– Шалая, что ты придумала? – забеспокоился Витя, вспомнив все, что пришлось уже пережить из-за ее планов.
– Я подумала, раз Гуляева такая расчетливая, надо сделать так, чтобы ты ее заинтересовал!
– Это чем же? Денисов меня больше, он боксом занимается!
– А мы с ним соревноваться не будем! Мы должны стать отличниками, и не просто отличниками, а известными на всю школу!
– Ты сбрендила, Шалая! Какими отличниками, да еще известными?! – обалдел от такой заявы Витька.
– Не боись, Серов! Я же сказала, у меня есть план! Но должна предупредить: твоя Гуляева этого не стоит, вы все как с ума посходили и не видите, какая она стерва!
– Ну и что? – заступился за предмет обожания Витя.
– Вот я и вижу, что отговаривать тебя бесполезно, значит, надо просто помочь! Значит, так! С сегодняшнего дня будем делать все уроки втроем! Садимся, во всем разбираемся, решаем, что надо, учим и проверяем друг друга!
Витя с Ольгой переглянулись и, понимая, что ее не остановить и придется смириться с неизбежным, безнадежно сдавшись, посмотрели на Вику.
– Да! И будем изучать дополнительную литературу по всем предметам! А в выходные ходить в музеи!
– Совсем с ума сошла! – возмутился Витька. – Какие музеи?! Ты что?!
– А такие! Гуляева с презрительной миной к нам, серым, убогим и тупым, рассуждает об искусстве, о художниках известных! Значит, надо, чтобы и ты как можно больше про это знал!
– Я не хочу! – закричал Витька. – У меня секция и футбол с пацанами!
– Секция само собой, а музеи и художники обязательно! – настаивала Вика. – Я все продумала и даже план написала!
– Вика, мы опять куда-нибудь вляпаемся! – высказалась Ольга. – И зачем нам это?
– Чтобы помочь Витьке!
– Шалая, может, мне можно как-то иначе помочь? – высказал надежду Серов.
– Ты хочешь ходить с Гуляевой? – строго спросила Вика.
– Ну да!
– Тогда будем действовать по плану!
И они стали действовать по плану Вики Шалой!
Поначалу Ольга с Витькой сопротивлялись, сачковали, придумывали отговорки, чтобы не ходить в очередной музей или не заниматься вечером уроками, но Вика была настроена решительно и пресекла их трусливые попытки отвертеться на корню!
И что удивительно: очень скоро ее план начал работать!
Через пару месяцев они втянулись в такой режим, и их отметки стали меняться, из троек у Витьки на четверки и пятерки, а у девчонок, твердых хорошисток, на сплошные пятерки. Восьмой класс они закончили на одни пятерки! Все трое! К тому времени Витька уже отличал Моне от Дега и Дали от Врубеля!
И одержали самую главную победу!
Маринка обратила-таки свой заинтересованный взор на Витьку!
Сначала она присматривалась, делала мелкие поощрительные знаки, так, намеком: мол, ладно, я соизволила, можешь подойти ко мне!
– Не вздумай сразу растаять! – поучала Вика. – Ни в коем случае! Делай вид, что ничего не замечаешь и вообще ею не интересуешься! Тогда она точно начнет сама к тебе клеиться! Вот те крест! – горячо уверяла она.
– Хорошо! – подозрительно быстро согласился Витька.
И великий день настал! Да еще как! Победа! Виктория!
Они сидели на перемене втроем на лестнице, ведущей на чердак, и, обжигая рот горячим повидлом, уплетали столовские пирожки, трепались ни о чем, спорили, куда сегодня пойти. Здесь их и нашла Марина Гуляева.
Плавной походкой знающей себе цену дамочки, отлично понимающей, как она действует на окружающих, и следящей за каждым своим жестом, Марина подошла к ним.
– Привет! – кинула небрежно.
– Виделись, – недружелюбно ответила за всех Вика.
– Серов, – обратилась дива к Витьке, в упор не замечая девчонок. – Я иду сегодня видик смотреть к знакомым, хочешь со мной?
Вика с Ольгой затаили дыхание и посмотрели на Витьку.
Под внимательным взглядом трех пар глаз Витька затолкал в рот остатки пирожка, достал неторопливо из кармана носовой платок, вытер пальцы и, продолжая жевать, небрежно ответил:
– Нет, Гуляева, я сегодня занят. Может, в другой раз как-нибудь…
Маринка лишилась дара речи! И не она одна: Вика даже рот открыла от таких заявлений. Гуляевой никто никогда ни в чем не отказывал, даже учителя не могли! Никто и никогда!
– Нет, Серов! – вышла из оцепенения Марина. – Другого раза не будет! Дважды я никого не приглашаю!
– Нет так нет, – равнодушно ответил Витька.
Гуляева резко развернулась и ушла твердой походкой, всем видом излучая крайнее негодование.
– Так! – зловещим тоном сказала Ольга. – И что это было?
Ольга была всегда очень спокойной, не в смысле тихоней или бесхарактерной, а просто не любила конфликтов, разборок. По большей части она принимала Викины планы и уж если соглашалась с ними, то не отказывалась доводить до конца, даже если в конце им доставалось от родителей. Могла поворчать, отговаривая друзей от очередной идеи, но без огонька и нажима. Но иногда, как сейчас, Ольгу прорывало по полной программе! Она начинала метать громы и молнии и наводила такой разбор полетов, что Вика с Витькой старались отмалчиваться, чтобы не попасть под раздачу, и молча пережидали бурю! А возмущаться Ольга умела!
– Серов! – очень грозно спросила Ольга. – Ты почему ей отказал? Мы же для этого все и затеяли!
– Да не хочу я с ней встречаться! – выпалил признание Витька. – И не нравится она мне!
– Давно не нравится?! – наступала на него Ольга.
– Два месяца! Я с Настей встречаюсь! – сдал себя окончательно Серов.
– С Настей! – задохнулась от возмущения Ольга. – Мы из-за тебя света белого не видим: учимся как проклятые, по музеям и выставкам таскаемся, в театры ходим, чтобы ты мог блеснуть эрудицией! А тебе, оказывается, это давно не надо!!
– Почему не надо? Надо! Мне нравится! И с Настей, кстати, мы в Пушкинском познакомились! Помните?
– Помним! – подала наконец голос Вика. – Оль, ну ты чего? Ты что, хочешь, чтобы он с этой дурой Гуляевой встречался?
– Нет, конечно! Но обидно же! – уже спокойнее ответила Оля. – План сработал, она сама к нему подкатила, и такой облом!
– Да ничего не облом! Все клево! Вот увидишь, она еще за ним бегать будет! – возразила Вика, улыбаясь, и неожиданно громко рассмеялась.
– Ты что? – спросил Серов, заражаясь ее весельем и широко улыбаясь в ответ.
– Я не могу! Как это офигенно было: спокойненько так пирожок дожевал, пальчики вытер и говорит: «Нет, Гуляева, я сегодня занят»! – И она согнулась пополам от безудержного смеха.
– А какая у нее рожа была, вы видели! – подхватила Ольга.
– Да уж! – присоединился к ним Витька.
Они ржали вовсю, успокаивались, но, посмотрев друг на друга, начинали хохотать снова. Над чердачной лестницей разлетался волнами громкий, заразительный смех победителей!
