был просто пирог.
Сашка съел такой на завтрак и даже тарелку за собой не убрал.
А этот... ну разве что не стонет от удовольствия.
Я с ужасом ждала, что друг вот-вот приговорит шарлотку и тогда придется разговаривать. Но как? После такой большой разлуки, когда мы созванивались только на Новый Год и день рождения, просить его об одолжении. Он-то сделает, но какой я буду после этого?
Хотя, после свадьбы за ним остался должок, который Фридман клялся выполнить...
С Сережей я познакомилась много лет назад. Точнее он со мной.
Точнее они.
Саша и Сережа – оба высокие и кареглазые, с коротким ежиком волос и фирменной «лётной» походкой от бедра наверняка разбили не мало сердец. Мое так точно.
Они бы не обратили на меня внимание, если бы не один случай. Поздно вечером, когда на улицах было уже темно, а фонари еще не зажгли, я потеряла телефон. Большая катастрофа для того времени.
Мы жили бедно, и позволить себе купить новый просто не могли. И вот такую, зареванную, на карачках в поисках старой нокии, меня и нашли ребята.
Несколько часов мы блуждали от дома до института. Я плакала, Саша отвлекал меня шутками, а Сережа, не переставая, звонил на мой номер и подсвечивал дорогу фонариком.
Но нашел телефон как ни странно Кораблев. Разлегся на лавку перед корпусом, чтобы показать, как он устал, свесил руку вниз и поднял с асфальта ту самую нокию 3310.
Он заразительно улыбнулся, вбил в контакты свой номер и велел позвонить утром, как только я проснусь.
А Сережа… он даже не попрощался. Тогда это показалось странным, но потом я привыкла к его выходкам. К нелепым шуткам, тому, как он краснеет от любого взгляда, заикается и подолгу повторяет какое-то слово, не в состоянии сказать его целиком.
И даже когда Фридман не пришел на нашу свадьбу, я не стала сердиться. Саша объяснил, что с ним такое бывает.
И сейчас этот забавный, немного диковатый, как Маугли, парень вырос, дослужился до начальника, получил перевод в наш город и снова вернулся в мою жизнь.
- Сереж, мне нужна работа, - быстро, на одном выдохе, выпалила я.
Фридман отложил вилку и внимательно посмотрел в мою сторону. Именно что не на меня, а туда, где я сидела. Он всегда так делал.
- Стюардессой?
- Господи, нет, - я облегченно рассмеялась. Так бывает, когда после нервного ожидания звучит что-то нелепое, как эта шутка. – Я не гожусь в стюардессы, да и зачем мне это?
- А зачем тебе ра-работа в принципе? И какую работу ты ищешь?
- По правде сказать, не знаю. Думаю, что любую. Я могу убирать, ты ведь знаешь об этом моем пунктике. Если позволишь, я наведу в твоем кабинете такой порядок, что все засверкает! - Фридман отрицательно качнул головой, тем самым охладив мой пыл. – Ладно, могу не в кабинете, а на этаже. Мыть полы, что-то разбирать, ставить… не знаю, даже. Я хотела устроиться уборщицей к Насте в поликлинику, но она сказала, что у них пашут только санитарки, а я и не санитарка и вообще пахать не научена, и еще, чтобы я не придумывала ерунды.
- Правильно сказала.
- Но мне нужна работа!
- Зачем?
- Нам нужны деньги, - врать и притворяться не было смысла. - Много денег, Сереж.
Под пристальным, изучающим взглядом Фридмана стало неуютно. Я специально отвела глаза, раскрыла сумку, чтобы найти там что-то. Что угодно, лишь бы не смотреть на Сережу.
- Я думал, Саша хорошо зарабатывает? – Наконец произнес он. - Точнее, я знаю, что Саша хорошо зарабатывает и помимо оклада, у него есть еще пенсия. Или он тебе об этом не сказал?
- Ты думаешь, он скрывает от меня такое? Конечно, Саша отлично зарабатывал, - я старательно выделила последнее слово. – Но у нас большие выплаты по ипотеке и кредитам, а все накопления ушли на юриста.
- Даже так?
Кивнула:
- Саша хочет скорее вернуться в авиацию и получить компенсацию за простой. Сережа, не смотри на меня так, это же не из твоих денег будет выплачиваться.
Несколько секунд мы молчим.
- Ви-витаминка, ты знаешь, почему я отстранил Кораблева?
- Разумеется, знаю! Я не хочу лезть в ваши отношения, и уверена, ты сделал все правильно, как и всегда, но я полностью на стороне своего мужа. Так что, чтобы ты сейчас не сказал, это не сделает его в моих глазах плохим или неправым! И, вообще, лучше я пойду. Не хотела всего этого разговора и сейчас ощущаю себя ужасно! Серый, давай сделаем вид, что я к тебе не приходила? Как-нибудь сама выгребу.
В кабинете стало жарко. Плотный воздух не давал мне вздохнуть как надо – глубоко и спокойно. Я дернула с шеи шарф, чтобы немного освободить горло, но легче от этого не стало.
Фридман, внимательно следивший за моими руками, вдруг встал из-за стола.
- Ска-кажешь, если замерзнешь, я тогда закрою, - он распахнул окно и остался стоять там. Заложив руки за спину, он внимательно смотрела на осенний пейзаж. Такой же серый как и мое состояние. – Ты не хочешь закончить университет?
- Что?
- У-университет, го-говорю, не хочешь закончить? Тебе же оставалось диплом защитить и какой-то экзамен сдать?
- Зачет, - машинально поправила его, - я не сдала зачет, но какое это имеет дело к нашему разговору?
Наконец Сережа обернулся. Выглядел он растерянным, будто забыл, что не один в кабинете и никак не ожидал меня увидеть.
- Я не творческий человек, как ты, Вика. И не мечтатель как Саша. Я простой делец и говорю на языке фактов и цифр. И вот цифра первая: какой у вас ежемесячный платеж по всем кредитам?
- Ты имеешь ввиду…
- Суммарный.
- Двести тысяч, - говорить об этом невероятно стыдно. И поэтому я добавляю, чтобы хоть как-то оправдаться перед Фридманом. – Это и машина, и ремонт, и ипотека и ещё по мелочи.
- Допустим. А какую зарплату тебе могут предложить с учётом твоих запросов - мыть пол? Тысяч тридцать?
- Двадцать, - поправила я его. Я уже звонила в несколько контор, которым требовались работники… общего профиля.
- А теперь давай вычтем из этой суммы расходы на дорогу – пятьсот рублей в неделю и обеды.
- Я буду брать еду из дома.
- Конечно, - спокойно кивнул Фридман. – Но
