— Сколько же тебе исполнилось тогда?
— Возраст — понятие относительное.
— Как это?
— Только люди, имеющие ко мне отношение, знают, сколько мне лет. Между прочим, я не думала, что человек твоей профессии способен так хорошо разбираться в торговых марках. Впрочем, как я заметила, ты тоже любишь хорошо одеваться.
— Полагаю, что в каждом из нас спрятано немало сюрпризов.
— Это уж точно, — кивнула она.
— Моя жена научила меня разбираться в женской одежде, — неожиданно для самого себя произнес Джонатан. — Бывшая жена.
Он не любил никому рассказывать о своей личной жизни, предпочитая поддерживать с людьми не более чем приятельские отношения. А с Марии ему вдруг захотелось быть откровенным. Может быть, это было вызвано тем, что уже давно никто с ним не разговаривал так просто и естественно. Окружающие его люди старались всячески угодить ему, говорили комплименты, смеялись каждой его даже самой плоской шутке, то есть всегда помнили, кто перед ними находится. А Марни не боялась посмеяться над ним или поставить его на место. Совершенно очевидно, что она не думала ни о его миллиардах, ни о собственной выгоде.
— Теперь я начинаю многое понимать, — загадочным тоном произнесла она.
— Например?
— Ты забыл, как пытал меня, когда мы познакомились? Ты явно не доверяешь женщинам!
— Я не доверяю не только женщинам. Даже себе не слишком доверяю, — ответил Джонатан, и это было сущей правдой.
Миллиардер, владеющий крупнейшей и самой прибыльной компьютерной компанией в мире, как магнит притягивает к себе мужчин и женщин! И никаких заблуждений на счет людской любви у него
не оставалось. Всем было что-то от него нужно. Впервые за многие годы он чувствовал себя просто мужчиной по имени Джонатан. Марни не знала о его титулах, и они ей были попросту не нужны.
— Ты долго был женат?
Он поморщился.
— Слишком долго.
— А дети есть?
— Слава богу, нет.
— Ты что, не любишь детей?
— Я очень люблю детей, но в данной ситуации очень рад, что их нет. Иначе это был бы лишний повод для жестокой борьбы.
Отбросив ногой камушек, Марни спросила:
— Собираешься опять жениться?
— Жениться? Ни за что! — Вспомнив свой развод и все муки, через которые ему пришлось пройти, Джонатан тихо добавил: — Я лучше дам содрать с себя живьем кожу, хотя фактически это и было сделано в прошлый раз.
Она наклонила голову и кокетливо оглядела его с ног до головы.
— По-моему, твоя кожа выглядит замечательно.
— Что ты собираешься делать вечером?
— Ох, мужчины, как же вы все-таки просто устроены! Даже скучно! Один незамысловатый комплимент твоей коже — и ты уже приглашаешь меня на свидание! Ты бы хоть прикинулся, что тебя не так просто расшевелить!
— Извини! Ты заставляешь меня сожалеть о моей импульсивности.
На самом деле он абсолютно не раскаивался. Ему очень нравилось хранить инкогнито и оставаться самим собой. Не контролировать каждое сказанное слово и, ни о чем не задумываясь, следовать возникающим порывам.
— Так и быть, прощаю. Но кожа у тебя все равно замечательная!
— Так что скажешь насчет вечера? У тебя есть какие-нибудь планы? — вновь спросил он.
— Включается ли душ в вечерние развлечения?
Он вспомнил о фантазиях, которые посещали его ночью. Подавил вздох и кивнул.
— Тогда свиданию быть! — обрадовалась Марни.
Можно ли их встречу назвать настоящим свиданием? И чем закончится сегодняшний вечер? — размышляла Марни, одеваясь вечером более тщательно, чем обычно. Она приняла в домике Джонатана душ, а затем вернулась к себе. Что же выбрать? Может, черную в обтяжку майку на тонких бретельках и легкую с черно-белым рисунком юбку? Примеряя каждую новую вещь, она чувствовала себя бабочкой, которая наконец готова выбраться из кокона. Украшения, белье, туфли… Вот эти серебряные босоножки на высоких каблуках ей очень нравились. В них она была выше многих мужчин, но не выше Джонатана. А еще Марни страстно любила красивое белье. Она всегда придерживалась принципа, что нижнее белье должно быть таким же красивым, как и сама одежда. Смешно, что Джонатан уже видел все это в первый день, когда они поспорили, есть ли среди ее вещей хоть что-нибудь полезное.
Да, он видел ее нижнее белье, но в чемодане, а не на ней, а это совершенно другое дело!
Марни посмотрела на себя в профиль, и ей понравилось, как выглядит ее грудь: высокая, упругая и в меру большая.
— О нет, он еще ничего не видел! — загадочно улыбнулась Марни.
Что с ней происходит? — внезапно задумалась она. Неужели все желания не умерли в ней вместе с Харви, а просто где-то спрятались на время? Неужели ее траур закончился и она снова жива?
Марни не заметила, когда и как это произошло, но, похоже, что Джонатан начал ей по-настоящему нравиться. Но он ведет себя достаточно нахально! И его приходится немного осаживать. Впрочем, нечего обвинять других в том, в чем сама же и виновата, подумала она, вспомнив, как некогда подшучивал над ней ее брат. «Ты подавляешь всех силой своего характера, — говорил он. — И единственная причина, по которой Харви женился на тебе, заключается в том, что ты, как лава, извергающаяся из жерла вулкан, сносишь все на своем пути. Бедняга превратился в пепел прежде, чем успел смыться». За подобные заявления Мэйсон всегда получал по шее, но на самом деле они были недалеки от истины. В их союзе с Харви именно она всегда принимала решения. Такое положение вещей вполне устраивало обоих, и Харви не чувствовал себя обиженным или несчастным. Что греха таить, иногда ей хотелось, чтобы он был более самостоятельным и напористым и брал инициативу в свои руки, но, несмотря ни на что, она любила его. Сейчас она не пыталась сравнивать обоих мужчин, но трудно было представить себе кого-нибудь, кто бы так сильно отличался от Харви, как Джонатан. И все-таки она идет с ним на свидание! Хотя, может быть, это и нельзя назвать свиданием. Просто двое американцев, встретившиеся в чужой стране, решили выпить вина и провести вместе вечер.
Но как в таком случае рассматривать вчерашний поцелуй?
Марни отогнала прочь непрошеные мысли и взялась за расческу. Она приподняла волосы, решая как лучше их уложить.
Через полгода после гибели Харви Марни очень коротко постриглась. Так было проще. Маленький ребенок и домашние хлопоты ни на что не оставляли времени. Теперь волосы выросли, и их можно собрать в хвост.
На веки Марни положила тени чуть ярче, чем обычно. Слегка подкрасила румянами щеки. Пара проведенных на пляже дней и так добавила лицу красок. Марни подошла к маленькому мутному зеркалу, висевшему в ванной, и не узнала себя. Перед ней была прежняя Марни. Девушка, которая всегда вызывала восхищение своими нарядами, прической, со вкусом подобранными украшениями. Сейчас у нее в ушах были серьги, которые очень ей шли. Повертев головой из стороны в сторону, она смогла в этом убедиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
