— А мы с некоторыми здесь знакомы, — Виктор натужно улыбается. — Правда, Виктория Алексеевна?
— Да, — стараюсь, чтобы голос звучал буднично.
Хотя мысленно облачаюсь в одежду спецназа, зажимаю в руке автомат и поливаю бывшего частыми очередями. А под конец еще бросаю парочку гранат.
— Давайте я провожу вас в номер. Отдохнете с дороги перед обедом, — Кинг Конгыч осторожно прикасается к плечу Эйтана, смахивая невидимую пылинку.
— Благодарю! Сначала я хочу выпить кофе. Где у вас тут бар? — отвечает Эйтан.
— Конечно! У нас в баре все сорта кофею буквально есть. А бармен вообще волшебник! Пойдемте, я составлю вам компанию. Если хотите, есть кофе, какао, чай, кофе с коньяком, ликером, коньяк без кофе, ликер без чая, — шеф увлекает Эйтана за собой в бар при ресторане.
— Ну как дела? — насмешливо спрашивает Виктор. — Надеюсь, наш номер готов? Сюрпризов не будет?
— Только приятные, — улыбается Марк.
— Не уверен, — возражает Виктор. — Зная Викторию Алексеевну, думаю, что без хаоса нам не обойтись.
— А зная вас, думаю, что нам не обойтись без занудства и глупых шуток. Впрочем, неумело шутить вы уже начали. Как смешно! — растягиваю руками уголки губ и выдыхаю, буравя бывшего ледяным взглядом:
— Ха, ха, ха.
— Подождите, можно пока не стрелять? — вмешивается в беседу Артем. — А вы что знакомы, что ли?
— Да, Виктория Алексеевна — моя бывшая жена, — улыбается Виктор, а глаза, как у змеи: холодные и неподвижные.
— Почти жена, Виктор. Почти! Мы не успели пожениться, — поправляю его я.
— Мы успели подать заявление в ЗАГС, Вика, а значит…
— Ничего это не значит, Витя.
— Для тебя, конечно! Потому что ты легкомысленная, необязательная, невнимательная, безответственная…
— А ты, — перебиваю я его, — слабак и властный муд…
— Так, подождите! — Артем поднимает руки.
Мимо проходит горничная, толкая перед собой тележку с постельным бельем. Артем хватает белоснежное полотенце, размахивает им перед нашими лицами и кричит:
— Все! Белый флаг! Видите? Перемирие! А я прошу перемирия! — он крутит полотенце над головой и танцует, напевая песню "Виа Гры", — а я хочу перемирия! Расскажи, как внутри помирить две половинки души! Там- трам-пам-па-пам!
Наткнувшись на презрительный взгляд Марка, Артем сбивается с ритма и смущенно бормочет:
— Ну как-то так.
— Я пойду тоже выпью кофе, — сухо бросает Виктор, направляясь к бару. — Еще увидимся.
— К сожалению, — шепотом отвечаю я.
И вдруг вспоминаю, что не видела, что приготовил Гаспар. Зная его артистическую натуру, доверять ему нельзя. Потому что просишь приготовить одно, но его вдруг накрывает кулинарная муза, и получается совсем другое. Спешу на кухню. За мной немедленно увязываются Артем и Марк.
Гаспар колдует над огромным блюдом, на котором важно раскинулся гигантский королевский краб на подушке из гранатовых зерен. Не дыша, Гаспар поливает краба густым красным соусом. Все работники кухни в отдалении почтительно замирают в тишине. И только одна девушка стоит рядом с шефом, внимательно глядя на его руки. На алом халате красуется витиеватая золотая вышивка: "Су-шеф".
Так вот ты какая, невеста Марка! Нечто подобное я и ожидала увидеть. Очень вычурное и совершенно безмозглое, судя по распахнутым, как у куклы, голубым глазам в обрамлении тщательно прокрашенных и расчесанных ресниц. Из-под шапочки мягко спускаются на лоб крупно завитые пряди. Остальное спрятано под белоснежным колпаком, но нетрудно догадаться, что там какая-то сложная прическа со множеством локонов. Эдакая белокурая Жози с лисьей мордочкой и алыми, в тон халату, губами. Перевожу взгляд вниз и вижу вчерашние куриные лапки, обутые в алые туфли, от которых мы с Марком прятались под кроватью. Но, честно говоря, разве нормальная женщина выдержит рядом с барином Марком? Нет, конечно! Ему именно такая и нужна. Которая регулярно находится под наркозом собственной глупости и просто не понимает, какой мужчина рядом с ней.
