— Мы должны отнести ему еду, — сказал он.
— Не думаю, что ему очень хочется есть — Он должен поесть. Попробуй чего-нибудь раздобыть. Ты чаще бываешь на кухне, чем я, поэтому лучше это сделать тебе, но будь осторожна.
— Я знаю, положись на меня.
В доме царила атмосфера подавленности. Интерес-. но, кто из слуг был вчера в лесу?
С трудом скрывая свое волнение, мы позавтракали.
Потом я пошла на кухню, обратив внимание не необычную тишину.
За большим кухонным столом сидели миссис Пенлок, Исаак и несколько слуг.
Мне следовало выждать момент, чтобы пробраться в кладовку.
— Доброе утро, — сказала я, стараясь вести себя, как обычно.
— Доброе утро, мисс Аннора.
— Что-то случилось?
После некоторого молчания миссис Пенлок произнесла:
— Прошлой ночью был пожар, хижина мамаши Джинни сгорела дотла. Мамаша Джинни погибла.
Я посмотрела на них:
— Как это произошло?
Немного поколебавшись, Исаак сказал:
— Кто может знать, как возникает пожар?
Все уставились в свои тарелки. Без сомнения, некоторые из них были там. «Убийцы! Вы убили мамашу Джинни!» — хотелось крикнуть мне.
Но мне нужно быть осторожной и подумать о Дигори.
Я испугалась, что могу себя чем-нибудь выдать, но, с другой стороны, необходимо продемонстрировать любопытство. Мне всегда говорили, что я сую нос во все дела.
— Но, наверное, есть какая-то причина?
— Это легко могло произойти, — проговорила миссис Пенлок. — У нее всегда горит огонь. Достаточно нескольких искр, и такая хижина сгорит вмиг.
— Она умерла? Вы уверены?
— Думаю, да, — прошептала миссис Пенлок.
— А, — продолжала я, — мальчик?
— Его нигде не нашли, наверное, он тоже погиб.
— Ужасно!
— Да, поскольку она была ведьмой, можно было ожидать, что дьявол придет ей на помощь.
— И он не пришел?
— По всей видимости, нет.
Я ненавидела всех их в этот момент. Как они смели сидеть здесь и лгать мне? Они же знали, как она умерла.
Мне хотелось крикнуть им, что я все видела, но я вспомнила неистовство толпы прошлой ночью и подумала о мальчике, который был спасен. Если они найдут его, то его ждет то же, что и его бабку.
Я повторила:
— Ужасно.
И выбежала из кухни.
Джекко ждал меня.
— Они все там. Я ничего не смогла достать. Они представили это как несчастный случай.
— Чего же ты хочешь?
— Это ложь, все ложь! Это их рук дело. Они убили ее!
— Мы должны спасти мальчика. Так как насчет еды?
— Мне нужно выждать удобный момент.
Он кивнул.
— Давай сходим в «Собачий дом», посмотрим, как он там, — сказал он.
Я была довольна, что из окон дома сарай не виден из-за окружавшего его кустарника.
Джекко постучал в дверь:
— Впусти нас.
Мы услышали, как ключ, повернулся в замке, и перед нами возник Дигори.
Когда мы вошли, Джекко сказал:
— Мы принесем тебе еды. Все, что от тебя требуется, это оставаться здесь. Все будет в порядке. Через несколько дней вернется отец.
Дигори сказал:
— Теперь у меня ничего нет… Все сгорело… и моя бабушка…
Я подошла к нему и обняла за плечи.
— Мы о тебе позаботимся, — убеждала я. — Мой отец что-нибудь придумает.
А он стоял, словно статуя.
— Ничего, — сказал Джекко. — Когда поешь, ты почувствуешь себя лучше.
Спустя немного времени мне удалось пробраться в кладовку и взять молока, хлеба и кусок холодного бекона. Мы отнесли продукты в «Собачий дом».
Оцепенение Дигори еще не прошло, но мы заставили его немного поесть.
* * *
В это же утро мы с Джекко отправились в лес.
Запах горелого дерева и соломы витал над пожарищем. Печально было смотреть на остов того, что некогда называлось домом. Трава вокруг обгорела.
Наверное, это место не будет пустовать, но здесь уже никогда не появится мамаша Джинни.
Город тоже охватила подавленная атмосфера. Солнце струило свои палящие лучи на мост, который пересекал реку недалеко от того места, где к берегу причаливали лодки. Никогда больше не повторится такой праздник, как этот.
Один из рыбаков, сидя на перевернутой лодке, чинил сети.
— Добрый день, — сказали мы.
— Добрый день, мистер Джекко и мисс Аннора.
Он делал вид, что поглощен работой, и все люди казались менее разговорчивыми, чем обычно.
Джекко спросил:
— Что, прошлой ночью был пожар?
— Да, так, — ответил рыбак.
Я подумала: «Где ты был прошлой ночью? Не был ли ты одним из тех, кто издевался над старой женщиной? Наверняка размахивал факелом, поджег ее дом.
Возможно, не ты именно поджег, но вы все виноваты в этом. Каждый из вас, кто дал этому произойти».
— Хижина мамаши Джинни сгорела дотла, — сказал Джекко.
— Да, так говорят.
— А она была в доме?
— Да, так говорят.
— Это ужасно, — сказала я.
— Так, мисс Аннора.
— А что, — спросил Джекко, — с мальчиком Дигори?
— Не спрашивайте меня, мистер Джекко. Я ничего не знаю.
Я подумала: «Вот так будут говорить все. Они ничего не знают. Им стыдно, и они будут делать вид, что там не были».
Мы двинулись дальше. Когда мы встречали людей, они все говорили одно и то же: они ничего не знают и что случившееся ужасно.
Я раздраженно сказала Джекко:
— Теперь они все будут изображать непричастность.
— Виновный всегда так поступает.
— Большинство из них ночью были в лесу.
— Они все скажут, что были на вересковом поле, на набережной или, на худой конец, спали.
Почти каждого мы спрашивали о Дигори. Никто уже не называл его шалопаем. Все были уверены, что он был в хижине и сгорел вместе с бабкой.
— В «Собачьем доме» он будет в безопасности, — сказала я. — Все думают, что он мертв.
— Там он пусть и находится — До возвращения отца, — добавила я.
* * *
Прошло два дня, прежде чем я сделала попытку увидеться с Рольфом. Я не могла вообразить, что я ему скажу, когда увижу. Я всегда предполагала, что между нами существует особое взаимопонимание, но теперь это кончилось. Во всем происшедшем больше всего я винила его: люди были невежественны. Он призывал их к действию. Зачем? Я понимала его жажду новых знаний, но восполнять ее такими бесчувственными методами?
Мне нужно было поговорить с ним. Я поехала в Дори Мэйнор.
Как быстро росли владения Хансонов! Сама усадьба была невелика, но леса были достаточно обширными.
Их поместью было около трехсот лет. Но эти темы меня в данный момент мало занимали.
Я въехала в конюшню и оставила лошадь конюху.
Подошла к двери, дернула колокольчик. Дверь открыла горничная:
