— Пожалуйста, покажите, наконец, это мне.
Мастер Им замешкался:
— Как, говорите, вас зовут, молодой человек?
— Эйзенхорн, — ответил чиновник. — Дознаватель Эйзенхорн из Священного Ордо Императора. А что?
— Дознаватель Эйзенхорн, очень вас прошу, будьте осторожны с этой вещью.
Мастер Им отдал планшет. Чиновник, слегка нахмурившись, всмотрелся в экран.
Позолоченные часы перестали тикать. В комнате повисла странная тишина.
— Я… — начал говорить дознаватель и вспыхнул. Синее пламя, жаркое, как от газовой горелки, поглотило его кожу, плоть обуглилась и отвалилась от костей. Остались лишь фрагменты почерневшего мяса, сочащегося кровью, и обожженный череп, оскалившийся в ухмылке из-за связок, натянувшихся от жара. Планшет выскользнул из обгоревших пальцев и с резким хлопком упал на столешницу. Одежда дознавателя не пострадала.
Пламя угасло, и обугленный труп наклонился вперед, хрустнув суставами. Им вскочил на ноги и отбежал назад с расширенными от ужаса глазами. Ему большого труда стоило не обмочиться.
— Кто-нибудь… — пробормотал он. — Кто-нибудь… На помощь!
Он подскочил к двери и попытался ее открыть, но безуспешно. Счетовод робко постучал, будто надеясь, что с другой стороны кто-то откроет, и дело обойдется без лишнего шума.
Кто-то взял его за руку.
— Прошу, мастер Им, сядьте, — произнес дознаватель.
Им довольно-таки высоко подскочил от удивления и ударился затылком и локтями о дверь. Дознаватель, который совсем не походил на сгоревшего, стоял прямо перед ним.
— Мастер Им?
Счетовода затрясло, затем пробрала икота. Он продолжал неотрывно смотреть на чиновника.
— Что вы видели? — спросил дознаватель.
— Вы загорелись, — ответил Им. — Начали пылать. Огонь жег вас, пока вы не умерли!
— Мастер Им?
Йохан Им повторил свой ответ, в этот раз заставив рот издавать хоть какие-то звуки.
— А, — сказал дознаватель. — Это просто иллюзия. Она нужна для работы.
— Нужна? — спросил мастер Им — Зачем? Для какой работы?
— Для моей. — Чиновник жестом пригласил мастера Има вернуться на место. Какое-то время он молча наблюдал за счетоводом, а потом заговорил более дружелюбно: — Прошу прощения. Я вас напугал, да?
Мастер Им поежился и выдавил из себя еле слышный короткий смешок.
— Еще как. Я никогда раньше не видел, чтобы человек вот так вспыхивал. Как вы создали иллюзию? И зачем было нужно меня пугать?
Дружелюбие дознавателя тут же испарилось:
— Я не собираюсь отвечать на вопросы, сударь. Я буду их задавать.
Вопросов было очень много. Они сыпались так быстро, что мастер Им несколько разволновался. Чиновник интересовался именами его родителей, идентификационным номером гражданина и даже политическими взглядами. Он заставил мастера Има вспомнить, где тот был в конкретные дни в течение последних двух лет. Спросил, умеет ли он пользоваться когитатором, есть ли у него ключи от помещений аукционного дома, посещал ли он когда-нибудь другие планеты и откуда родом его семья. Мастер Им пытался отвечать так честно и подробно, как только мог.
Иногда новый вопрос звучал еще до того, как он заканчивал ответ на предыдущий. Совершали ли члены вашей семьи административные правонарушения? Сколько лет вы уже живете по текущему адресу? Можете ли в общих чертах описать свою диету? Лечитесь ли вы от какого-либо заболевания? Когда-нибудь бывали в Осольберге? На скольких языках разговариваете? На скольких читаете? Вам снятся сны? Какие? Как часто вы прибегаете к услугам священника? Вы когда-нибудь проходили стандартную проверку Псайканы? Вы когда-нибудь раньше попадали в неприятности?
— А сейчас я попал в неприятности? — спросил мастер Им.
Его снова попросили подождать в приемной. На улицы города опустилась ночь. Светильник, в котором практически закончился прометий, мерцал, но упорно отказывался гаснуть.
Наконец дознаватель пришел за Имом и вывел его на улицу. Ночь выдалась теплой и влажной. Мастер Им чувствовал запахи жарящейся и варящейся пищи, исходящие с кухонь местных заведений. Редкие пешеходы шли по тротуарам, освещенным фонарями.
— Куда мы идем? — спросил мастер Им.
— Что я говорил вам о вопросах? — ответил дознаватель.
Счетовод поджал губы и пожал плечами.
Из ворот мрачного здания вышли еще двое и присоединились к ним. Один из них оказался стариком, закутанным в длинную темную мантию, а второй — молодым человеком, ровесником дознавателя, одетым примерно так же, как Эйзенхорн. Он отличался более приятными чертами лица и в целом казался более дружелюбным.
— Это тот самый чудак, о котором ты рассказывал? — спросил молодой человек.
Дознаватель кивнул.
— Давай разберемся с этим побыстрее, Грегор. У меня на вечер планы.
Они двинулись вперед. Дознаватель и второй молодой человек шли по обе стороны от мастера Има, будто тюремные надзиратели, ведущие узника на эшафот. Сутулый старик шел следом.
— Мы осмотрим вашу квартиру, — сказал дознаватель.
— Разумеется, — кивнул мастер Им. — Я живу недалеко отсюда.
Мастер Им вытащил ключи и начал один за другим отпирать засовы на двери. Этажом ниже громко плакал ребенок. Вся лестница пропахла пареной капустой. Госпожа Элвер, соседка снизу, вышла на лестничную клетку и принялась старательно мыть порог, исподтишка разглядывая мрачных типов, которых мастер Им притащил к себе в дом.
Когда счетовод закончил возиться с замками, молодой коллега дознавателя развернулся и посмотрел на госпожу Элвер:
— Добрая женщина, это случайно не ваш взгляд сверлит мне затылок?
Госпожа Элвер вздернула нос и скрылась за дверью. Молодой человек рассмеялся.
— Не начинай, Тит, — сказал дознаватель.
Тот, кого назвали Титом, прислонился к стене.
— Любопытная старая сука, — процедил он.
— Сорок восемь, — сообщил старик, стоящий позади всех.
— Сорок восемь чего? — развернулся к нему дознаватель.
— Ступенек. Два пролета по двадцать четыре. Аскварская сосна, здесь не растет. Плафоны фонарей из витрианского стекла. Некоторые заменены более дешевыми вариантами.
— И какое это имеет значение? — спросил молодой человек по имени Тит. Старик пожал плечами. Движение сопровождалось шипением бионики.
— Да никакого.
Мастер Им открыл дверь, и ему стало стыдно за запах плесени, хлынувший изнутри.
Дознаватель вытащил какую-то бумажку.
— Подпишите, — велел он мастеру Иму.
