- Надеюсь, эта встреча - лишь начало нашей дружбы, - с улыбкой произнесла Эйприл. - Мне пора на телевидение - скоро эфир.
- Пусть так оно и будет, - согласился Брюс Вейн. - В случае чего, как я смогу связаться с вами? И, кстати, папку с материалами я смогу оставить у себя хотя бы на день?
- Если вы знаете, как найти черепашек- ниндзя, то и без проблем найдете меня... Я работаю на телевидении на «6 Канале», так что было бы желание - не потеряемся.
Когда Эйприл была уже за дверью кабинета, а Рафаэль пожимал руку на прощанье Брюсу Вейну, тот не удержался от замечания:
- Если бы я был ее другом, я, бесспорно, гордился бы этим.
- Еще бы! - воскликнул Рафаэль.
Глава 6
ЗА УЖИНОМ
К встрече с Ли Брюс Вейн готовился тщательно. Во-первых, он долго копался в своем гардеробе, подбирая нужный галстук, сорочку, костюм, так как все ему сначала казалось не тем, что нужно.
Альфред, войдя в комнату, где хранились вещи, нашел все в полном беспорядке, в то время, как Брюс Вейн продолжал вытягивать что-то еще, а затем, скривившись, бросал в кучу.
- Это так не похоже на вас, - покачав головой, заметил мажордом, стараясь не мешать хозяину.
Когда, наконец, поиски закончились и Брюс Вейн с одобрением оглядывал себя в зеркале, он стал медленно наводить порядок, ничего не говоря вслух, оставляя невысказанными все свои замечания по поводу изменений, происшедших в характере его хозяина за последнее время. Альфред пожил и повидал достаточно на своем веку, а оттого безошибочно мог определить причину любого явления. Вот и теперь он думал, разнося по местам одежду Брюса Вейна: «Ах, женщины! И что вы только делаете с нами, Мужчинами?!» И он был прав, так как в данном случае это было актуально.
А во-вторых, когда Брюс Вейн начинал думать о том, как ему следует себя вести с Ли, он тут же вспоминал слова Эйприл, высказанные в ее адрес.
«Было бы куда проще, если бы на ее месте был мужчина, - начинал он волноваться, _ а так? Кто знает, что она может придумать? Ведь с женщинами мне всегда так не везло... С того момента, как я увидел Эйприл, все женщины перестали для меня существовать... И о Ли я уже думаю совсем иначе, нежели раньше».
Последние полчаса Брюс Вейн делал все машинально, не вкладывая ни во что особого смысла и не придавая ничему особого значения.
Зато Альфред суетился как никогда. Ему хотелось произвести впечатление на девушку, и потому он приготовил изысканное блюдо к столу, который сервировал с большим вниманием, стараясь не пропустить ни малейшей детали, чтобы Брюсу Вейну не пришлось краснеть за его погрешности и недоделки.
- Какое вино вы будете пить? - еще раз оглядывая стол, поинтересовался мажордом у хозяина.
Тот, проходя мимо, направляясь к камину, небрежно бросил ему в ответ:
- Все равно, на твое усмотрение.
- А свечи зажечь теперь или после, когда придет гостья?
- Альфред, я же сказал, - через плечо, с напускным безразличием на лице и в голосе произнес Брюс Вейн, пытаясь отвязаться от назойливого мажордома, - делай все по своему усмотрению... Я полагаюсь на твой вкус.
- Но раньше было принято... - начал Альфред, и не закончил, так как его прервал хозяин.
- Времена меняются, а потому все должно быть так, как это принято теперь.
С минуту покряхтев, размахивая салфеткой, точно сметая со стола невидимую пыль, Альфред вышел из гостиной.
Черепашки-ниндзя ужинали, как никогда бурно, и, если бы в канализации, где находился их дом, у них были соседи, то те, не выдержав шума, прибежали бы к ним просить тишины.
- Ты зачем оставил Эйприл одну? - донимал Рафаэля Микеланджело. - Договорились же, что будем с ней постоянно?!
- Она попросила меня, чтобы я шел домой, так как на телевидении с ней ничего не случится, - оправдывался тот. - Она скоро должна быть в эфире, вот тогда и убедимся, что у нее все в порядке.
- Ну смотри! - предупреждал угрожающим тоном его Микеланджело. - А кто идет ее встречать и провожать домой?
- Я! - отозвался Леонардо. - Но только встречать и провожать до дома.
- Что еще за условия? - негодующе крикнул Микеланджело.
- Ты лучше успокойся, - ровным голосом произнес Донателло, глядя на него. - Давай разберемся. Я согласен, что в дневное время лучше сопровождать Эйприл повсюду, так как кто-нибудь захочет с ней свести счеты. Но, что касается ночи, то здесь ты не прав.
