были подобны двум дубам, и каждый держал на поясе кобуру с револьвером и длинной деревянной дубинкой, центр которой наверняка был высверлен и заменён свинцом. Молчаливый же лакей был в простом строгом сюртуке, без всякой позолоты, ливрей и любых других украшений. Однако ткань одежды слуги была отличной, можно даже сказать элитной, а это говорило о большой казне купца, которую выставляли лишь частично, не пытаясь в открытую помпезничать.
Меня провели в просторный кабинет, внутри которого пахло кожей, крепким табаком и влажной свежей газетной бумагой. За массивным краснодеревным столом, укрытым многочисленными блюдами, сидел хозяин — Семён Игнатьевич Горохов, купец первой гильдии, владелец громадного торгового флота и нескольких предприятий, раскинутых по всей Сибири и даже американских колониях.
Горохов, заметив моё появление, быстро поднялся и с доброй улыбкой протянул ладонь для рукопожатия. Купец был мужчиной плотного сложения, примерно пятидесяти лет отроду, с густой, но искусно подстриженной цирюльником бородой, в которой уже пробивались седеющие волоски. Что удивительно, так это то, что его крупные жилистые руки были вовсе без украшений, но с желтоватым табачным следом от множества выкуренных трубок и плотных свёртков сигар.
Купец был одет дорого — в тёмно-синий сюртук из прекрасного английского сукна, без узоров, но идеально посаженный по мощной фигуре. Под ним был жилет из тонкой шерсти, под которым угадывалась белоснежная сорочка с высоким жёстким воротничком.
— Приветствую вас, князь! — добродушно приветствовал меня мужчина, крепко сжимая мою ладонь. — Признаюсь честно, ваше сиятельство, не ожидал вашего личного визита! Изволите со мной искушать или сразу хотите к делу перейти? — Мужчина перевёл взгляд на пузатую бутылку, этикетку которой покрывали многочисленные надписи на немецком языке. — Лучший техасский виски, ваше сиятельство. Лучшего вы по всей Сибири найти не сможете.
— Наливай, Семён Игнатьевич, с радостью отопью твоего пития.
Мужчина собственноручно разлил алкогольный напиток по резным хрустальным стаканам, заполнив ёмкости едва ли на два пальца. Впрочем, этого было достаточно для того, чтобы распробовать виски. Он был действительно вкусным, пусть большим любителем я точно не был.
Что было удивительно для меня, так это факт того, что известный мне Независимый Штат Техас всё больше был населён немецкоязычными народами, вышедшими из разделённых германских государств, Швейцарии, Голландии и Австрии. Именно они заселили сей южный штат, представляя теперь ключевую группу, отчего и официальным языком штата являлся именно что немецкий, прямо со всеми вытекающими.
— Вкусно. Действительно вкусно, — степенно кивнул я, салютуя хозяину дома своим стаканом. — В Техасе действительно умеют делать хороший алкоголь.
— Лестно слышать. Я думал вложиться в один из их заводов или вовсе выкупить технологию и поставить заводик где-то… — Горохов сделал неопределённый жест рукой. — Да всё в той же Кубани. Но это лишь мечты, а мы живём в реальном мире, так что перейдём в область дел насущных. Сомнительно, что вы прибыли в мой дом с личным визитом приятного разговора ради.
— Всё верно, — я сел как можно более расслабленно, готовясь к разговору с прожжённым коммерсантом, читающим своих собеседников едва ли не как открытую книгу. — Сейчас в моих руках находятся семейные средства, а деньги любят движение, отчего держать монету в казне не стоит. Потому я и хочу вложить средства в производство. Затем мне и нужна помощь, Семён Игнатьевич.
— Желаете открыть новую фабрику? Удивительно, сколь сильно вы отличаетесь от своего отца.
