до невозможности зрачки стали медленно наливаться багровым светом. Варвар поддел серебряную цепочку, и Иллин показалось, что она сейчас лишится чувств. Вместо ногтей на его пальцах были черные, острые когти, а запястье обросло серебристо-серым волосом. Медленно, не отрывая взгляда от ее лица, он потянул амулет на себя. Невозможно описать весь тот ужас, что охватил ее разум и тело когда она поняла — волшебный металл поддается! Растягивается, создавая одно звено за другим.
— Больше он не понадобится.
С этими словами варвар сделал невозможное. Он просто снял с шеи огорошенной Иллин амулет и отбросил его в сторону. Камень стукнул о дерево и затих.
Паника ледяной удавкой захлестнула горло. Совершенно беззащитная и растерянная, Иллин не могла поверить в то, что происходит. У людей не бывает когтей! И ни один человек не может снять амулет Ютаи.
— Это не возможно, — прошептала она помертвевшими губами, — никто…
— Ни один человек, — резко перебил ее варвар, — да только я не человек! Я — оборотень.
Широкая ухмылка обнажила крупные белые клыки. Иллин резко отшатнулась, но его руки держали крепко. Сознание отказывалось верить очевидному.
— Нет! Это… это…. это сказки! Легенды! Оборотней не бывает! Ведь не бывает, да? — Боги, у кого она спрашивает? Зачем?
Рокочущий смех стал ей ответом.
— Бывает, — острые когти чиркнули в воздухе и сорочка серым мешком упала к ее ногам. Инстинктивно она попыталась прикрыться. Ее попытки быль вновь осмеяны, — бывает, маленькая. И сейчас ты станешь принадлежать одному из них. Вот только смою с тебя эту вонючую дрянь.
— Это духи! — определенно, она сошла с ума! Нужно бежать, а не пререкаться!
— Это дешевка! — рявкнул мужчина, — На озере ты пахла лучше. И не была размалевана как публичная девка!
Волк? Он был тем волком?! Иллин схватилась за шею.
— Да маленькая. Это моя метка. Которую я ставил едва сдерживаясь, чтобы не взять твое беззащитное тельце прямо на тех камнях. А теперь в воду. Живо!
И ее подтолкнули к бадье. Почувствовав свободу, Иллин со всей прыти рванула к выходу. Едва пальцы коснулись полированной ручки, как земля ушла из-под ног. Визжащую, голую и брыкающуюся ее просто швырнули в лохань. Хватая ртом воздух и отплевываясь, она вынырнула из воды и тут же сжалась, пытаясь слиться с бортиком.
Он рычал! Шел на нее, срывая с себя броню и рычал! Глаза полыхают багровым, клыки оскалены. От страха Иллин зажмурилась и засобиралась было повторить попытку утопления.
Под грудь ее перехватила сильная рука и придавила к гладким доскам. Бережно, но крепко. Широкая ладонь нежно провела по лицу, тщательно смывая краску, а потом жесткая мочалка коснулась шеи. Рычание перешло в едва слышное урчание. Вместо того, чтобы растерзать варвар ее мыл!
— Тр-р-русишка, — горячие губы коснулись места где был укус и она затаила дыхание. Это было… приятно? Боги, почему ей приятно?! Мочалка скользнула вниз, полукругом очертив грудь и царапая ворсом соски. Которые тут же напряглись тугими комочками. Теплая волна зародилась в груди и мягко толкнулась вниз живота. Ноги сами дернулись, сжимаясь крепче.
— Хочу тебя, — тяжелое дыхание обдало ухо и мужчина снова прижался губами к метке. Он целовал ее. Облизывал, прикусывал, заставляя извиваться от нарастающего возбуждения. Мочалка давно была отброшена в сторону. Сквозь полуприкрытые ресницы Иллин следила, как сильные пальцы играют с ее сосками. Покручивают, сжимают, гладят. Оставив в покое одну грудь, он нырнул рукой ниже, к давно расслабленным бедрам.
— Отпусти, — прохныкала она, не в силах хотя бы сжать колени.
— Нет, — палец прижал ноющий комочек плоти, вырывая из ее груди первый стон, — Моя!
С этими словами варвар выдернул ее из воды и в один шаг перенес к пылающему камину. Схватил плащ, валяющийся в кресле, и расстелил на полу. Мокрую, во всех смыслах и возбужденную, мужчина усадили ее голой попой на меховое великолепие и встал перед ней в полный рост.
Иллин судорожно вцепилась пальцами в короткую шерстку плаща. Восхищение, удивление, восторг… Сотня оттенков этих чувств вспыхнули и огненной волной омыли ее от макушки до пят.
Мужчина был потрясающе сложен! Ширине плеч и силе рук позавидовали бы все кузнецы и наемники вместе взятые. Плоский живот без единой унции жира казался тверже камня, бедра были восхитительно узкие, а ноги мускулистые и на загляденье стройные. Но то, что находилось между ними. Иллин схватилась за плечи, унимая дрожь. Возбуждение пропала, оставляя вопящий от страха рассудок — он ее порвет! В ее тело просто не сможет поместится… это!
Нет-нет! Он хорош для Габи, наверное, или для девушек мадам Клариссы! Но не для нее! Разум отвесил еще одну отрезвляющую оплеуху.
— Нет, — прошептала она, пытаясь отползти дальше, — нет, я не хочу! Убирайся. К тем, из гостиницы! К Габи, к кому угодно, но оставь меня в покое!
Ее слова подействовали на мужчину странно. Он качнулся назад, сжимая кулаки. Суровое лицо исказилось, словно варвар услышал нечто отвратительное, но в следующую секунду она уже была вдавлена в нежный мех ширшола обнаженным, горячим телом.
— Так было нужно, — она пыталась уворачиваться от поцелуев, но он схватил ее лицо в ладони и некрепко сжал, — Нужно. Но теперь…
И опять по метке прошелся влажный язык. И мысли пропали. Их просто не стало в голове, как будто он стер их подчистую этим простым движением.
— Теперь моя!
Лицо обожгло чужим дыханием. А потом он поцеловал. Жестко разомкнул ее губы, уверенно прорываясь внутрь. Варвар не спрашивал, не уговаривал ее лаской и осторожной настойчивостью. Он брал. Голодно и страстно, не допуская и капли сопротивления. А она и не могла.
Тело предавало ее, с готовностью отвечая на малейшее движение языка во рту и на каждое прикосновение нетерпеливых пальцев к коже. В ужасе и шоке от самой себя Иллин ластилась, выгибалась вперед, охватывая ногами крепкие бедра, цеплялась руками за сильные плечи.
Выпив из ее легких последнюю каплю воздуха, варвар проложил цепочку укусов-поцелуев по шее и к тяжело вздымающейся груди.
Острые зубы сомкнулись на соске и она вскрикнула. Он играл с ней, дразнил, уверенно и быстро разжигая голодное желание, вспыхивающее огненными фейерверками внизу живота. И совсем скоро Иллин тихонько постанывала, бесстыдно потираясь об его и требовательно толкая бедрами. Но добилась только того, что его волшебные губы вдруг исчезли, оставляя ноющую грудь в покое. Не успела она разочарованно выдохнуть, как ее ноги были закинуты на крепкие мужские плечи. Иллин вскрикнула, почувствовав упругий язык, проникающий глубоко в лоно.
— Нет, нет…, — но пальцы сами вцепились в густые, короткие волосы, подталкивая голову мужчины
