— Логичное решение, если вы много людей собираетесь в фильм воткнуть, — поддакнул я и тут же, придя в себя, вернулся к обоснованию реальности: — Но, Михаил Андреевич, я вам говорю, как есть: туда столько народа, какими бы хорошими актёрами они ни были, точно не влезет! Ни при каких раскладах не влезет!
— А куда влезет? — тут же прищурился Суслов. — У тебя, кажется, есть идея?
Я устало вздохнул и, уже как полсекунды назад приняв решение, задумчиво произнес, давая пас собеседнику:
— Вы что, предлагаете сделать ещё один сериал?
— Ещё один? Новый? Гм, — задумался Секретарь ЦК и хмыкнул: — А ты знаешь, пожалуй, это сможет закрыть вопрос. Только, — тут он поднял указательный палец вверх, — сериал должен быть не хуже того, что снимается на острове. Ты сможешь такой придумать?
— Да. И знаете, как будет называться сериал в который нужно запихнуть сто человек? — легко ответил я и тут же озвучил давно витающую в голове идею. — Да так и будет называться — «Сотня»!
Глава 5
Новое рабочее место
Рабочий день начался неожиданно торжественно. За мной заехал лично директор киностудии, товарищ Мячиков. Честно говоря, я даже немного растерялся, когда увидел его стоящим у подъезда и машущим мне рукой.
— Саша! — весело крикнул он, когда я вышел. — Доброе утро!
— Утро доброе, — удивлённо отозвался я, пожимая ему руку. — Какими судьбами?
— Да вот за тобой приехал, решил на работу подбросить. Сегодня же твой первый официальный рабочий день, так что надо сделать всё красиво.
— А вы что, всех работников самолично в первый день встречаете?
— Конечно же нет. Но ты у нас особый случай. К тому же, — он загадочно улыбнулся, — там уже корреспонденты, телевидение и фотографы нас ждут. Будет хорошо, если из машины мы выйдем вместе. Сразу создадим правильную картинку.
Я приподнял брови.
— Вы серьёзно? Прямо вот так — фотографы, телевидение и тому подобное?
— Конечно! — Мячиков слегка похлопал меня по плечу. — Народ должен видеть, что у нас всё идёт по плану. Что ты не где-то там в творческом загуле, а вот он, новый режиссёр, прибыл на работу. Или ты против?
Я задумался на секунду, но тут же улыбнулся.
— Нет, конечно! Почему против? Всё правильно, пусть снимают.
Мы сели на заднее сидение «Волги», и машина тронулась.
— Слушайте, — сказал я, пока автомобиль выезжал со двора, — я тут в МИД был и у товарища Суслова.
— Знаю, — оживился Мячиков и осторожно поинтересовался: — И что тебе сказали? Или это секретная информация?
— Да нет. Ничего такого, что вам бы не следовало знать.
— Весь внимание…
— Одним словом, — я чуть понизил голос, хотя кроме водителя нас никто не слышал, — они настаивают, чтобы я занимался не столько «Терминатором», сколько сериалами.
— Какими ещё сериалами? — подозрительно прищурился директор.
— «Лост» и новый проект — «Сотня», — ответил я. — Обе истории сложные, и с большой массовкой.
Мячиков присвистнул.
— Ты серьёзно? А как же история про киборга?
— Пока не знаю. Вероятно, нужно Минкульт подключать. Пусть созваниваются и между собой решают. Но ясно одно — сразу с двумя многосерийными фильмами и «термом» нам не справится.
Мячиков потер виски и вздохнул.
— Н-да, дела… Как же так? Ведь фильм про киборга все ждут. Мне все уши в министерстве прожужжали. Настаивали, что у нас сроки уже горят.
— Какие сроки? — искренне удивился я.
Оказалось, что Минкульт СССР уже давно всем пообещал, что продолжение «Терминатора» вот-вот начнёт сниматься, более того, можно сказать, съёмки уже начаты. Все газеты написали, партком уже отчитался, и вот теперь все ждут результата.
— Так что, друг мой, — напомнил Мячиков, — у тебя, у нас с тобой, это не просто творческий проект, а задание партии.
— И как это всё совместить?
— Пока не знаю — буду думать. Но совершенно ясно одно — необходимо срочно об этом сообщить в Минкульт. Пусть срочно что-то решают. Сейчас приедем, и я позвоню.