- Почему это? А ты считаешь, что ночью мафия спит? На фирму Брюса Вейна налет был совершен именно ночью, когда все спали, разве не так? — не сдавался Микеланджело.
- Но, может быть, у Эйприл должно оставаться какое-то личное время? Да в конце концов, это неприлично находиться у нее дома ночью! - повысив голос, взорвался Леонардо.
- Именно, - поддержал его Донателло.
Если бы Микеланджело не сдерживал себя, то давно бы уже дал волю кулакам, так как словами убедить черепашек делать так, как он того требовал от них, становилось невозможно. Но он знал и другое: что с помощью силы он только бы настроил их против себя. Тогда он успокоился настолько, что всем это показалось подозрительным. Не говоря ни слова, он молча ел свою пиццу, тщательно пережевывая каждый кусок.
- Микеланджело! - позвал его Донателло. - С тобой все в порядке?
Тот не отзывался.
- Ты пойми, - поспешил с доводами Леонардо, — наше присутствие не должно быть в тягость Эйприл, оно не должно ее раздражать. Я не хочу, чтобы наши отношения испортились только из-за того, что ты...
- Ах, это значит из-за меня наши отношения могут испортиться? - подхватил Микеланджело, перебив на полуслове черепашку.
- Да ты даже не дослушал! — возмутился тот. - Выхватываешь из фразы отдельные слова и строишь свои выводы! Научись не перебивать, когда с тобой говорят.
В эту минуту Микеланджело был похож на раскаленный утюг, на который вылили стакан холодной воды. Вот только пара не было видно, да и шипения никто не слышал.
«Ладно-ладно, - думал он, - делайте, как знаете, только, случись что, я буду не при чем».
Временное затишье черепашки расценили как то, что Микеланджело, наконец-то, их понял. Но через пару минут он их убедил в обратном, сказав:
- Если вам ночью так хочется спать, то ночные дежурства я возьму на себя.
Когда Микеланджело становился таким, спорить с ним было бесполезно. Он к тому моменту переставал нормально воспринимать то, что ему говорилось, а потому, чтобы не усложнять и без того трудные отношения, которые вот уже несколько дней были между ним и остальными черепашками, проще было ему уступить.
- Хорошо, Микеланджело, - сказал Донателло, - пусть будет по-твоему. Только постарайся не попадаться Эйприл на глаза, чтобы она не рассердилась на тебя. Устрой засаду для бандитов где-нибудь у ее дома, чтобы она об этом не знала, и сиди себе сколько хочешь.
- А утром кто-нибудь из нас будет тебя сменять, — вставил Леонардо.
Поскольку телевизор был включен и работал при слабом звуке, то он как-то не привлекал к себе внимание черепашек.
Глянув на часы, Рафаэль попросил у Леонардо, который ближе всех находился от телевизора:
- Возьми пульт и добавь звука... Сейчас должна быть в эфире Эйприл - ее время.
Черепашки уставились на экран. Рекламный блок, казалось, не кончится никогда. Зубные пасты, щетки, моющие средства, спортивный инвентарь для всех видов спорта, - все предлагалось множеством фирм, производящих эти товары.
- Когда же будут передавать новости? - нервничал Донателло, а Рафаэль с замиранием сердца следил за тем, что происходило на экране, думая при этом: «Только бы ничего с ней не случилось, только бы сейчас увидеть ее».
Надо сказать, что от напряжения, которое испытывали черепашки в эти минуты, они расхотели есть и отодвинули подальше от себя тарелки с пиццей, и вовсе не потому, что она показалась им недостаточно вкусной.
- Может, позвонить на телевидение? - предложил Донателло. - Там-то должны знать, что произошло с программами. - Подождем еще пару минут, а после... - произнес Леонардо и так и застыл с открытым ртом, глядя на экран.
Вместо Эйприл на нем появился другой ведущий.
- Так я и знал! - бросил Микеланджело. - Вот что значит - послушать женщину. Лучше бы меня слушали.
Донателло, не мешкая, стал нажимать на кнопки телефона, набирая нужный номер. Через некоторое время ему ответили.
- Алло! Это телевидение? Я бы хотел срочно поговорить с Эйприл... Это невозможно?.. Почему?.. Ах, она отпросилась по важному делу?!. Все понятно, благодарю вас.
- Почему она не поставила нас в известность? - возмутился Микеланджело. - Какая легкомысленность!
Как назло, домашний телефон Эйприл не отвечал, сколько ни пытался связаться с ней Донателло.
