фюрер и канцлер Третьего Рейха.
В это время здесь сложилась странная ситуация, которую историки впоследствии назовут «бег к морю». Пытаясь обойти и окружить друг друга, воюющие армии все больше смещались к северу, пока не уперлись в берег Северного моря.
Результатом этого «бега к морю» стало позиционная война. 700 километров фронта от Северного моря до границы Швейцарии превратились в густые ряды колючей проволоки и бесконечные траншеи, в которых солдаты прятались от артиллерийского и пулеметного огня и мокли под дождем, страдая от тифа и дизентерии. Прорвать оборону атаками пехоты было совершенно невозможно ни той, ни другой стороне: атакующих просто сметало огнем артиллерии и пулеметов.
Французы перебрасывали сюда новые полки из африканских и азиатских колоний. Вслед за англичанами воевать отправились канадцы, австралийцы и новозеландцы. Здесь были шотландцы и ирландцы, марокканцы и сенегальцы, арабы и вьетнамцы. И всей этой разноязыкой массе предстояло месить грязь в окопах, ходить в бессмысленные атаки против немецких пушек и пулеметов и отбивать столь же бессмысленные атаки врага.
Война уже выкатилась за пределы Европы. Неожиданно войну Германии объявила Япония. Чтобы порадовать население, японская пропаганда шла на поистине головокружительное вранье. Плакаты сообщали, что армия Японии громит немцев в Сибири и уже освобождены Владивосток и Благовещенск… В реальности Япония всего лишь начала осаду Циндао – немецкой военно-морской базы в Китае.
В театры военных действий превращались Балтийское, Северное, Средиземное моря и Атлантический океан, где на моряков наводило ужас еще одно новое оружие – подводные лодки. Лучший в мире английский флот оказался бессилен перед немецкими субмаринами, которые беспрепятственно уничтожали крупные британские корабли.
Недолго оставались мирными и воды Черного моря. В столице Османской империи Стамбуле уже работала миссия немецких военных советников, которая готовила турецкую армию к нападению на Россию. В Черное море вошли германские крейсеры «Гебен» и «Бреслау». И хотя над ними были подняты турецкие флаги, все офицеры и матросы на кораблях были немцами.
В конце октября 1914 года турецкие корабли скрытно подошли к Одессе, Севастополю, Феодосии и Новороссийску. По мирным городам ударили орудия.
Россия немедленно объявила войну Османской империи, и в ноябре русские войска на Кавказе перешли турецкую границу. Открылся третий фронт – Кавказский.
Ноябрь 1914 года. Белоруссия
Командир 3-го эскадрона лейб-гвардии Конного полка, ротмистр Петр Врангель, уже больше месяца вместе со своим эскадроном находился в резерве. Сидеть в маленьком городке, когда где-то идут жестокие бои, для него было мучительно. Но – приказ есть приказ. И он, сжав зубы, бесконечно обстругивал цветные карандаши, добиваясь безукоризненной остроты грифеля, – это немного успокаивало. Но раздражал рапорт одного из подчиненных, лежащий на столе. В дверь постучали, и явился автор рапорта – юный корнет. Щелкнул каблуками:
– Корнет Белосельский-Белозерский по вашему приказанию…
– Что это? – Врангель повернул к нему бумагу. – Объяснитесь!
Корнет, сделав полшага вперед, заглянул в документ и снова встал по стойке «смирно»:
– Мой рапорт! Я ходатайствую о переводе на Кавказский фронт. Мне надоело сидеть в резерве, и я хотел бы…
Врангель перебил его, вкрадчиво поинтересовавшись:
– …получить Георгия? А если и на Кавказе прикажут оставаться в резерве, вы что же, на флот попроситесь?
– Никак нет! Я хочу воевать, и поэтому…
– И поэтому вы хотите быть там, где хочется вам, а не там, где в вас нужда, – язвительно закончил Врангель.
Корнет по-мальчишески обиделся:
– Мой долг солдата…
– Долг солдата – выполнять приказ! – взорвался Врангель, ударив кулаком по столу так, что подскочил и рассыпался штабель остро отточенных карандашей. – А мы к тому же гвардия! Прикажут «шашки к бою» – пойдем в атаку, прикажут ухаживать за ранеными – станем санитарами, прикажут остаться в резерве – будем ждать своей очереди!
Корнет растерялся. Он еще не видел начальника в таком гневе.
– Петр Николаевич, я же…
– Знаю. Все знаю… – устало перебил его Врангель. Вспышка гнева уже прошла. Он встал из-за стола, подошел к корнету и, глядя в его испуганные глаза, мягко сказал:
– Нам всем сейчас тяжело. Одному Богу известно, чем закончится эта война для России, но я точно знаю, что от немца страна не погибнет. Погубят ее люди, которые не окажутся на своем месте, когда в них нужда будет именно там.
Корнет, густо покраснев, опустил голову:
– Виноват. Я воевать хотел…
– Еще навоюетесь, юноша. Боев, крестов и крови хватит и на вас. На всех хватит. В этом не сомневайтесь и молите Бога, чтобы не было «чересчур». Так что…
Выбрав из рассыпавшихся карандашей красный, Врангель жирной чертой перечеркнул рапорт и скомандовал:
– Круууу-гом!
Корнет четко, по уставу, развернулся. Врангель добавил вполголоса:
– Немцы начали наступление на Лодзь. Уже скоро… Шагом марш!
Корнет строевым шагом вышел из комнаты.
Под городом Лодзь Гинденбург вновь попытался окружить русские войска, создав на главном направлении троекратное превосходство по численности. Но этот напор вновь разбился о героизм русских солдат. Русские оставили Лодзь, но большего немцы добиться не смогли.
Битва длилась месяц. 160 тысяч убитых, раненых и пленных немецких солдат. 110 тысяч русских. Результат – почти нулевой: войска остались практически на тех же позициях.
А XX век все пополнял армии новыми видами вооружений – в боях за Лодзь русские впервые активно использовали бронеавтомобили.
Защитить автомобиль броневыми листами первым предложил американский изобретатель Пеннингтон. До начала войны от этого изобретения успели отказаться военные в Англии, Германии и в других странах.
Но опыт Русско-японской войны 1904 года показал необходимость самоходной машины, которая могла бы вести огонь из пулемета и была бы сама защищена от пуль. И в 1906 году в России были изготовлены экспериментальные бронированные машины, которые имели вращающуюся башню с установленным в ней пулеметом.
Конструкция этих броневиков постоянно совершенствовалась, и в августе 1914 года в Петрограде начала формироваться 1-я автомобильная пулеметная рота. В октябре машины, обшитые броней, вооруженные пулеметами и даже легкими пушками, отправились на фронт.
Это изобретение оказалось очень эффективным в бою. Под городом Лович всего четыре бронемашины позволили без потерь отступить тысячам русских солдат. Их пулеметы и пушки просто не дали немцам приблизиться к переправе. А когда русские войска перешли реку, экипажи бронеавтомобилей взорвали мосты и присоединились к своим.
На австрийском фронте русские войска подошли к Кракову и прорвались к карпатским перевалам.
В этих боях отличился человек, который спустя три года станет одним из самых известных людей в России. Начальник 48-й пехотной дивизии, генерал-майор Корнилов.
Корнилов Лавр Георгиевич (1870–1918) – сын простого казака. Выполнял разведывательные миссии в Афганистане, Китае и Иране. Обладал феноменальной
