на каком-нибудь эсминце».
Если наша гипотеза верна, то тогда сразу становится понятна вся важность деятельности Кузнецова в Испании. Становится понятным и то, почему столь большим доверием проникся к Кузнецову и Сталин, назначив вскоре его руководить всем советским ВМФ.
Кроме этого оценим еще раз обстановку в стране басков, когда Египко вышел в океан на С-6. На борту лодки было золоте из банков северных провинций Испании и, видимо, не мало. Любопытно отметить, что Египко вначале упоминает о желании анархистов захватить золото на борту С.6,а уже потом рассказывает, как это самое золото привезли. Они (анархисты), что знали заранее, что к ним привезут золото? Командир не знал, а матросы знали!
Во-вторых, Египко не пишет, куда все же делось находящееся на борту золото, которое заполнило всю его каюту. Не затопил же он в океане лодку с золотом на борту.
Автору представляется наиболее вероятно следующая картина. Когда обстановка на Северном фронте стала критической, все имеемое у республиканцев Бильбао золото было погружено на С-6 и доставлено в Кронштадт. Переход не был сложен с точки, так как мировой войны еще не было, а флот Франко не оперировал севернее Бильбао. Затем Египко снова возвращается во Францию и перегоняет в Кронштадт уже С-2. возможно тоже с золотом. Одновременно Его товарищ Бурмистров проделывает тоже и со своей лодкой.
Итак, Египко. Судя по всему, доставил золото в Кронштадт. После выгрузки этого важного груза в Кронштадте двум наркомам Кузнецову и Берии предстояло решать немаловажный вопрос: что же теперь делать с самой подводной лодкой? Не отсылать же ее обратно в Испанию к Франко! Вводить в состав советского ВМФ испанскую «эску» тоже было нельзя, так как это вызвало бы громкий международный скандал. В то же время уничтожать новейшую субмарину в условиях начинающейся мировой войны было бы преступлением перед своим государством. Сложившаяся ситуация сама подсказывала единственное возможное решение. Оно могло быть только таким – подводную лодку сохранить, но так, чтобы о ней никто не знал. Лучшего варианта, как передать ее в подчинение ГРУ (или НКВД) в данной ситуации просто не существовало.
Эти странные испанские субмарины
А теперь познакомимся с тактико-техническими данными испанских подводных лодок того времени. Это поможет нам в нашем весьма непростом расследовании.
В 30-х годах ВМФ Испании имел 11 субмарин двух типов. Пять более старых (постройки начала 20-х годов) и меньших по водоизмещению подводных лодок типа «В», и шесть более современных и крупных по водоизмещению типа «С».
Общие тактико-технические данные наиболее интересных для нас подводных лодок типа «С» выглядели следующим образом: надводное водоизмещение составляло – 915 тонн, подводное – 1.290 тонн, полная скорость надводного хода 20, 7 узла, подводного 13, 7 узла. Ход лодке типа «С» обеспечивали два 6-циллиндровых дизеля «Виккерс дизель энджинэс» и электромоторы. Вооружение составляли 6 торпедных аппаратов (4 в носу и 2 в корме, диаметром 21 дюйм). Экипаж субмарины типа «С» насчитывал 40 человек. Обе подводные лодки, которыми довелось командовать Египко, были построены в Картахене С-2 в 1928 году и С-6 в 1929 году соответственно.
Из воспоминаний Н.Г. Кузнецова: «Подводные лодки типа «С»… не оказали существенного влияния на ход войны, хотя возможности для этого были. Действовали лодки главным образом на Севере. Сначала там базировались две лодки С-5 и С-2. Как уже говорилось, С-5 под командованием Р. Вердиа атаковала линкор, после чего лодка встала на ремонт, а ее командир, как говорилось выше, погиб. Вскоре после этого на Север было направлено пополнение из 2 лодок С-4 и С-6. В момент прихода на Север эскадры в Бильбао была только лодка С-2, которая готовилась к операциям. Как правило, подводные лодки действовали самоотверженно, но почти все их героические усилия пропали даром».
Думается, что здесь будущий нарком ВМФ многого не договорил. Судя по всему, именно героические усилия подводных лодок типа «С» не пропали даром, по крайней мере, для СССР.
Особенностью обоих типов испанских субмарин был огромный радиус боевых действий. Если относительно небольшие (в 600 тонн) лодки типа «В» могли совершать переходы в 8 тысяч миль со скоростью 10 узлов, то более крупные океанские подводные лодки типа «С» могли уже совершать трансатлантические переходы в 12.000 миль. Для субмарин 30-х годов это очень и очень много. Отметим, что на тот момент ни в одном другом государстве мира не имелось подводных лодок с такой дальностью плавания. Но для чего испанцам нужны были такие лодки?
Уроки неудачной войны на исходе Х1Х века с США за Кубу и Филиппины не прошли для испанских адмиралов даром. И хотя к 30-м годам ХХ века заморских колоний у Испании уже почти не осталась, старые имперские амбиции заставляли создавать флот, который мог бы действовать в весьма отдаленных от метрополии районах океана.
Помимо этого отметим еще одну особенность испанских субмарин. Проекты подводных лодок типа «В» и подводных лодок типа «С» разрабатывались немецкими конструкторами. Дело в том, что после поражения в Первой Мировой войне Германии было запрещено иметь собственные подводные силы. И это при том, что к концу войны германские субмарины считались самыми совершенными в мире. Разумеется, что конструкторы лучших в мире лодок не остались без работы. Чтобы обойти условия версальского мира, немецкие конструкторы были перевезены в Испанию, где они открыли «частное» конструкторское бюро. Именно это КБ и проектировало в 20-х годах лодки типа «В» и «С», которые считались на момент спуска одними из лучших в мире, да и к 40-м годам не утратили своих достоинств. При этом и по внешнему виду, и по внутренней компоновки испанские субмарины являлись прямыми продолжателями немецких подводных лодок первой мировой и предшественницами немецких субмарин Второй Мировой.
Разумеется, что оставить подводную лодку типа «С» для выполнения секретных миссий, в обстановке надвигающейся новой мировой войны было крайне соблазнительно. Во-первых, официально эта лодка давным-давно была затоплена в Атлантическом океане и ее как бы вообще, не существовало. Во-вторых, лодки типа «С» имели огромный радиус действий, и поэтому субмарина Египко, как никакая другая, могла быть использована для дальних разведывательно-диверсионных походов. В-третьих, никто никогда не смог бы доказать, что официально несуществующая испанская субмарина принадлежит СССР, так как никакой советской маркировки ни на одном из механизмов не было. Вспомним, как описывал механизмы С-2 Египко: «Сама лодка по конструкции была "интернациональной". Главное оружие корабля, итальянские торпеды, давно не проверялось, перископы были английскими, двигатели и гирокомпас немецкими». Для разведывательной субмарины это было как раз то, что надо!
