полноватая, но на лицо вполне милая.
— Для этого есть хоть одно весомое основание? — поинтересовалась я, понимая, что пародирую холодный и безэмоциональный тон Дэррека.
— У меня там золотой родовой гарнитур с россыпью бриллиантов!
— Ой, да какие бриллианты! Сплошные фианиты, — фыркнула другая. — Уж лучше платья! Платья! Они сделаны по заказу специально для этой поездки. У самих Вольче и Вебанна!
Вольче и чего? Я не ослышалась?
— Ты свои Вольче можешь знаешь куда себе засунуть? — оскалилась первая, по-видимому, собираясь вступить в самый настоящий бой.
Их поведение, конечно, никак не вязалось у меня с образом аристократок, но я постаралась списать его на стресс.
— Во-первых, успокойтесь, — произнесла я на несколько тонов повыше. — А во-вторых, мы не будем возвращаться за вашими вещами. При большом желании можете потом отправить по этим координатам своих матросов и ныряльщиков, которые спасут ваши драгоценности. Своими ребятами я рисковать не собираюсь.
Словно в подтверждение моим словам корабль вдали чуть накренился и начал медленно сползать в воду, помахивая нам на прощание своими светлыми парусами.
— Ну ты же девушка, ты должна понимать! Как мы ко двору и без нарядов?!
Нет, я прекрасно понимала, что даже с собранными волосами и закрывающим лицо платком я мало похожа на бравого мужчину, но спекуляция на моем поле все равно возмутила.
— В первую очередь я капитан. И как капитан доношу до вашего сведения, что если мы возьмем на борт все ваши, бесспорно, важные и дорогие вещи, то пойдем ко дну. Есть, конечно, и хорошие новости. Морской черт сможет по достоинству оценить ваши наряды.
И, пресекая дальнейшие споры, я направилась к лестнице, ведущей на верхнюю палубу, куда почти сразу ретировался Дэррек. Видимо, слишком хорошо понимал, с чем нам придется столкнуться. По всей видимости, и правда работал на высокопоставленных аристократов. Смотреть на океан под гомон этих девиц не хотелось – они опошляли сам процесс.
Вот только за стенкой из боевых леди обнаружилась еще одна кучка спасенных – поскромнее. Вот они и правда выглядели испуганными и толком не понимающими, что им надо делать. У одной из девушек по щеке текла кровь, другая придерживала на весу неестественно вывернутую руку…
— Господин Рейн, организуйте, пожалуйста, помощь для всех пострадавших, — скомандовала я. — А вы, девушки, размещайтесь на этой палубе. Через полчаса мы будем в столице, где вы уже сможете отойти от произошедшего со всеми удобствами.
В спину все еще летели возмущенные оклики, но я их намеренно игнорировала, пропускала мимо ушей — как зачастую делала с семейством Мол. Вновь окинула всех взглядом, проверяя, нет ли у кого действительно опасных для жизни травм, пересчитала свой собственный экипаж и, удостоверившись, что все на месте, приказала поднять якорь и держать курс в порт.
— Капитан Золуш, простите мне мое любопытство, но кем вам приходится Эвиан Мол? — поинтересовался Дэррек, стоило мне подняться на верхнюю палубу.
— Океан не любит любопытных. — Я постаралась добавить в тон доброжелательности, чтобы не выглядело, будто я хамлю.
Все же, как ни крути, кто платит — тот и заказывает музыку. И именно благодаря этому самому Дэрреку наша команда сегодня получит солидное вознаграждение.
— Я не настаиваю, — тут же ответил мужчина, его губы чуть тронула улыбка. — Просто скажите, в добром ли она здравии?
— Откуда вы ее знаете? — не выдержала я.
Тем и выдала себя с головой. Не нужно обладать дюжим умом, чтобы понять, что я не просто так интересуюсь.
— В последний раз я видел ее три с половиной года назад, она спасла меня после кораблекрушения. Я обещал с ней расплатиться, когда прибуду на берег, но ее корабль не дождался моего возвращения в порт.
— В последний раз? Были и другие?
Значит, три с половиной года назад. Интересно, если бы она дождалась награды, простояла на якоре в порту несколько лишних дней, вернулась бы она тогда домой? Не пропала бы без вести?
— Капитан Золуш, вы ответите на мой вопрос? — спокойно, но вместе с тем настойчиво поинтересовался Дэррек.
— Эвиан Золуш пропала без вести три года назад, — ответила я, сдерживая рвущиеся наружу эмоции.
Отчего-то именно сейчас было сложно об этом говорить, хотя я уже давно смирилась со своей потерей.
Мужчина молчал. На его лице не дрогнул ни один мускул, лишь на секунду сердито свелись брови, словно он подумал о чем-то совершенно недопустимом для себя. Не то чтобы я вглядывалась…
Ладно, вглядывалась. После того как узнала, что он был знаком с моей мамой и она даже спасла ему жизнь однажды (а может, и не один раз), я воспринимала Дэррека иначе. И жадно его рассматривала – как прямое доказательство того, что Эвиан Золуш, а впоследствии и Эвиан Мол когда-то действительно жила на этом свете.
— Я приношу соболезнования вам и ее команде, — через минуту произнес он сухо, сдержанно, будто изо всех сил старался удержать под контролем рвущиеся наружу эмоции. — Может быть, тогда именно вы примете награду за спасение моей жизни?
— Нам будет вполне достаточно награды за спасение жизней этих девушек, — кивнула я на нижнюю палубу.
Если мама не взяла с него денег, значит, так действительно было нужно, и кто я такая, чтобы спорить с ее решением?
Он не стал спорить, не стал задавать вопросов — просто почтительно кивнул и отошел в сторону, предоставляя мне возможность погрузиться в свои собственные мысли. Но вместо этого я лениво смотрела за суетой на нижней палубе, толком ни о чем не думая. Словно раскачивалась на убаюкивающих волнах. Почти умиротворенная, но вымотанная. Поспать до шести утра я вряд ли успею, тут бы до берега добраться и смыть с себя соль океана…
За шумным переругиванием внизу и за гнетущим молчанием позади я потеряла счет времени. Опомнилась, только когда вдали показались огни городского порта.
Не смогла скрыть ликования и облегчения.
Ура, справились! Еще немного, и миссия «имперского значения» будет закончена, тогда как мы с командой получим причитающееся. А завтра… А точнее, уже сегодня я отправлюсь во дворец налаживать связи. Да и чем морской черт не шутит, может быть, даже добьюсь аудиенции у императора!
— Капитан Золуш, покажите, пожалуйста, ваше лицо, — неожиданно для меня попросил Дэррек, едва корабль пришвартовался к берегу.
— Это имеет какое-то значение? — Я даже опасливо отступила на
