переквалификацию, с которой в рамках смены экономической формации и в период роботизации столкнется большое количество работников из разных сфер экономики. Что касается государственного престижа, то рейтинг силы государства должен определяться не военной мощью, а успехами, скажем, в гонках: научно-технической, медицинской (или, как показала пандемия, фармацевтической), культурной, образовательной, космической. В космической гонке важно тоже не переусердствовать и не создать предпосылки для развития проектов космического оружия. Во избежание столь неприятного итога необходимо разрабатывать сдерживающие военную агрессию законы, контролировать производство космической отрасли при помощи независимых международных наблюдателей и организаций, а также согласовывать принципы разделения ресурсов в космосе. В случае колонизации Марса определенный процент с территории должен быть признан имуществом компании, которая первой создала возможности для колонизации и начала отправлять туда людей, а остальную часть надлежит оставить для дальнейшей конкуренции и борьбы в космической гонке. При открытии месторождения полезных ископаемых на астероидах прибыль, полученную с продаж, следует обложить общемировым налогом. Эти налоги нужно направлять в реформированную ООН, если в ней удастся перебороть коррупцию, и затем делить их между отстающими странами с контролем использования этих средств, так как снова нельзя допустить возможности для коррупционной деятельности. Помимо общемирового налога компаниям придётся платить и налоги в своих странах. Хотя, учитывая важность разработок и достижений в извлечении альтернативных ресурсов, налогообложение должно быть льготным, причём стоимость на эти ресурсы будет иметь доминантным ген научно-инновационной теории стоимости согласно первой главе, а значит, цены будут высокими, что позволит рано или поздно космическим капиталистам рассчитывать на сверхуспешный бизнес. Однако этот успех зависит от большого количества факторов: от уровня технологий, от ситуации на рынке, от экологических показателей, от готовности других компаний пользоваться новыми благами, от их материально-технической базы и т.д. Скорее всего, даже если налогообложение в странах, где базируются головные офисы, штаб-квартиры космических компаний, будет льготным, предприниматели будут проходить минимум три стадии налогообложения: общемировой налог, налог на прибыль в стране, подоходный налог. Итак, сокращение расходов из государственного бюджета на ВПК позволит государству больше средств тратить на социальную политику, а также на развитие науки, культуры, здравоохранения, образования, спорта и прочих благотворных сфер общественной жизни. Назовем эти номинальные блага, на которые государство может тратить средства вместо наращивания военного потенциала, пацифистскими благами. Остаётся лишь надеяться, что государствам действительно удастся организованно отказаться от гонки вооружений, ядерных гонок во имя пацифистских благ и гонок, описанных выше.
В конце этой главы я бы хотел подробнее очертить, какие меры в теории можно придумать, предпринять для успехов каких-либо государств в некоторых гонках, а именно в научной, образовательной, медицинской. Основной принцип заключается в том, что необходимо синтезировать государственные учреждения и частные компании, создать возможности для их сотрудничества, органичной связи, взаимодополнения. Так в научной сфере работников частных компаний следует стимулировать к сотрудничеству с вузами, то есть дозволять им преподавать не на постоянной основе, но с сохранением хорошего оклада (зарплату учёный сможет получить и от фирмы, в которой он работает, и от ВУЗа), можно разрешить частным компаниям активно использовать технологии университетов и других государственных научных учреждений, располагать там офисы и т.д.
В образовательной сфере нужно чередовать дистанционные занятия в школах, университетах и других образовательных учреждениях с очными занятиями, если, конечно, у всех обучающихся есть возможность комбинировать эти виды обучения (разве что исключением могут стать многие дети из начальной школы, родители которых заинтересованы только в проведении традиционных, очных уроков). Свободные от уроков и занятий помещения государственных образовательных учреждений можно сдавать в аренду разнообразным частным языковым школам, людям, ведущим вебинары, модным нынче коучам по огромному количеству направлений (в условиях роботизации, постиндустриального общества, роста спроса на такого рода услуги все эти люди будут востребованы), а средства, которые школы и другие учреждения получат за аренду, будут направлены на увеличение зарплаты преподавательского состава, улучшение состояния учреждений и тому подобное. Безусловно, лица, занимающиеся информационным и образовательным бизнесом, тоже могут активно применять дистанционные технологии, но всё же в силу специфики определённых услуг сделать это смогут не все, кроме того, зависит многое и от аудитории (в главе “Минархистский принцип в малом и среднем бизнесе” будет описана мера, благодаря которой инфобизнесменов и коучей, вероятно, станет ещё больше).
Что касается медицины, то в ней фармацевтические компании или частные клиники государству нужно уговорить действовать совместно с государственными бесплатными поликлиниками и больницами. Допустим, государство будет предоставлять компаниям медицинской отрасли из частного сектора помещения в государственных больницах, персонал, льготное налогообложение, разрешения на бесплатную рекламу, в том числе на транспортных средствах экстренных служб, а эти компании в обмен будут обязаны завозить новую аппаратуру, ремонтировать здания и т.п., причём жизненно необходимые услуги по здравоохранению останутся бесплатными для населения (так как селить, учить и лечить граждан государства должны бесплатно вне зависимости от степени их развития). А зарабатывать компании всё больше будут на дополнительных медицинских услугах: стоматологических, пластическохирургических и т.д. Государство сможет в таком случае больше расходовать средств на транспорт экстренных служб, оборудовать его новейшими технологиями и, конечно, увеличивать оклады медицинских работников. Короче говоря, много предстоит государству разработать подходов и вариантов в налаживании медицинской, образовательной и научной баз высшего качества, а проводить и воплощать в жизнь эти проекты с “разделением обязанностей” надо вместе с компаниями из частного сектора.
Корпоративный ББД
Государственный ББД, описанный в предыдущих главах, является необходимой, хоть и труднодостижимой мерой. Вопрос заключается в следующем: станет ли ГББД достаточной мерой для сохранения дохода людей, ставших жертвами технологической безработицы? Учитывая темпы роботизации и гипотетическое количество безработных, вряд ли мне удастся утвердительно ответить на этот вопрос. Поэтому лучше всегда готовиться к худшему и подстраиваться изначально под наиболее нежелательный сценарий развития событий. Предположим, что одним ГББД проблем не разрешить. Тогда, быть может, в странах (развитых или некоторых развивающихся) стоит ввести в сфере крупного бизнеса корпоративный ББД (далее – КББД). Данная мера должна вводиться только для тех компаний, порог роботизации которых выше установленного экономической властью уровня, т.е. грозит большой процент технологической безработицы, а задача властей – в условиях роботизации сохранять безработицу на естественном уровне. Конечно, с развитием технологий профессии будут не столько исчезать, сколько вытесняться, и на смену им придут новые профессии. Так на предприятиях будет все больше инженеров, научных сотрудников, маркетологов, административного персонала, разных менеджеров и т.п. Но если государству станет ясно, что технологическая безработица все равно является угрозой для экономики страны, то нужно определить процент от числа работников крупных компаний, которых можно сократить из-за роботизации. Допустим, дозволено сократить 35% работников, тогда 65% должны остаться и получать зарплату.
