ушей, изрек он.
Я услышала, как он кидает папку второму детективу, как она с громким шлепком приземляется на стол.
— Но Марк… — начал Норд.
— Да, может, мы обошлись с ней слишком грубо, — тем же тоном продолжил мужчина, совершенно не беспокоясь, что я еще даже не вышла, — но если мы не скажем, то бедняжка продолжит позориться.
— Марк… — тихо окликнул его мужчина-пирожок.
— Да что Марк?! — возмущенно и шипяще спросил он.
— Ты глянь на протокол и объяснения садовника. Плюс у него единственного из подозреваемых не было алиби, — быстро заговорил Норд. — Мы проморгали элементарщину из-за того, что просто не изучили материал, посчитав дело слишком скучным…
Я не стала задерживаться, дверь за мной закрылась с таким же скрипом, что и открылась в самом начале. В нос тут же ударил свежий морской воздух, солнечные лучи били по глазам, вынуждая щуриться. Но, несмотря на мой первый официальный отказ, я улыбалась. Передо мной долгий путь — это верно, но я пройду его с достоинством.
Возможно, придется начать с типичных женских профессий — кухарка, уборщица, подавальщица, — но никто не помешает мне превратить ровную тропинку в лестницу карьерного роста. Я научусь.
Кивнув своим мыслям, я продолжила бродить по городу. Заранее зная ответ, заходила в различные бюро, предлагала свои услуги. Сама же изучала, как там обстоят дела, сколько работы накоплено, что за люди там сидят — хорошо понимала, что эта информация может пригодиться в будущем. А позориться — или как там сказал Марк? — позориться мне совсем не стыдно.
Впрочем, стоит признаться: я все еще рассчитывала, что мои умения заметят, что и в столице разглядят то, что увидели жители моего небольшого городка. Просто на это нужно время.
День клонился к вечеру, и, несмотря на мой боевой настрой еще несколько часов назад, сейчас я чувствовала себя разбитой. Шла к своему кораблю, к своей команде и ощущала себя никчемной. Где-то в глубине души понимала: все правильно, так и должно быть.
Но… Но всегда есть «но». Смириться с проигрышем на пару часов и просто смириться с проигрышем в целом — совершенно разные вещи.
Глава 8
Глава 8
Низкий потолок каюты никак не изменился за последние полтора часа. Пока я на него смотрела, он все так же оставался темным, а в левом углу по-прежнему в своей паутине резвился паук. И вот вроде бы можно еще подремать, но после странного сна веки мои никак не хотели закрываться.
Мне снилась ночь. Та самая качающаяся ночь, когда волны неспешно шуршат, бережно омывая пристань. Та самая ночь, когда чайки взлетают высоко в небо, а их крик сливается с ветром и уносится далеко-далеко, чтобы не нарушить этот покой. Та самая ночь, когда все еще пахнет дневной жарой, будто раскаленным песком, но звезды уже дарят прохладу, окутывая свежестью.
Та самая ночь, где были только я и он.
Я словно вновь стояла у борта корабля. Черный плащ развевался, подергивался на ветру, а платок скрывал мое лицо. И он стоял там. Все те же темные одежды. Все та же несуразная трость, что вообще не вписывалась в его образ. Все те же по-простецки короткие волосы и взгляд темных глаз, что сосредоточен, внимателен к каждой детали. И шрам – тот самый шрам на подбородке, что до сих пор оставался для меня тайной.
Он стоял там – внизу, у самого трапа, и будто чего-то ждал. Недвижимый, словно скала. Уверенный в себе на все сто процентов. Под этим взглядом я неизбежно смущалась, а сердце ударялось о грудную клетку так неистово, так дико, будто хотело вырваться на свободу. В глубине души я желала, чтобы он поднялся. Мысленно звала его изо всех сил, словно он мог бы меня услышать, но Дэррек продолжал стоять на месте. Стоять и смотреть на меня.
– Покажи мне свое лицо… – Вместе с собой принес ветер чужие слова, что насквозь были пропитаны твердостью. Еще не приказ, но уже и не просьба. – Покажи мне свое лицо…
Руки перестали мне принадлежать. Они сами собой начали снимать платок с моего лица, а я все шептала: «Нет, нет, нет…» Сопротивлялась, но тело мое было мне не подвластно. Его окутала чужая магия – она и управляла, тогда как я во что бы то ни стало решила проснуться.
И проснулась.
Только засыпать вновь было страшно и как-то не по себе. Словно если усну, то вновь могу вернуться туда, и он увидит мое лицо. Понимала, что это всего лишь сон, но возбужденное воображение утихать не желало.
Настроение было ни к черту. Мне представлялось, что, попади я в столицу, любое бюро сыска оторвет меня с руками, а потом даст рекомендательное письмо для императора, но реальность, как всегда, оказалась жестокой. Нет, я прекрасно знала, что женщины не работают в этой отрасли, но мои умения говорили сами за себя, тогда как предрассудки не давали этим снобам рассмотреть во мне явный талант.
Сколько бюро я вчера обошла? Не счесть. К вечеру ноги гудели от усталости, но я осталась ни с чем. Казалось бы, чего волноваться? Золотых в запасе предостаточно не только для того, чтобы отремонтировать «Неуловимого Странника», но и чтобы спокойно жить, не заботясь о деньгах, как минимум пару месяцев…
Но мне было этого мало.
Я хотела открыть свое собственное бюро поиска, хотела поднять перевозки совсем на другой уровень. В конце концов, я хотела легализовать дело, которое досталось мне от родителей. Столица – золотая жила для меня и моей команды, но без разрешения императора мы так и останемся контрабандистами, а значит, я снова возвращалась к своей первичной идее. Мне во что бы то ни стало нужен был император, и да, мне во что бы то ни стало необходимо было попасть во дворец.
– Капитан, вам завтрак на верхней палубе накрывать? – вопросил у меня Веселый Брен.
Едва команда удостоверилась в том, что без работы, как и без оплаты, я их не оставлю, напряжение, что витало в воздухе, бесследно испарилось. Мужчины были веселы и беззаботны и вчера, пока меня не было, с удовольствием закупили продукты и строительные материалы. Работа шла полным ходом, хоть я и просила их слишком не торопиться. Мне
