В 1924 году в городах и селах страны действовало 17136 школ для малограмотных, в которых обучалось более 300 тысяч мужчин и 116 тысяч женщин. Наибольший гендерный дисбаланс в составе обучающихся имел место среди сельских жителей, где число мужчин, посещавших школы, втрое превышало число женщин[56].
Борьба с неграмотностью («Всеобуч») в РСФСР в первые годы Советской власти быстро дала результаты: в 1926 году грамотность среди мужчин составляла 77,1 %, среди женщин – 46,4 %.
В результате введения в стране всеобщего начального обучения (1930 г.) и семилетнего обучения (1931 г.) неграмотность женщин и мужчин в городах была в основном ликвидирована Однако в сельской местности эта проблема еще долгое время оставалась нерешенной (еще в 1939 г. число неграмотных среди сельских женщин в возрасте 9-49 лет составляло более 25 %).
Тем не менее, советскому государству в сравнительно короткие сроки удалось добиться не только относительно высоких по международным стандартам значений базовых показателей развития человеческого потенциала, но и выравнивания уровня образования мужчин и женщин. В годы первых пятилеток процесс вовлечения девушек на все ступени профессионально-технического образования шел особо бурными темпами. За период с 1927 по 1995 г. численность девушек-студенток вузов увеличилась в 28 раз, а их доля в общем числе студентов – вдвое. Но в целом, к концу 1920-х гг. проблема вовлечения женщин в высшее образование стояла довольно остро. Формально никаких препятствий для получения женщинами высшего образования не было. Однако, как констатировали сами работницы, им «мешали учиться дети, плохие жилищные условия, инертность, отсутствие желания». Руководство предприятий так же неохотно направляло девушек на учебу, считая их «ненадежным элементом: долго в производстве не наслужат, выйдут замуж, очередные отпуска, дежурить не будут и т. д.». <…> Партийные комитеты избрали административный метод ускорения темпов подготовки специалистов из числа женщин. Постановлением ЦК ВКП (б) «Женщин – во втузы, техникумы и рабфаки» (23.07.1928 г.), «О броне для девушек во втузах, техникумах и рабфаках» (22.02.1929 г.) была введена 25 %-я квота на рабфаках высших технических учебных заведений, 35 %-я квота на рабфаках текстильных институтов и техникумов.
Но положение женщин в целом оставалось более тяжелым, нежели положение мужчин. Женщины долгое время составляли большинство среди безграмотных и безработных в городах, были задавлены тяжелым бытом в деревнях, имели слабое представление о своих правах и открывающихся возможностях для самореализации на профессиональном и культурном поприщах[57].
В 1959 году доля грамотных мужчин и женщин приблизилась к абсолютной грамотности и на этом уровне установилось гендерное равенство. У женщин появились объективные предпосылки для включения в общественную жизнь наравне с мужчинами.
Государственная идеология равноправия обеспечивала формальное равенство прав женщин и мужчин при получении образования, а его бесплатность давала женщинам шансы на получение хорошего образования.
Сегодня по основным показателям образования женщины в целом не уступают мужчинам, а в ряде случаев превосходят их. По данным микропереписи 1994 года доля мужчин, имеющих высшее образование, была несколько выше, чем соответствующая доля женщин. (138 и 130 на 1000 человек). Это превышение достигнуто за счет лиц старших возрастов (старше 50 лет).
Во всех возрастных группах моложе 50 лет доля женщин с высшим образованием превышает долю мужчин. Исследователи отмечают, что на протяжении последнего десятилетия женщины неизменно обгоняли мужчин по уровню образования. По данным переписи 1989 года, высшее и среднее специальное образование имели 46 % работающих женщин и 34 % работающих мужчин. Примерно такой же разрыв сохранился к середине 1990-х годов[58].
Таким образом, на рубеже ХХI века уровень образования женщин старше 15 лет стал выше, чем у мужчин. И в обозримом будущем этот разрыв, по мнению исследователей, будет увеличиваться.
