Министерство образования и науки уполномочено устанавливать стандарты и определять стратегии в сфере образования. Изучение программ для начального и среднего образования, перечней обязательных предметов и профессиональных стандартов для учителей, показывает что в государственных стандартах в сфере образования не проводятся различия в образовании мальчиков и девочек.
В целом, нормативно-методические документы, регулирующие проектирование и реализацию учебно-воспитательного процесса в учреждениях дошкольного, начального, общего и полного среднего образования не содержат явных указаний относительно учета фактора пола, на первый взгляд, являются гендерно нейтральными. Государственные учебные программы для начальной и средней школы одинаковы для учащихся обоих полов, но по предмету «Технология» они ориентированы на традиционные гендерные представления о полотипичных видах труда для женщин и мужчин.
Вместе с тем, анализ программ и методических рекомендаций для дошкольного образования[40] показал, что некоторые элементы гендерной асимметрии присутствуют в методических рекомендациях, иллюстрациях и примерах.
В Федеральной программе развития образования[41] приоритет отдается развитию и поддержке общего образования в сельских регионах, особое внимание уделяется районам Дальнего Севера, Дальнего Востока и Сибири. Однако в программе не проводится различие между образованием мужчин и женщин в сельской местности[42].
Наиболее определенные указания относительно различий в образовании женщин и мужчин касаются сферы профессионального образования.
Закон «Об образовании» допускает некоторые ограничения по признаку пола на доступ к профессиональному образованию, если они введены в действие федеральным законом[43]. Например, ограничивается доступ женщин к профессиональному обучению в определенных областях и к конкретным профессиям, указанным в Перечне к Трудовому кодексу[44]. Эти ограничения распространяются на подготовку по профессиям «с тяжелыми и вредными условиями труда». Правоведы справедливо отмечают, что ограничения для женщин на работы во вредных и опасных производствах, при одновременном разрешении работать в этих производствах мужчинам, дискриминируют последних[45].
Законодательно также ограничен доступ женщин к ряду высокостатусных профессий наравне с мужчинами. Например, для женщин ограничивается возможность поступать в военные академии[46], на курсы летчиков, в Академию Федеральной службы безопасности (ФСБ)[47], в Академию Государственной противопожарной службы[48] и в высшие профессиональные образовательные учреждения Министерства внутренних дел[49] (при том, что только в системе МВД по данным на 05.03.2005 г. работало свыше 306 тысяч женщин. Из них около 154 тысяч – аттестованные сотрудники, имеющие специальные милицейские звания.)
Гендерная экспертиза государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования по специальности 033400 «Педагогика» (2000 г.) выявила его гендерную нечувствительность, несоответствие современному уровню научных исследований роли фактора пола в образовании[50].
Организационное обеспечение равенства доступа к образованию реализуется через сеть образовательных учреждений, экономические меры поддержки учащихся, студентов и педагогов.
Институт образования, включающий в себя все ступени, начиная с дошкольного образования и заканчивая послевузовским, представляет сложную разноуровневую систему, каждое звено которой связано с предыдущим и последующим, но одновременно является самодостаточным и решает специфические задачи.
По мнению исследователей[51], на ступени всеобщего школьного образования в СССР, а затем и России, институционально государством до конца 1990-х гг. обеспечивалось формальное равенство полов при получении образования на основе принципов общедоступности, бесплатности, обязательности, единого содержания и совместного обучения девочек и мальчиков.
Соотношение между числом девочек и мальчиков, получающих начальное и среднее образование, по официальным данным (1998 г.), оставалось паритетным: 50:50. Соотношение между числом грамотных девушек и юношей в возрасте 15–24 лет точно такое же: 50:50. При этом среди студентов самых престижных профессий – юристов и экономистов девушек было даже чуть больше, чем юношей: 56 %. В результате этого, среди занятых в экономике высшее профессиональное образование имели 22 % женщин и лишь 18 % мужчин.