Дорога за разговором пролетела быстро и вскоре мы подъехали к воротам киностудии «Знамя мира». Как только машина остановилась, я аж присвистнул — людей перед воротами было море. У ограждений стояли милиционеры, регулировали потоки. Толпа шумела, кто-то держал плакаты.
— Это что ещё за демонстрация? — спросил я, слегка напрягаясь.
— Это не демонстрация, Саша, — поморщился Мячиков. — Это соискатели.
— Соискатели чего?
— Работы, конечно.
Я вытаращил глаза:
— Да ну⁉
— А ты что думал? — Мячиков махнул рукой в сторону толпы. — Видишь, сколько человек хочет устроиться к нам?
Я заметил огромный плакат на воротах с надписью: «Уважаемые товарищи, по этому адресу никакой магической школы НЕТ и никогда НЕ БЫЛО!»
Мои брови взлетели вверх.
— А это что значит?
Мячиков тяжело вздохнул.
— Пришлось повесить. Родители и школьники нас замучили вопросами о «школе магии». Родители-то ещё ничего. Они взрослые и всё понимают. А вот с детьми сложнее… Работать не давали и не дают. Школу прогуливают, чтобы в пикете постоять. Вон, смотри, в толпе с десяток в школьной форме. Опять уроки прогуляли или прямо сейчас прогуливают!
Увидев происходящую вокруг вакханалию, я только и смог вымолвить:
— С ума сойти.
— И не говори. Ничего слушать не хотят. И плакаты не читают. Ни один ни другой.
— А есть ещё другой?
— Да. Вон висит. Смотри.
Повернув голову правее, увидел ещё один шедевр агитации: «Ни контролёры, ни администрация, ни руководители киностудии не знают, где живёт Гриша Ротор! Возвращайтесь в свою школу и учитесь там!»
— Великолепно, — сказал я, качая головой. — Так и вижу, как бабушка из соседнего двора читает и всё равно спрашивает: «Ну а всё-таки, где она?»
— Было и такое, — хмыкнул Мячиков. — Но теперь вроде поутихло.
— И это «поутихло?» — Ошеломлённо выдавил я. Ответа не последовало, но и без него было всё понятно.
Машина проехала через ворота, и мы подъехали к большому административному зданию.
— Всё, наш выход, — сказал Мячиков. — И помни: пару слов, пару снимков и идём работать.
Я выдохнул, поправил галстук и выбрался из машины.
Толпа тут же оживилась, кто-то закричал:
— Вон он, режиссёр!
Фотографы защёлкали затворами, корреспонденты полезли с микрофонами. Я сделал вид, что всё это абсолютно привычно для меня, подошёл к Мячикову, мы для красоты кадра пожали друг другу руки, я поздоровался со всеми и тут же, попрощавшись, собрался направиться к дверям.
Но глава киностудии меня придержал за рукав.
— Не спеши! Пусть люди сделают свою работу. Улыбайся.
Щёлк-щёлк-щёлк — со всех сторон лупили вспышки.
— Скажите, а что будете снимать первым делом? — крикнул кто-то из толпы.
— Сначала мы обсудим планы и уже потом обязательно сообщим прессе, — отозвался Мячиков. — Терпение, товарищи!
— Но продолжение фильма про киборга в планах киностудии уже есть? Об этом сообщали в Министерстве культуры СССР и Госкино.
— Значит, есть, — ответил за всех Мячиков, и мы, вновь попрощавшись с благодарными зрителями, пошли к дверям корпуса.
Внутри пахло свежим ремонтом — смесью краски, шпаклёвки и новой мебели. Полы блестели, а люстры сияли. Красотища холла была хоть и простой, но просторной и величественной.
Первый этаж встретил нас турникетом. Рядом с механическим устройством нёс службу дежурный милиционер. За стойкой же сидел вахтёр — крепкий, усатый, с лицом, будто списанным с плаката «Дежурный по проходной».
— Знакомься, это Петрович, — сказал Мячиков.
— Очень приятно, — поздоровался я, собираясь представится.
— А в журналах вы моложе выглядите, товарищ Васин, — сказал вахтёр с лёгкой усмешкой, прищурился и принялся разглядывать меня внимательнее.
— Так там ретушь, — ответил я и пожал сухую руку Петровича.
В голове тут же вспыхнули сцены из совсем недавнего прошлого. Музыкальная студия завода ЗиЛ и репетиции до утра.
