Во-первых, я хоть и кажусь тебе скрягой, но честь мага мне не чужда. Во-вторых, — его пальцы нервно постучали по облучку, — энергетический потенциал этого кольца таков, что мой разум либо превратится в кашу, либо я взорвусь, как перегретый котёл. И в-третьих, — он обернулся ко мне, и в его глазах вспыхнули искорки настоящего страха, — мне лишние проблемы ни к чему. Сдам тебя с рук на руки и — в закат! После достойного ужина, разумеется. Дальше ты перестанешь быть моей головной болью.
По интонации было ясно — он лукавит. Но в остальном его слова звучали убедительно.
— Значит, стоит мне достать кольцо из шкатулки, и заклятья поиска сразу его обнаружат?
— В общих чертах — да. Мы не знаем, какой именно ритуал использовали твои преследователи. Возможно, он показывает лишь направление, а может, и точное местоположение в радиусе лиги.
— Понятно. Благодарю.
— О, ты мне ещё обязан будешь, — блеснул он огоньками в глазах.
— Не сомневаюсь.
И правда — если бы не его вмешательство, мои кости уже белели бы в какой-нибудь канаве.
— Это... не плащ Файриса, часом? — кивнул я на его новое одеяние.
— Ага он самый! — аккуратно расправил он алые складки. — Добру пропадать негоже. Тем более теперь он признал во мне хозяина. Смотри!
Плащ вспыхнул багряным сиянием, а вытканные золотом руны засверкали ослепительным белым светом.
— Впечатляет.
— Ещё бы! — подбородок его горделиво взметнулся вверх. — Я теперь всё-таки архимаг, между прочим.
— Кстати, мы направляемся к моему старому другу по академии, магистру Торгусу Громовержцу. Попрошу его взять тебя в ученики. Не должен отказать — всё-таки остался мне должен за тот случай с гномьими артефактами.
— Благодарен вам за всё. Если когда-нибудь разбогатею — завалю вас целой каретой пирогов.
— Вот это я понимаю благодарность! — рассмеялся он. — А то обычно все отделываются напыщенными "вечно в долгу" да "незабвенными". А их, как известно, в суп не положишь.
Дальнейший путь мы проделали в молчании, каждый погружённый в свои мысли. Когда же замок показался вплотную, ворота уже были опущены, и наша телега беспрепятственно въехала внутрь. Пересекая мост, я невольно заглянул вниз — и тут же отпрянул. Из тёмных вод на меня уставился огромный жёлтый глаз неведомого чудовища.
— Твою налево! — вырвалось у меня заимствованное ругательство из любимой компьютерной игры Ошибки прошлого.
Едва мы оказались во внутреннем дворе, меня встретил испепеляющий взгляд могучего старца. Его богатырское сложение напомнило мне отца из этого мира — те же кузнечные плечи, белая как лунь борода и абсолютно лысая голова. Одет он был просто — кожаные штаны да белая рубаха, из-под ворота которой выбивались седые кудри.
— И что это за недоросток? — прогремел его голос, от которого задрожали витражи в высоких окнах.
Я глубоко вздохнул, чувствуя, как судьба готовит новый виток: "Кажется, я попал..."
Глава 3
Глава третья.
Знакомство и легенды.
— Кто таков будешь? — Его могучая длань подхватила меня, словно перо, и опустила на землю с неожиданной бережностью.
— Кайлос. Из глухой деревни за Чёрными холмами, — ответил я, ощущая на себе тяжёлый взгляд, будто пробующую на вес гирю.
— А я — магистр Торгус Громовержец из рода Ворхельм, — произнёс он с горделивой неторопливостью, протягивая руку для пожатия. Его ладонь напоминала дубовую кору — шершавую, испещрённую шрамами-рунами былых сражений. Судя по виду, он явно вёл нескучный образ жизни.
Я не удержался: — Тот самый род, что встал стеной за императора, когда Совет Девяти вознамерился свергнуть его с трона Пламени? В памяти всплыли строки из "Хроник Империи Вечного Рассвета", которые я когда-то листал в первые дни путешествия.
Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.
— А ты, малец, знаешь толк в историях. Это редкость нынче.
К нашему разговору присоединился Рид, его тень скользнула по выщербленному каменному полу.
— Рад видеть твоё доброе расположение к нему, старый друг. Поскольку пришёл я с предложением — взять этого юнца в ученики.
— Я не соб... — начал было он, но огневик перебил жестом, похожим на рубящий удар.
— Не спеши. Когда узришь, на что он способен, с тебя будет должок — месячный запас пирогов с луком и яйцом. В его голосе зазвучали нотки торгашеского азарта.
Торгус прищурился, будто высматривая подвох в прозрачном воздухе.
— Не многовато ли для зелёного малыша? Но Рида невозможно было смутить — он стоял невозмутим, как скала перед натиском волн.
— Слово моё — кремень. А теперь веди нас в столовую — желудок урчит громовее твоих заклятий. Он шутливо толкнул магистра в бок, но тот даже не пошатнулся.
— Прожора проклятый, — проворчал Торгус, но беззлобно. Однако вместо столовой мы свернули в кухонные покои, где пахло дымом и забытой надеждой. Пока мы удалялись, краем глаза я заметил, как к нашей телеге подошёл сутулый мужчина и увёл кобылу под уздцы.
Странный контраст — туалеты здесь, словно перенесённые волшебством из иных миров, а транспорт все тот же, допотопный. Если эти люди владеют магией, почему не изобрели хотя бы паровые повозки что будут приходить в движение магически кристаллами? Но я отогнал эти мысли — мой мозг и так перегружен новыми знаниями, а желудок требовал своего. Да и вряд ли я что-то на этом поприще смогу достичь. Хотя поживём увидим.
Похлёбка оказалась достойной лишь того, чтобы скромно умереть в углу тарелки. Я молча ковырял ложкой в мутной жидкости, но мои спутники поняли все без слов.
— Да, паренёк, не спорю, — магистр вздохнул так, что его борода колыхнулась, будто ветром. — Сам еле глотаю. Старая кухарка моя — царство ей в тени садов Иркании — отправилась собирать травы да угодила в пасть магической твари лесной. Говорил — не ходи в сезон листопада, когда звери злее голодных духов. Но упряма была, как мул.
Рид нахмурился:
— Так вот почему Флоки ходит, словно призрак? Давно это было?
— Месяц стукнет на следующей луне. Торгус
