до метро в какую сторону?
— Вообще, вон туда, — машет рукой, — но далеко ведь. Ты без машины? А как здесь оказалась? Поссорилась, что ли?
— Да.
— Ну, бывает. Пошли с нами! Довезем тебя. Садись!
Прежде чем сесть в машину, я оборачиваюсь и смотрю на Давида. Он сидит на пледе, положив руки на согнутые колени. Смотрит на меня, но не подходит.
— Ну? Ты едешь? — кричит мне с заднего сиденья знакомая и я быстро сажусь и мы трогаемся.
Давид не позвонил. Не написал. Вообще никак не проявился. Ждала ли я? Не знаю. Но было немного обидно, что вот так ему все это надо. Не поехала с ним, чтобы дать отдохнуть его мозолистым рукам, и он как-то быстро забыл обо мне. Наверняка, нашел кого-то более сговорчивого. Я уверена в этом!
На следующий день мне звонят с незнакомого номера. Я не отвечаю. Но звонок повторяется. Ладно, вдруг что-то важное.
Мужской голос на том конце называет мои данные и представляется как следователь.
— Я расследую дело о поджоге. Хочу с вами переговорить. Сегодня в два, — и он называет адрес.
И это не просьба. Я слышу это по его тону. Но мне скрывать нечего. Наоборот, я хочу сама разобраться, почему же в тот день случился пожар. Ведь мы могли погибнуть. И еще много народа. Поэтому без раздумий еду к следователю.
В кабинете меня встречает лысоватый полный мужчина. Бросает на меня быстрый взгляд и кивает на стул:
— Садитесь. У меня к вам будет несколько вопросов в рамках расследования. Вы пока свидетель в этом деле. Но это пока, — поднимает на меня взгляд. — Что вы делали в тот день в торговом центре?
— А что делают в торговых центрах? За покупками пришла, просто погулять.
— А как вы оказались в административной части тогда? — серьезно смотрит на меня. — Вас где пожар застал? И с кем?
— Я пришла к владельцу центра. У меня была встреча назначена, — уже честно рассказываю я. — С ним и спасалась. Вернее, он меня спасал.
— Так. Хорошо. Давайте и дальше вы будете мне говорить правду. Хорошо? Это в ваших же интересах.
Я молчу, но какое-то тревожное чувство зарождается внутри.
— Вы до этого были в этом торговом центре? — спрашивает следователь сразу же.
— Нет, — мотаю головой. — В первый раз пришла.
— Хм, занятно. В первый раз пришли в центр и сразу пожар. Занятно. Не находите?
— На что вы намекаете? — хмурюсь я.
— Я не намекаю никогда. Я следователь и должен лишь констатировать факты. А факт на данный момент такой: вы впервые пришли в торговый центр и впервые там случился пожар. К счастью, никто не пострадал. Включая вас.
Я ничего не отвечаю. Потому что просто не знаю, что ответить на его слова. Он, вроде, и не обвиняет, но звучат эти самые слова очень подозрительно.
— Вспомните свой маршрут по торговому центру в тот день, — просит следователь.
— Я пришла. На входе встретилась с владельцем и мы пошли смотреть план. Все. Потом пожар.
— То есть в женский туалет вы не заходили?
— Нет, — уверенно отвечаю я.
— Точно? — он смотрит на меня исподлобья.
— Да, — уже зло говорю я. — Я отлично помню тот день.
— Проверим, — что-то пишет у себя в блокноте. — Пока никаких поездок никуда не планируйте. Я свяжусь с вами в ближайшее время.
— Зачем?
— Возможно, ваш статус в этом деле изменится, — неопределенно отвечает он, а я боюсь спросить, что он имеет в виду. — Пока свободны.
Он так и не поднимает на меня взгляда. Я встаю, прощаюсь и выхожу из кабинета.
Когда возвращаюсь домой, Вики нет. Но не успеваю даже поставить чайник, как в дверь раздается звонок. Максим.
— У меня для тебя две новости, — говорит он сразу же, проходя на кухню без приглашения. — Обе плохие.
Но меня этим не удивить. Я не помню, когда в моей жизни были хорошие новости.
— Во-первых, следователи сейчас внимательно изучают камеры видеонаблюдения в центре незадолго до пожара, — Максим смотрит на меня в упор. — Конкретно с момента твоего прихода.
— Они подозревают меня? — прямо спрашиваю я.
— Да, — сразу же отвечает Максим. — Ты разговаривала с Давидом?
— Вчера.
— Что он сказал тебе?
— Об этом ничего. Он же сам, наверное, не в курсе.
— В курсе, — улыбается Максим и кивает. — В курсе, Василиса. И я думал, что он предупредит тебя. Ты же была у следователя сегодня?
— Да, — хмурюсь я, — но… откуда ты знаешь? Хотя…
— Вот именно. Я все знаю. Ты встречалась с Давидом вчера вечером, хотя я просил тебя этого не делать. Но ладно, ты уже взрослая и самой тебе решать. Но он мог предупредить тебя, что завтра тебя вызовет следователь. Мог? Мог. Но не сделал этого. А все почему, Василиса? Как думаешь?
Я отворачиваюсь. Отгоняю плохие мысли.
— Он хочет избавиться от тебя, — продолжает Максим. — Если докажут, что ты устроила поджог, то запросто лишишься акций за мошеннические действия.
Повисает пауза. Я ничего не отвечаю. Максим тоже молчит.
— А что за вторая новость? — не выдерживаю я. — Ты сказал у тебя две новости.
— Да, — печально говорит Максим. — Ратмир пошел на сделку со следствием. За это ему обещают срок скостить.
Эти слова напрягают меня гораздо больше. Любое упоминание о Ратмире действует на меня так. Я рассчитывала, что он исчез из моей жизни…
— Он решил сдать всех своих наркокурьеров, — произносит Максим.
— Как? Подожди… — перебиваю его я. — Каких наркокурьеров? Он же «черный» риэлтор. Квартирами занимался. Причем здесь наркотики?
— Так, но не совсем так, — хитро улыбается Максим. — Он еще и распространением наркотиков занимался. По клубам ночным. Ну, вернее, не так. Не он занимался сам, конечно. Он сетью владел. Ну, в общем, не важно. Важно другое — сейчас решил сдавать своих курьеров.
— Разве это плохая новость? — спрашиваю я. — Пусть
