— А почему он был такой злой? — не удержался я.
— Думаю, потому, что эти существа никак не реагировали на его издевательства, — ответил Эвра. — Ему нравилось доставлять людям неприятности, а Малый Народец никогда не плачет, не кричит, не пытается дать сдачи. Они вообще не замечали, как он над ними глумился. По крайней мере, так всем казалось…
Эвра издал странный звук, похожий на смех и на стон одновременно.
— Однажды утром Брэдли исчез. Как сквозь землю провалился. Мы поискали его, но так и не нашли, а когда пришло время уезжать, мы собрались и уехали. Никто особенно не беспокоился: многие артисты уходят из цирка и приходят в него, когда им заблагорассудится. Не в первый раз артист сбежал посреди ночи. Прошла неделя, я и думать забыл о Брэдли. В лагере появился мистер Карлиус и забрал у нас двух своих подопечных. Когда он ушел, мистер Длинноут попросил меня помочь оставшимся у нас двум созданиям в синих плащах. Я убрал у них в палатке и вокруг нее, скатал гамаки — они спят в гамаках. Свой гамак я взял именно у них, я тебе об этом еще не говорил?
Нет, об этом он еще не говорил, но я не хотел сбивать его с мысли, поэтому промолчал.
— Потом, — продолжал Эвра, — я решил почистить их котел. Он был большой и черный. Стоял посреди костра в центре палатки. Наверное, когда они готовили, вся палатка была в дыму. Котел был покрыт слоем жира. Я выволок его наружу и вытряхнул на траву остатки их последней трапезы — кусочки мяса и кости. Почистив котел, я снова занес его в палатку. А потом решил собрать объедки и отдать их Человеку-Волку. «Ничего не должно пропадать», — говорит мистер Длинноут. Подбирая мясо и кости, я заметил, что в траве что-то блестит.
Эвра отвернулся от меня и принялся рыться в своей сумке под гамаком. Когда он повернулся ко мне, в руках его был маленький золотой браслет. Он позволил мне полюбоваться им, а потом надел себе на руку. Затряс ею изо всех сил, но браслет с места не сдвинулся.
Перестав трясти рукой, Эвра снял браслет и бросил его мне. Я поймал его и внимательно рассмотрел, однако надевать не стал.
— Это тот браслет, который шейх подарил Гибкому Брэдли? — спросил я.
— Он самый, — ответил Эвра.
Я отдал его Эвре.
— Может быть, он сделал что-то особенно гадкое, — продолжил Эвра, крутя в руках браслет. — А может, они просто устали от его постоянных издевательств. Не знаю. Но с тех пор я стараюсь быть очень вежливым с этими странными существами в синих плащах с капюшонами.
— А что ты сделал с остатками… ну, с остатками мяса? — спросил я. — Закопал?
— Нет, конечно, — сказал Эвра. — Отдал Человеку-Волку, как и собирался.
Потом, заметив мой взгляд, полный ужаса, Эвра добавил:
— «Ничего не должно пропадать», помнишь?
Я молча посмотрел на него и вдруг засмеялся. Эвра тоже захихикал. Через минуту мы уже катались по полу от смеха, обняв друг друга.
— Нельзя смеяться, — простонал я. — Бедный Брэдли. Нам надо плакать.
— Я не могу смеяться и плакать одновременно, — ответил Эвра.
— Интересно, какой он был на вкус?
— Не знаю, — сказал Эвра. — Наверное, как резина.
И мы снова захохотали. Слезы катились у нас по щекам. Конечно, над этим не стоило смеяться, но мы ничего не могли с собой поделать.
Внезапно полог приподнялся, и в палатку вошел Ганс Золотые Руки.
— Над чем смеетесь? — спросил он, но мы не могли ему ответить.
Я попытался было объяснить, но всякий раз, когда я начинал говорить, меня снова разбирал смех.
Ганс покачал головой. Подождав, пока мы угомонимся, он сообщил, зачем пришел к нам.
— Мне велели вам кое-что передать, — сказал он. — Мистер Длинноут хочет вас видеть у себя в фургоне. Срочно.
— А что случилось, Ганс? — спросил Эвра, не переставая посмеиваться. — Зачем мы ему понадобились?
— Ему вы не нужны, — сказал Ганс. — Но с ним мистер Карлиус. Вот ему-то вы и понадобились.
Мы тут же перестали смеяться. Не проронив больше ни слова, Ганс вышел из палатки.
— Мистер Ка-ка-карлиус хочет нас видеть, — с ужасом выдавил Эвра.
— Я слышал. Как думаешь, что ему от нас надо?
— Н-н-не з-з-знаю, — заикаясь, ответил Эвра, хотя я прекрасно понимал, о чем он сейчас думает.
Я думал о том же самом. Мы оба думали о Малом Народце, Гибком Брэдли и огромном черном котле, полном человеческого мяса и костей.
ГЛАВА 14
Когда мы вошли, мистер Длинноут, мистер Джутинг и мистер Карлиус были уже в фургоне. Эвра дрожал, как в ознобе, но я не особо волновался. Хотя, увидев обеспокоенные взгляды мистера Длинноута и мистера Джутинга, я тоже забеспокоился.
— Заходите, мальчики, — сказал мистер Карлиус так, будто это был его фургон, а не мистера Длинноута. — Садитесь, чувствуйте себя как дома.
— Спасибо, я лучше постою, — сказал Эвра, стараясь не лязгать громко зубами.
— Я тоже постою, — сказал я, чтобы поддержать Эвру.
— Как вам будет угодно, — отозвался мистер Карлиус. Он один сидел. — Я много слышал о тебе, Даррен Шэн, — начал мистер Карлиус.
Он крутил в руках часы в форме сердечка. Когда он замолчал, я услышал, как они тикают.
— Ты храбрый парнишка, — продолжил мистер Карлиус. — Замечательный молодой человек. Пожертвовал всем, чтобы спасти своего друга. Немногие решились бы на такое. В наши дни люди стали ужасными эгоистами. Приятно сознавать, что в мире еще остались герои.
— Никакой я не герой, — буркнул я и залился краской.
— Да нет же, герой, — не уступал он. — Как еще назвать человека, который поставил на карту все ради другого человека?
Я гордо улыбнулся. Я никак не мог понять, почему Эвра боится этого милого, хотя и странного человека. В нем не было ничего пугающего. Мне он даже понравился.
— Лартен утверждает, что ты отказываешься пить человеческую кровь, — сказал мистер Карлиус. — Что ж, я тебя не виню. Это мерзкая, противная жидкость. Я сам ее терпеть не могу. Кроме, разумеется, крови ребенка. Эта кровь — настоящий деликатес.
Я нахмурился:
— У детей нельзя пить кровь. Они еще маленькие. Если выпить кровь у ребенка, он умрет.
Мистер Карлиус широко раскрыл глаза и так же широко улыбнулся.
— Ну и что? — вкрадчиво спросил он.
У меня по спине пробежал холодок. Если он пошутил, то это была очень злая шутка, которую, однако, я бы постарался ему простить (я ведь и сам только что хохотал над бедным Брэдли).
Но по выражению его лица я понял, что мистер Карлиус не шутит.
И тут я догадался, почему этого человека так боятся. Он был настоящим воплощением зла. Не просто грубым или жестоким, но настоящим злом из преисподней. Такие могут убить тысячи людей только ради того, чтобы услышать их крики.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
