властвующих и подвластных, и всегда власть над более высоко стоящими подвластными имеет более высокий характер, например власть над диким зверем или над человеком; ведь свершаемое лучшими и является лучшим. Когда же одно властвует, а другое подчиняется — в этом есть их некоторое [совместное] действие»[30].
Биологический подход, однако, встречает серьезные возражения и в среде западных социологов. Ж. Гелорже, например, полностью отвергает любые аналогии человеческого общества с биологическим организмом[31]. Ж. Бюрдо подчеркивает, что «власть и общество рождаются вместе»[32]. Ж. Лапьер трактует власть как исключительный атрибут общественной организации, как социальный факт, присущий общественной группе, и выводит понятие власти из «факта принадлежности человека к группе»[33].
Рассмотрение власти как специфически общественного явления, несомненно, продвигает вперед исследование ее природы. Но те социологи, которые исходят исключительно из теории стратификации и игнорируют деление общества на более крупные социальные совокупности с противоположными интересами, закрывают для себя дорогу к пониманию сущности проблемы.
Попытки уйти от чрезмерно широкого понятия власти привели некоторых социологов к неправомерному его сужению. Мы имеем в виду концепцию, сводящую власть к влиянию и контролю. Например, Г. Саймон использует понятия «власть» и «влияние» как синонимы[34]. Наиболее крайнюю позицию занимает Ж. Бержерон, который решительно возражает против использования термина «власть», предлагая его заменить понятием контроля, обладающим, по его мнению, огромными преимуществами, к числу которых он относит и идеологическую нейтральность[35]. Такой подход фактически демонстрирует бессилие научного анализа категории власти и отвергается многими западными социологами.
Приведем для сравнения несколько наиболее типичных и интересных определений власти в зарубежной социологической литературе. В «Словаре социальных наук», изданном в Канаде, значится следующее: «Власть в ее самом широком смысле обозначает: а) способность (осуществленную или нет) производить определенный эффект; б) влияние, осуществляемое человеком или группой какими-либо средствами на поведение других людей по намеченным путям». Это определение, по существу, является разработкой известной характеристики, которая была сформулирована еще Максом Вебером. «Власть, — писал он, — означает любую возможность проводить внутри данных социальных отношений собственную волю даже вопреки сопротивлению, независимо от того, на чем такая возможность основана» [36]. Высказанная в ту пору, когда господствовали юридические концепции власти, идея М. Вебера о власти как возможности проводить волю, несомненно, имела весьма плодотворное значение. Теперь она лежит в основе большинства определений власти, даваемых западными социологами. Впрочем, сами они нередко признают приоритет марксизма в этом вопросе. Действительно, именно Ф. Энгельс определял отношения власти как волевые отношения. «Авторитет в том смысле, о котором здесь идет речь, — писал он, — означает навязывание нам чужой воли; с другой стороны, авторитет предполагает подчинение»[37].
Нельзя не отметить, что определение Макса Вебера оказалось «слишком классовым» для ряда современных западных социологов. Они пытаются использовать «более индифферентные» в социальном отношении понятия: вместо воли — право, вместо господства — управление, влияние или контроль (Р. Арон, М. Крозье).
Проф. Я. Щепаньский предлагает следующее определение: «Власть — это отношение между двумя лицами или двумя группами, или индивидом и группой, при котором одна сторона принимает решение относительно определенного вопроса, а другая реализует это решение в форме, указанной в решении, и под контролем того, кто принял решение»[38]. Попытка связать понятие власти с решением представляется интересной. Однако и здесь, на наш взгляд, обходятся некоторые весьма важные моменты.
Приведем определение власти, данное отечественным исследователем ее природы Н.М. Кейзеровым: «Власть есть присущее обществу и определяемое его базисом волевое отношение между людьми, при котором применение ее носителем особой системы средств и методов обеспечивает выявление и доминирование властной воли посредством общественной организации в целях управления и обеспечения соблюдения социальных норм»[39]. Это определение ближе всего стоит к нашим представлениям. Однако оно, пожалуй, слишком усложнено и не акцентирует внимания на коренных особенностях власти (господствующая воля, влияние, контроль), ставя их в один ряд с менее существенными моментами (соблюдение социальных норм).
По нашему мнению, определение природы власти предполагает следующие условия. Первое: необходим социологический подход, учитывающий плюралистический характер власти в обществе, где одновременно идет концентрация социально-политической власти и ее диффузия, поскольку в процесс властвования в той или иной форме втягиваются все более широкие группы населения. Второе: необходимо не только конструировать общее понятие власти, но и выяснять специфические особенности отдельных ее видов — экономической, политической, государственной, общественной, семейной и т. п. Третье: необходимо различать элитную, групповую, личную власть, которые переплетаются между собой, но могут быть и не связанными друг с другом. Четвертое: необходимо различать особенности власти в разных социально-политических структурах. Если в антагонистических обществах становым хребтом власти остаются отношения господства и подчинения, то в социалистических обществах им на смену все более приходят отношения, основанные на руководстве, управлении, влиянии, контроле. Пятое: конструируя общее понятие власти, нужно особенно выделять волевые (основанные на силе), а не правовые начала, хотя те и другие нередко взаимосвязаны.
С учетом этих соображений можно предложить следующее общее определение: властъ естъ реалъная способностъ осуществлять свою волю в социальной жизни, навязывая ее, если необходимо, другим людям; политическая власть, как одно из важнейших проявлений власти, характеризуется реальной способностью данного класса, группы, индивида проводить свою волю, выраженную в политике и правовых нормах.
Понятие политической власти, в свою очередь, значительно шире понятия государства. В чем же коренная особенность государственной власти? Политическая деятельность осуществляется не только в рамках государства, но и в рамках партий, профсоюзов, международных организаций, таких, как ООН, и т. д. К пониманию природы государственной власти нас приближает ее способность добиваться осуществления тех или иных целей с помощью принуждения.
Государственная власть не обязательно использует принуждение для достижения своих целей. Она может добиваться их и другими средствами — идеологическим воздействием, экономическим стимулированием и т. п. Но она обладает монополией на принуждение членов общества к выполнению своих предначертаний. Государственная власть — это такая форма общественной власти, которая имеет классовый характер, опирается на специальный аппарат принуждения и распространяется на все население. Она в равной мере означает определенную организацию и фактическую деятельность по осуществлению целей и задач этой организации.
Руководство, управление, организация, контроль. Представление о власти, как мы могли убедиться, связано с разграничением понятий «руководство», «управление», «контроль». По нашему мнению, в основе различения этих понятий лежит различие уровней делегирования власти: у руководства он наибольший. Руководство означает способность осуществлять свою волю путем воздействия в различных формах на руководимый объект. Разумеется, руководство связано с наличием тех или иных властных функций и полномочий, однако не сводится к осуществлению власти. Руководство может быть