В то же время, с самого начала реформирования образования советской властью, закладывались основы гендерной асимметрии и гендерного неравенства в профессиональном образовании. (выдел. – Л.Ш.) Уже в 1920-е гг. они детерминировались различным уровнем оплаты труда в «мужских» и «женских» профессиях. В результате в конце 1980-х годов женщины составили 90 % учителей, 70 % врачей, 60 % инженеров. Среди студентов по гуманитарно-социальным специальностям в 1990-х гг. девушки и женщины составляли 67 %, зато на технических специальностях – около 30 %. Гуманитарные специальности (образование, здравоохранение, культура, социальная работа, экология, экономика) продолжали характеризоваться низким уровнем зарплаты. На специальностях, овладение которыми предполагало высокий или относительно высокий уровень заработной платы, обучалось большинство юношей (разработка полезных ископаемых – 81 %, авиационная техника – 82 %, морская техника – 80 %, наземные транспортные средства – 92 %, информатика – 73 %, строительство и архитектура – 64 %, технологические машины и оборудование – 85 %). Более того, как только та или иная специальность получала развитие на рынке труда с повышением уровня вознаграждения, среди обучающихся студентов увеличивалась пропорция мужчин. Так, в 2000–2001 у.г. на специальности «сервис» обучалось 59 % юношей и 41 % девушек, хотя еще в 1997 г. это соотношение составляло 55 % юношей и 45 % девушек[59].
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Гендерные проблемы и развитие. Стимулирование развития через гендерное равенство в правах, в доступности ресурсов и возможности выражать свои интересы/ Пер. с англ. – М.: Издательство «Весь мир», 2001 – с.1.
2
Там же.
3
Баскакова М.Е. Экономическая эффективность инвестиций в высшее образование: гендерный аспект. – М.: Гелиос АРВ, 2002.-288с.
4
Штылева Л.В. Гендерный подход в образовании: проблемы разработки и институализации // Мир образования, № 1, 2005.
5
Шведова Н.А. Просто о сложном. М.: 2002– с.12
6
Айвазова С.Г. Российская Федерация. Реализация третьей цели Декларации тысячелетия: «Поощрение гендерного равенства и расширение прав и возможностей женщин» 23.05.2003., рукопись.
7
Из Доклада экономического и Социального Совета за 1997 г., ООН, 1997.
8
Методология – это совокупность приемов и принципов получения необходимой информации.
9
Гендерный анализ: краткое руководство/составитель: Астрида Ниеманис/Региональное бюро ПРООН по странам Центральной и Восточной Европы и СНГ. 2002 – 12с.
10
Подход с позиций гендерного анализа. – Учебное пособие. GAEP, 2005. – с.160.
11
Там же, с. 2–3.
12
Кириллина А.В. Гендерные исследования в лингвистике и теории коммуникации: учебное пособие для студентов высших учебных заведений. М.: 2004 – с.9.
13
Управление и участие / Краткое изложение гендерных проблем: секторальное внедрение гендерных подходов. – М.: ПРООН, Часть II, 2001.– с. 45
14
ВБ – Всемирный Банк
15
Воронина О.А. Феминизм и гендерное равенство.-М.: Едиторал УРСС, 2004.– С. 296–298
16
СД – социально-демографические
17
Гендерные проблемы и развитие. Стимулирование развития через гендерное равенство в правах, в доступности ресурсов и возможности выражать свои интересы/ Пер. с англ. – М.: Издательство «Весь мир», 2001 – с.37
18
Подход с позиций гендерного анализа: учебное пособие. Принадлежит Status of women Canada. 2001.-с.18
19
Гендерно-чувствительная социальная работа: образование и практика: Сб. учеб. – метод. материалов Международной летней школы, Саратов, 1-14 мая 2002 г. Саратов: Изд-во Поволж. межрегион. учеб. центра, 2002.
20
Подход с позиций гендерного анализа. – Учебное пособие. GAEP – с.159
21
Гендерная экспертиза законодательства РФ (Воронина О.А., Баллаева Е.А., Баскакова М.Е., Космарская Н.П.), Поленина С.В. Гендерное равенство: Проблема равных прав и равных возможностей мужчин и женщин. 2005; Гендерная экспертиза учебников для высшей школы. Под ред. О.А. Ворониной, 2005; Смирнова А. Гендерный анализ школьных учебников. 2005; Кириллина А. Гендерные исследования в лингвистике и теории коммуникации. 2004; Ржаницина Л.С. Гендерный бюджет. 2005; Айвазова С. Гендерный анализ результатов выборов. и др.
