Читаем без скачивания "Берия. С Атомной бомбой мы живем!" Секретній дневник 1945-1953 гг. - Лаврентий Берия

Меня бы устроил нейтралитет Тито, но Коба рассчитывал на успех в Греции и теперь о Тито и слышать не хочет. Говорит, он его долго уговаривал, письма писал, а он заср…нец юлит с Карделем[144]. Так что уговорить Кобу сдержаться нельзя, будет идти на крайние меры[145].

Жалко.

Умер Жданов. Узнал на заседании Бюро[146]. Пришлось все свернуть. Собрались у Кобы. Это меняет всю ситуацию. Андрей и Георгий не ладили, но Андрей хорошо выравнивал и сглаживал разногласия. С Ленинградом всегда было неровно, за Ленинград можно было не бояться при Кирове. И потом при Жданове. Теперь снова пойдет хренотень. Как не хочется лезть в склоку, а она сама растет. Заедаются господа.

Похоронили Андрея. Коба через пару дней уезжает в отпуск. Разрешил отдохнуть тоже. Сказал, будущий год будет для него и меня очень трудным.

Вместо Жданова ввели в Политбюро Косыгу[147]. Алексея вместо Андрея. Косыга парень хороший, но Андрея заменить не сможет. Андрей был фигура, разбирался в большой политике. Без него будет трудно, крепко поддерживал.

Жук[148] жалуется на плохие поставки для Волгодон-строя, просит вагоны и прочее. Им не хватает. А кому хватает? И так приходится консервировать. Где строим, где сворачиваем. А Волгодонский канал нам надо построить в срок. Закольцуем все моря, это крепко пригодится на будущее. Разберемся с Атомной энергией и сразу станет легче, будем строить промышленность и жилье.

Жук или выдыхается, или его надо подкрепить по должности. Жалуется на Павлова[149]. Я ему сказал: «Плохо дерешься за свои права, а права у тебя есть». Отматерил и Круглова[150]. Пусть активнее жмет на Жука и Рапопорта5, и сам не спит.

А Павлова надо к еб…ной матери снять и отправить на пенсию. Хватит, поработал. И старик уже.

Королев провел успешный пуск. Теперь мы имеем хоть какую-то ракету, но немцы умели (очевидно, «имели». — С.К.) ее четыре года назад. Надо ускорять. Особенно по защите Москвы.

Капица полмесяца назад[151] направил письма Вячеславу, обещает защиту от Атомных бомб. Написал не мне, а «товарищу Молотову», а знает, что эта епархия моя. Просит, чтобы об этой работе знал только Вячеслав. Он что, дурак? Первый раз обращается в Правительство? Он что, не понимает, что его письмо тут же уйдет Кобе, мне, Георгию по кругу.

Вячеслав рад стараться, разослал всем2, кому не лень. Сейчас Игорь3 по моему запросу ответил, что это все х. йня. Теперь Капица будет нудить, требовать проверки, комиссий и т. д. Делать ему нечего. И вроде умный человек Капица, а ведет себя как дурак. На что люди время тратят. Мне бы его заботы.

Американцы окружают базами и будут окружать. По авиации они нас крепко обогнали. И англичане тоже, приходится копировать. Значит, надо нажать на ракеты. Устинов[152] жмется, хоть и молодой, а большие обязательства брать не хочет.

А Королёв[153] не боится. И сидел6, а не боится. Молодец! Ракеты у него начинают летать, но малая дальность. Нам надо до Америки. Чтобы боялись. У вас базы, а у нас ракеты, не суйтесь.

Коба сомневается, потянем мы и ракеты и Бомбу. Он увлекся реактивной авиацией. Но вроде поддерживает и ракеты. Георгий[154] не хочет злить Кобу, наперекор не идет. Хруничеву[155] тоже лишнюю заботу брать не хочется. Кобу беспокоит защита Москвы, а тут лучше всего делать локаторы и ракеты. Немцы крепко здесь продвинулись. Надо и тут их использовать, как можно. Великий народ, хоть мы его и побили.

Коба считает, надо построить большой порт в районе Игарки и протянуть железную дорогу от Салехарда до Игарки. Сложная задача и очень дорогая. Весь район заболочен, тяжело[156]. Железная дорога там не помешала бы, но за эти деньги можно настроить много чего там, где сейчас нужнее[157]. Но с Кобой становится тяжело спорить. Особенно сейчас, когда он отдохнул. За что мне это наказание?

Сложный вопрос, когда дело касается государственного интереса и личного. Вячеслав снова попал в переплет. Опросом Жемчужину[158] исключили из партии. Для Вячеслава это сильный удар и я его понимаю. Но Полина это заслужила. Я сейчас думаю, как мне повезло с Нино[159]. Несмотря на все она меня никогда не подведет. И характер не тот, и вообще все не то.

А Кобе тоже не повезло. Надежда[160] была путаным человеком, и преданности в ней не было. Вроде любила Кобу, а не любила. Себя любила, но тоже не по людски. Меня не терпела. Светлана[161] тоже в нее, не в Кобу. Нино это моя опора была и будет. И надо расстаться, и не могу расстаться[162]. Душа сломается. Как вспомню ее босую, худенькую, юную.

Вот так и проходит жизнь. Другие живут, а я руковожу.

1949 год

2/1-49

В этом году закончим работу по бомбе. Не могу сказать, когда точно, но к концу лета должны. Это уже можно считать дело сделано. Если даже будет неудача, все равно сделаем. Раз у американцев получилось, у нас тоже получится.

Тут надо думать дальше. Еще нет РДС-1, а у Харитона и Зернова работают по РДС-3,4 и 5. И думают по РДС-6[163]. Американцы пишут открыто, что водородная Сверхбомба возможна. Пишут, в мире есть только несколько ученых, которые могут разработать теорию и практику Сверхбомбы.

Кто у нас? У нас Игорь, Харитон, Сахаров, Тамм… Еще есть? Есть! Так что это тоже сделаем.

Но надо задумываться, для чего. Флот шевелится, нам бомбу надо для торпеды. Маршалам тоже бомба нужна. Но тут надо думать. Давать Бомбу военным дело рисковое. Тут нужен личный контроль. Это оружие не для войны, с Атомной Бомбой мы живём.

5/1-49

Был разговор с Кобой наедине. Спрашивал, как идут дела по Бомбе. Недоволен. Но понимает, что тяжело. Сказал, тут как с женщиной, раньше времени не родит. И спрашивает: «Ты Бомбу делаешь, а для чего делаешь, знаешь?!»

Я говорю: «Думаю, товарищ Сталин. Вопрос важный, надо подумать крепко».

Говорит: «Думай».

Сижу, думаю. Бомбу мы сделаем. Для чего? Для обороны. Будет Бомба, на нас не полезут. Это ясно. А кто будет принимать решение? Когда война началась, сразу была неразбериха. Потом Ставку образовали, дело наладилось, все решала Ставка по военным делам. По остальному решал ГОКО, но тоже не сразу наладилось. А теперь война будет другая.