Когда его руки обвились вокруг ее талии, рыжие кудри коснулись щеки, а аромат ее кожи защекотал нос, он почти потерял над собой контроль.
Наблюдая за ними, родители, вероятно, думали, что оба влюблены друг в друга. А что же на самом деле? Рафик чувствовал себя так, как будто парил в пространстве. Ему хотелось чтобы музыка никогда не кончалась…
Но оркестр сделал перерыв, а они остались на месте, глядя в глаза друг другу. Он увидел в ее глазах то, чего никогда не видел в глазах других женщин. Те, конечно, были красивы, по большей части самоуверенны и с удовольствием играли ту роль, которую он им отводил. Но не больше. Они знали свои права, были забавны и делали то, что хотел он.
Но Энн? Она была другая. Искренняя, нежная, готовая прийти на помощь. И в то же время с характером. Он увидел женщину без претензий, которая, однако, не потерпит, чтобы ее обманывали. Эти мысли так напугали его, что Рафик захотел убежать, но выпустить ее из объятий он не смог.
Он не мог оставаться равнодушным к ее ошеломляющей красоте. Эти обнаженные плечи манили его. Он едва сдерживался, чтобы не поцеловать ее нежную шею. Завитки волос на затылке сводили с ума. Запах ее тела дурманил голову. Она была самой сексуальной и самой желанной для него женщиной на этом вечере.
Все было изумительно, пока Рахман не похлопал его по плечу. Рафик не успел сказать ни слова, как Рахман уже представился Энн.
– Добрый вечер! – воскликнул он. – Я – младший брат Рафика, его близнец. Рафик мне так много о вас рассказывал, что я не смог утерпеть и не подойти к вам. Надеюсь, вы не откажетесь потанцевать со мной? Ты, братец, думаю, тоже будешь не против? Не может быть, чтобы ты монополизировал такую красивую женщину на весь вечер!
– Вот тут ты и ошибся! Я действительно монополизировал её именно на весь вечер. Иди и поищи себе другую даму!
– О, звучит угрожающе. Ладно успокойся, я не собираюсь отнимать у тебя Энн, нов от родители хотят сказать тебе пару слов. Ты будешь приятно удивлен, – Рахман ехидно ухмыльнулся.
Рафик не хотел, чтобы Энн видела, как они с братом ссорятся. Он постарался взять себя в руки.
– Интересно, что они придумали? Побудь с Энн, я сейчас вернусь. – Уходя, он услышал, как Рахман стал что-то нежно шептать Энн, и понял, что сделал ошибку, оставив её с ним.
– Вам, наверное, сегодня уже все уши прожужжали о том, какая вы красивая, я прав? – донесся до него шепот брата.
Рахман ловелас в еще большей степени, чем Рафик, и тот прекрасно это знал. У него защемило сердце. Но не возвращаться же обратно!
Рахман тем временем продолжал рассыпаться в комплиментах, на которые был мастер. Такова была его природа.
Рафик подошел к родителям.
– Мы очень довольны твоим выбором, – сказал Массуд. – Очень приятная девушка.
– Если вы имеете в виду Энн, то она лишь партнерша по танцам. Да, она прелестна, отец, но это не то, что ты думаешь.
– Сын мой! Ни мама, ни я не можем тебе приказывать, но мы считаем, что лучшего выбора ты не мог сделать.
Рафин недоумевал: лучшего выбора для танцев? Или отец имеет в виду что-то другое? Уж не хочет ли он сказать, что одобряет Энн как партнершу по жизни? Рафик хотел было предостеречь их с мамой от поспешных выводов, но в этот момент какой-то знакомый бизнесмен отвлек внимание отца.
Рафик посмотрел в ту сторону, где стояли Энн и Рахман, и угрюмо нахмурился. Они вели себя как старые друзья. Сейчас Энн не казалась ни робкой, ни смущенной. Она что-то весело говорила, с удовольствием оглядываясь по сторонам. О ней, казалось, все забыли. Интересно, и кто же привел сюда эту девушку? Рахман явно нарывался на скандал. Дома он ему покажет.
Больше такое равнодушие к с собственной особе Рафик терпеть не собирался. Он подошел к ним и, поблагодарив брата зато, что развлекал Энн в его отсутствие, попросил вернуть ему партнершу. Рахман пожал плечами и выпустил Энн из объятий. Рафик тут же подхватил девушку и увел ее на середину зала.
– Я наблюдал за вами. Ты весело болтала с моим братом. Со мной ты другая. Значит, я тебе неинтересен?
Энн смутилась и отвела глаза, так и не ответив ему.
– Ты произвела хорошее впечатление на моих родителей, – сказал он.
– Мне они тоже очень понравились, хотя я их еще плохо знаю.
– Они не догадываются, что наша встреча на балу задумана как игра в фальшивых жениха и невесту, поэтому так нахваливают тебя. Говорят, что довольны моим выбором и что лучшего я сделать не мог.
Энн промолчала, прекрасно понимая, что сейчас они еще нужны друг другу и не стоит заострять внимание на обидных для нее словах. Они плыли под музыку, отдаваясь и чарующей мелодии Штрауса, и тем чувствам, которые охватили их. Энн положила голову ему на плечо, а он прижал ее к себе, слегка поглаживая спину и уткнувшись в ее волосы.
Это были обычные уловки опытного соблазнителя, только Энн не знала об этом, лишь инстинктивно понимая, что на нее идет охота. Она старалась не расслабляться, говоря себе: осторожно, этот красавец тебе не нужен. Он игрок, а ты не умеешь играть даже в дурака. Он соблазнитель, а ты – невинная девушка, не имеющая представления, что делать в опасные минуты, как себя защищать.
Энн была девушкой с тонкой, ранимой душой, далеко не самоуверенная, хотя и знающая себе цену. Такие, как она, не котировались на рынке женщин, которых обожали Рафик и его брат Рахман. У нее никогда не было любовника. Но сейчас она была почти готова уступить. Чуть-чуть больше настойчивости, чуть больше романтики…
Музыка смолкла. Энн выскользнула из его объятий, сразу же почувствовав себя одинокой и потерянной. Ей казалось, что она готова вечно оставаться в его объятиях, вечно плыть под эту музыку и ощущать его рядом с собой… Она вздохнула и поежилась. Доигралась! Он заинтересовался ею, надеясь на новизну. Разве может она быть для него потенциальной невестой? Конечно, нет!
– Рафик, – решилась она. – У меня…
Но в этот момент отец Рафика вышел на эстраду и в зале воцарилась тишина. Барабанщик забил дробь. Энн поняла, что это неспроста, и повернулась к Рафику, так и не закончив свой вопрос.
– Что случилась?
– Не знаю, – удивленно ответил он и нахмурился: какой сюрприз приготовил отец?
– Леди и джентльмены! – обратился шейх Массуд Гарун к гостям. – Мы пригласили вас сюда, чтобы познакомиться поближе и чтобы вы узнали нас. Мы здесь новички, и Сан-Франциско нам пока чужой, но с каждым днем он становится все ближе и родней. Моя жена и я рады объявить о помолвке нашего старшего сына Рафика.
Энн почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица.
– Что? – прошептала она. – Что он сказал? Разве он может так сразу, не спросив тебя, объявлять о помолвке?
– Что он делает? Я говорил ему, что это плохая идея. Не волнуйся! Это недоразумение. Сейчас все выяснится.