— Ах вот кто ворует наши плюшки! Убей ее Вика, убей! — вопит мое тело.
— Какая же ты все-таки добрая, Вика! — ехидничает мозг. — Ну, по логике вещей это мы у нее украли. Невеста Марка она, а не мы. И вообще благодаря этим красным лапкам ты вчера и познакомилась со своим овощеводом. И если бы не эта ревнивая курица, ты могла бы и не знать, какой витамин рядом с тобой прогуливается постепенно. Хотя было бы лучше, если бы мы этого не знали! Не все витамины полезны!
— Неправда! Это наш овощ! Наш подкроватный маньяк и властный деспотичный кабачковый принц! Пусть она не лезет. Мы умнее. И вообще предлагаю отбить нашего фермера у этой цыпы, — нахальничает моя тушка.
— Этого нам только не хватало! — возмущается мозг. — Мы должны о карьере думать!
— Заткнитесь! — мысленно шиплю я и обращаюсь к шеф-повару: — Гаспар, что это?
— Это самый большой деликатес! Королевский краб! Потому что времени у меня было мало. А вы сказали, что мясное с молочным мешать нельзя.
Поэтому тут ни бешамель, ни фуа-гра не приготовишь. Там же печенка со сливки! Тогда я решать запечь королевский краб целиком в горячий карамель из сладкий красный вино с гранатовый соус. Теперь мы делаем вот так, — он поливает кипящим соусом краба и закрывает блюдо серебряным колпаком. — Запечатать весь сок внутри. Чтобы краб пропитаться, пока карамель горячий. И при подаче нужно еще полить соус из гранатов и поджечь. Поэтому подавать блюдо буду лично я в его номер.
— Я тоже хочу лично в номер! — Кристина аж подпрыгивает на месте от нетерпения. — Я готовила гранатовый соус, поэтому поджигать должна я.
Гаспар бледнеет, закусывает губу и шипит:
— Подавать должен шеф-повар! Как художник! Как творец! В конце конца это называется: "Комплимент от шеф-повара". Ты шеф? Нет! Ты останешься в кухня готовить бешамель для других гость, — с этими словами он хватает подвешенный к скобам над головой сотейник, и сует в руки Кристины.
— Но… — пытается возразить Кристина.
— Или бешамель или я до конца жизни заставлять тебя резать этот ваш ужасный салат "Смерть французской кухне"!
— Это какой? — осмеливается спросить Марк.
Но делает это очень осторожно. Молодец насильник! Понял, что на этой кухне есть только один барин — сам Гаспар.
— Оливье! — с ненавистью выплевывает Гаспар.
Он решительно направляется на склад, выкатывает оттуда тележку. Аккуратно переносит на нее блюдо. Кладет рядом длинные спички, ставит бутылку красного вина, и важно выходит из кухни. Я спешу за ним. Но на пороге оглядываюсь, чтобы насладиться жалким видом Кристины.
Она, молча глотая слезы, стоит возле плиты над сотейником, активно орудуя в нем деревянной ложкой.
Глава 5. Убери клешню, королевский насильник!
— Так, ну вы пока подавайте, а я пойду проверю кое-что, — Артем, не дожидаясь лифта, спешит вверх по лестнице.
Было бы хорошо, если бы Марк тоже ушел. Но он, как назло, стоит возле лифта и явно уходить не собирается.
— Вообще-то для подачи гостю комплимента от шеф-повара достаточно самого шеф-повара и управляющего, — как бы ни к кому не обращаясь говорю я, поправляя прическу, у которой сегодня явно революция.
Непослушные пряди так и норовят выбиться из низкого "узла" на шее. Нужно было еще пару шпилек воткнуть в прическу. А я спешила, задумалась и подколола только две. Теперь расплачиваюсь лохматой растрёпанностью за невнимательность.
— У нас теперь в отеле двое управляющих, — немедленно возражает Марк.
— Ну если быть совсем точными, то трое, — поправляю его я.
— Артем не в счет, — отмахивается он. — Можете сразу вычеркнуть его из списка.
— Это почему?
— Он не создан для работы. Такой же пустой, как его мамочка.
Да уж! Сложные у них семейные отношения!
Дружной троицей — я, Марк и Гаспар, мы выходим из лифта на последнем этаже, где расположен президентский люкс, и медленно катим тележку по коридору. Причем все трое держимся за поручень. Возле двери нам приходится разделиться, и Гаспар, завладев, наконец, тележкой, вкатывает ее в номер и замирает рядом с торжественными лицом. Мимо по коридору проходит Леня. Он сопровождает гостью отеля, галантно журча:
