И тут, наконец, появился мистер Длинноут…
— Он появился однажды вечером, — сказал Эвра. — Просто вдруг выступил из темноты, приблизился к моей клетке и долго стоял, наблюдая за мной. Ни слова не сказал. И я тоже. Тут подошел владелец цирка. Он не знал мистера Длинноута, но решил, что тот богатый человек и захочет купить меня. Поэтому он сообщил цену и отошел в сторонку, ожидая ответа. Мистер Длинноут несколько минут молчал. А потом вдруг схватил владельца цирка левой рукой за шею. Пальцы его сжались, и владельцу цирка пришел конец. Он замертво упал на пол. А мистер Длинноут отпер дверцу моей клетки и сказал: «Идем, Эвра». Мне кажется, мистер Длинноут умеет читать чужие мысли, а то откуда бы он узнал, как меня зовут.
Эвра замолчал. И взгляд у него вдруг стал какой-то отстраненный.
— Хочешь, я покажу тебе кое-что интересное? — спросил он, наконец, снова став прежним Эврой.
— Конечно, хочу! — сказал я.
Он повернулся ко мне лицом, высунул язык, вытянул его и запихнул себе в нос.
— Вот это да! Классно! — радостно завопил я.
Эвра спрятал язык и широко улыбнулся.
— У меня самый длинный язык в мире, — сказал он. — Если бы у меня был нос пошире, я бы просунул язык в ноздрю, потом в горло и снова высунул бы его изо рта.
— Не, так бы ты не смог! — засмеялся я.
— Может, и нет, — согласился он, усмехаясь, — но, по-моему, и так неплохо.
Он снова высунул язык и облизал ноздри. Это было не очень приятно, зато забавно.
— Фу, я такой мерзости еще не видел! — сказал я, не переставая смеяться.
— Небось, хотел бы сам так, а? — сказал Эвра.
— Даже если б я умел так делать, то все равно бы не стал, — соврал я. — У тебя, наверное, весь язык теперь в соплях?
— У меня нет соплей, — сказал Эвра.
— Что, правда, нет соплей?
— Правда. У меня не такой нос, как у тебя. В нем нет ни соплей, ни козявок, ни волосков. Если у меня что и чистое, так это ноздри.
— А какие они изнутри на вкус? — спросил я.
— Лизни брюхо моей змеи — узнаешь, — ответил он. — Оно такого же вкуса.
Я засмеялся и сказал, что мне не настолько это интересно!
Позже, когда мистер Джутинг спросил, что я успел сделать за день, я просто ответил:
— Нашел себе друга.
ГЛАВА 10
Мы провели в цирке уродов уже два дня. Днем я помогал Эвре, а ночью слушал мистера Джутинга, который рассказывал мне о вампирах. Теперь я ложился спать раньше, чем обычно, примерно в час или в два ночи.
Я по-настоящему подружился с Эврой. Он был старше меня, но более робким — наверное, из-за того, что с ним произошло в детстве, — так что нам было хорошо вместе.
На третий день вечером я оглядел палатки и фургоны, и мне вдруг показалось, что я живу в цирке уродов уже много лет.
Я стал чувствовать себя неважно из-за того, что отказывался пить человеческую кровь. Теперь я уже был не такой сильный, как раньше, и бегал гораздо медленнее. Зрение ослабло, я стал хуже слышать и хуже различать запахи. Конечно, я и сейчас был гораздо сильнее и быстрее, чем обычный человек, но все же я понимал, что силы мои тают с каждым днем.
Впрочем, мне было все равно. Лучше стать слабее, чем попробовать человеческой крови.
Однажды в полдень, сидя на траве на краю лагеря, мы с Эврой вдруг заметили какого-то человека в кустах неподалеку.
— Кто это? — спросил я.
— Мальчик из деревни, — ответил Эвра. — Я и раньше его здесь видел.
Я посмотрел на мальчишку в кустах. Он явно старался, чтобы его не заметили, но мне казалось (хоть все мои новые способности стали постепенно ослабевать), что он двигался неуклюже, как слон. Мне стало любопытно, зачем он сюда пришел, поэтому я повернулся к Эвре и сказал:
— Давай-ка повеселимся.
— Ты что-то придумал? — спросил он.
— Нагнись, я тебе расскажу.
Я сообщил ему на ухо свой план. Эвра улыбнулся и кивнул, а потом встал и притворился, будто зевает.
— Ну, я пошел, Даррен, — сказал он. — Пока.
— Пока, Эвра, — громко откликнулся я. Подождав, пока Мальчик-Змея уйдет, я тоже встал и зашагал к лагерю.
Скрывшись из поля зрения мальчика, сидевшего в кустах, я повернул налево, пригнулся и стал осторожно пробираться вперед, прячась за палатками и фургонами. Пройдя метров сто, снова свернул налево и пополз к кустам. Тут я встал на ноги и как можно бесшумнее начал подкрадываться к мальчику.
Наконец метров за десять от него я остановился. Я стоял за его спиной, так что он не мог меня заметить. Мальчик, не отрываясь, смотрел на лагерь. Глянув поверх его головы, я увидел Эвру, который был еще ближе к нему, чем я. Эвра подал мне знак.
Я опустился на корточки и застонал:
— Ой, ой, ой! Охххх!
Мальчик вздрогнул и испуганно глянул через плечо. Меня он не увидел.
— Кто здесь? — спросил он.
— Уфф, уфф, уфф… — надрывался Эвра с другой стороны от мальчика.
Мальчик быстро повернул к нему голову.
— Кто здесь? — закричал он.
— Ух-ух-ух, — громко произнес я, подражая горилле.
— Я тебя не боюсь! — заявил мальчик, отступив назад. — Кто бы ты ни был, ты просто хочешь подшутить надо мной.
— Уии-уии-уии! — завизжал Эвра.
Я потряс ветку, Эвра зашуршал в кустах, потом я бросил камешек так, чтобы он упал перед мальчиком. Мальчик вертел головой в разные стороны, как кукла, и метался туда-сюда. Он не знал, что лучше — сбежать или остаться.
— Послушай, я не знаю, кто ты, — начал он, — но я…
Эвра подкрался к нему и, когда мальчик начал говорить, высунул свой длиннющий язык и лизнул его в шею, зашипев при этом, как змея.
Этого мальчишка уже не смог выдержать. Он завопил и помчался прочь.
Мы с Эврой побежали за ним, хохоча во все горло и не переставая издавать страшные звуки. Мальчик промчался сквозь кусты боярышника и заросли крапивы, даже не заметив их, не переставая кричать и звать на помощь.
Вскоре нам надоела эта игра, и мы решили оставить его в покое, но тут мальчишка споткнулся и полетел в густую траву.
Мы остановились и стали высматривать его в высокой траве, но мальчика нигде не было видно.
— Где он? — спросил я.
— Не знаю, — ответил Эвра.
— Как думаешь, он не ударился?
— Понятия не имею. — Казалось, Эвра заволновался. — Он мог свалиться в какую-нибудь яму.
— Мальчик! — позвал я. — Ты не ударился?
Тишина.
— Не бойся, мы тебя не обидим. Мы просто пошутили. Мы не хотели…
В эту минуту позади нас раздался шелест, а потом кто-то толкнул меня в спину, и я упал на траву. Эвра тоже упал, а когда мы сели, не в силах ничего сказать от удивления, то услышали, как кто-то смеется позади нас.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
