– Я хотела бы познакомиться с вашим женихом, – ошарашила ее Леона. – Мы могли бы встретиться – вы с женихом и все наши учителя – на небольшой вечеринке по случаю начала нового учебного года. В конце концов, не каждая учительница выходит замуж за шейха.
У Энн забилось сердце, она облизнула пересохшие губы, пытаясь что-то сказать, но ни один достойный ответ не пришел на ум.
Кто сказал, что он шейх? Но Леона знала, что говорит: назойливые родители выяснили в отеле имя мужчины: шейх Рафик Гарун.
– Энн, вы всем сделаете приятное, если придете с ним в школу. Вы же знаете, как вас все любят и как будут рады вашему счастью. Вы его заслужили.
Энн стояла безмолвно, как статуя, но внутренне кричала: нет, нет, нет! Никаких встреч! Никакой помолвки! Никакого шейха!
Леона полистала свой календарь и сказала:
– Как насчет той недели?
– Я… я… У меня… – лепетала Энн, но Леона не слушала ее.
– Вы, конечно, не расстаетесь с ним ни на минуту, – улыбнулась она. – Из моих источников известно, что он очень красив.
И богат, хотела добавить Энн. И высокомерен. И избалован. Что еще говорят там источники? Скорее бы убраться отсюда!
Наконец Энн смогла покинуть кабинет Леоны. Она выскочила на улицу и помчалась домой, но по дороге расплакалась.
Она попала в паутину лжи. Одна ложь тянет за собой другую, и теперь, чтобы выпутаться, придется снова лгать. Придется идти на прием и соглашаться на роль невесты. В конце концов, потом, когда все кончится, она скажет Леоне, что не смогла примириться с его характером, его восточными обычаями и порядками… Да мало ли что между ними могло произойти?
Значит, надо звонить Рафику и соглашаться на его предложение. Звонить… Легко сказать! Он нахально вошел в ее жизнь, но, может, она все-таки ошибается на его счет? И это не так уж и трудно – пойти сперва на прием, а потом в школу вместе с ним? Осенью, когда начнутся занятия, все забудут о ее женихе. Хотя как забыть, что скромница Энн была помолвлена с шейхом!
Энн представила, как звонит ему, что говорит… Но видеть его еще сложнее. Когда бы они ни встречались, он всегда смотрел на нее так жадно, как будто хотел съесть. Она боялась его, боялась исходящей от него притягательной силы, его мужского обаяния, сексуальности, от которой почти теряла голову. С ним скромная учительница Энн Шеридан становилась распутной, готовой на все женщиной, уверенной, желанной. Между ними ничего не могло быть, тогда почему она все время думает о нем? Почему надеется, что он сделает еще один шаг навстречу к ней?
* * *
У Рафика было назначена встреча с отцом и братом. Он вошел в приемную к отцу и, прежде чем войти в кабинет, обратился к секретарю:
– Если позвонит Энн Шеридан, доложите немедленно. Это очень важно. – Он поднял глаза и увидел брата. Тот стоял рядом и все слышал. На лице у Рахмана отразилось неподдельное удивление.
– Что случилось?
– Ничего, – ответил Рафик. Он терпеть не мог подобных ситуаций.
– Ну, так ты спросил ее? – не отставал Рахман.
– И спрашивал, и просил, но она отказалась. Удивительная несговорчивость, – раздраженно бросил Рафик.
– Но ты надеешься? Я же слышал, что ты поручил секретарю. Разве не было примеров, когда женщины сами возвращались к тебе?
– Это другое. Кроме того, я еще никогда никого не просил сыграть роль моей невесты. – Он быстро огляделся, опасаясь, как бы отец не услышал их разговор.
– Мне непонятно, почему она отказалась. Какую причину она назвала? – не унимался Рахман.
– Полагаю, она нашла это предложение шокирующим. Но, знаешь, я решил не сдаваться.
– Вот это правильно. Теперь я узнаю своего брата, – обрадовался Рахман.
– Ты же знаешь, у меня нет выбора. Ради дела можно пренебречь гордостью. Она должна согласиться. Должна! – упорствовал Рафик.
Идея ему очень понравилась – представить отцу фальшивую невесту. Он не мог уже ни о чем другом и думать. К тому же эта несговорчивая и невинная на вид Энн Шеридан волновала его. И самое удивительное – на нее не действовало его хваленое мужское обаяние, раньше бьющее без промаха в любую цель.
Во время переговоров Рафик не спускал глаз с двери, ожидая, что вот-вот войдет секретарь.
Когда они завершились, он вышел в приемную, и секретарь подала ему лист бумаги.
– Мне звонили? Я же просил… – начал он.
– Да, я знаю, – оправдывалась Руфь, – я хотела вызвать вас, но мисс Шеридан просила не беспокоиться и только передать, что пойдет на прием.
– И это все? – Рафик облегченно вздохнул: значит, она согласна сыграть роль его невесты! Это именно то, что ему сейчас нужно.
Ну почему она не подождала, пока его позовут к телефону? Он бы подробно расспросил ее обо всем.
Все еще дуясь на секретаря, он пошел к себе в офис, чтобы перезвонить Энн. Но никто не ответил, и Рафик оставил сообщение на автоответчике: «Энн, я получил твое послание и очень рад, что ты передумала. Я заеду вечером. Но может, ты мне позвонишь? Мы договоримся обо всем и обсудим детали».
Его терзали противоречивые чувства. С одной стороны, он был рад, а с другой – чувствовал, что поставил себя в глупейшее положение.
Он долго смотрел в окно, потом тяжело вздохнул и принялся за работу.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
В это холодное утро Энн со своей подругой Салли находилась в тридцати милях от Сан-Франциско в округе Сан-Матео, в птичьем заповеднике, где они любовались цаплями, снующими в камышах. Это было одно из хобби Энн и ее друзей.
– Некоторые считают нас сумасшедшими – встали в шесть утра, чтобы посмотреть на птичьи забавы. Но здесь так спокойно, и кажется, что ты в мире, где нет ни злобы, ни зависти, ни лжи…
Салли хорошо знала свою подругу и поэтому не поверила ее наигранной безмятежности.
– Что-нибудь случилось?
– Ничего особенного, – откликнулась Энн. – Немного беспокоюсь. Я иду на шикарный прием в субботу вечером. И вообще вся ситуация…
– Так это замечательно! Чего волноваться-то?
– О… о… – Энн не нашлась что ответить. Как объяснить Салли, что она безрассудно отдалась во власть какого-то красавца шейха? Он следует за ней по пятам, изводит ее глупыми просьбами, а сейчас втянул в игру, которая кажется ей просто неприличной. Собственно, и пошла она на это только для того, чтобы защитить свою репутацию. – Я не знаю, что надеть.
– Энн, о чем ты говоришь? Из-за этого не стоит переживать! Мне казалось, у тебя полно приличных тряпок.
– Только розовое платье, которое я надевала на свадьбу и от которого меня тошнит! – Она сказала это с такой страстью, что Салли удивленно на нее посмотрела.
Но Салли не знала – это платье хранит воспоминания, которые его хозяйка хотела бы вычеркнуть из своей жизни!