Вместе с тем, нельзя не отметить, что в 90-е годы началось снижение процента охвата детей средним образованием. Этот показатель упал с 97 % в 1989 г. до 93 % в 1999 г. Примерно около одного миллиона детей в возрасте от 10 до 14 лет к началу ХХI века не посещали школу. Кроме того, некоторые данные свидетельствуют о том, что доступ к образованию и качество обучения в сельской местности заметно хуже, чем в городе. Данных о том, как повлияли эти процессы на соблюдение принципа гендерного равенства в образовании, на сегодня нет[52]. Кроме того, студенты женского и мужского пола, успешно осваивающие программу, получают от государства поддержку в виде стипендии.
Одинаковые возможности получения стипендий. Государство выделяет студентам государственных высших учебных заведений небольшие стипендии на период их обучения. В дополнение, существуют государственные стипендиальные программы для выдающихся студентов, которые не делают различия между мужчинами и женщинами.
Сокращение разрыва в уровнях образования. Согласно Конституции РФ, основное общее образование является обязательным. В российском законодательстве для женщин предусмотрены дополнительные гарантии, по-видимому, чтобы они могли продолжать свое образование во время беременности или после рождения ребенка. В частности, женщины, обучающиеся на профессиональных курсах, имеют право на получение денежных пособий во время беременности и при рождении ребенка в том же размере, что и работающие женщины, они также имеют право на академический отпуск.
Отчет о выполнении требований конвенции ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин.
РФ. Февраль 2006 г., с. 93
Составной частью гендерной политики в сфере образования является кадровая политика. Выраженная гендерная асимметрия в управлении высшим образованием, где среди ректоров ВУЗов мужчины составляют 95 %, среди проректоров – 84 %, деканов факультетов – 78 %, среди заведующих кафедрами – 74 %[53], наводит на мысль, что Министерство образования игнорирует эту ситуацию, не придает значения проблеме гендерного неравенства.
В сфере управления общего образования гендерные проблемы имеют свою специфику, связанную с низким уровнем оплаты педагогического труда, короткой «карьерной дорожкой» и степенью влияния со стороны региональных и федеральных органов власти. Но и в этой сфере закономерность гендерной асимметрии просматривается достаточно четко: гендерный баланс в пользу мужчин начинается с того уровня управления образованием, который связан с существенными экономическими и политическими дивидендами (руководство региональных комитетов и управлений, республиканских министерств образования). Среди учителей, директоров школ в целом, среди директоров средних школ в РФ женщины составляют от 59 % до 82 %. Министерство образования, региональные органы власти могут регулировать условия конкурсного замещения должностей руководителей образовательных учреждений и органов управления образованием с учетом принципа гендерного равенства, но игнорирует этот аспект управления, не придают значения проблеме гендерного неравенства в управлении отраслью. Абсолютное большинство государственных документов, регулирующих политику в сфере образования с начала 1990-х, не содержат четких указаний относительно соблюдения принципа равноправия полов, не уделяют должного внимания проблеме формирования эгалитарного сознания у учащихся, студентов, преподавателей и руководителей образования.
В результате, несмотря на многие позитивные достижения, в сфере образования сохраняются элементы дискриминации. Причины дискриминации связаны не только с современной гендерной политикой в сфере образования, но также с историческими корнями гендерного неравенства в образовании и историей развития женского образования в России в частности.
2.1.2. Истоки гендерного неравенства в образовании
Анализ истории образования в мире свидетельствует, что на протяжении нескольких тысячелетий потребность в образовании и доступность образования были невелики. Воспользуемся данными из шестой главы («Социология образования») нового учебного пособия – «Социология гендерных отношений» (2004 г.)[54]
В античные времена и средневековье уровень образования населения был крайне низким, рабы и простолюдины автоматически исключались из числа грамотных людей. Грамотные и образованные люди встречались только среди небольшого числа знати и священнослужителей. Гендерное неравенство было столь большим, что о грамотности среди женщин речь вообще не шла.
