настроение ребёнка?
Солнце потихоньку закатывалось за горизонт, окрашивая небо в багровые тона, улицы накрыли лёгкие сумерки, ветер стал прохладнее и резче, а с востока начали наползать тёмные, пасмурные облака.
— Ну, вот, снова пойдёт дождь, — проворчала я, обхватив себя за плечи.
Вернувшись в таверну, я по-быстрому перетёрла остатки ягод и, расфасовав их по глиняным плошкам, поставила их в самое холодное место в погребе. Здесь даже летом, по ощущениям, температура не поднималась выше нуля — так что, должны простоять довольно долго. Не годы, конечно, но пару месяцев точно.
Ближе к ночи на город снова обрушился ливень. Дождь размашисто был по крыше, карнизу, стекал крупными ручьями по стеклам. Разгулявшийся ветер завывал в вышине протяжно и жутко. Закрыв дверь, я подошла к окну, чтобы глянуть на дом напротив. И тут сердце у меня съёжилось комом. Руки задрожали, по спине и предплечьям пробежали ледяные мурашки.
Пожар! Гостиная Николаса Хейга была объята пламенем!
Глава 9
Глава 9
Дым окутал весь первый этаж. Огонь грозил переползти на второй, третий этажи. Времени не было. Я выскочила из таверны и сразу же кинулась к дому Хейга. Как только открыла дверь, пламя хлынуло наружу, но оно быстро погасло — ливень, хлеставший улицы, не давал огню переброситься на соседние постройки.
— Николас! — завопила, попробовав пройти в парадную. Никто не отозвался. — Николас!
— Лизи! — неожиданно долетело с улицы. Оглянувшись, я увидела Тома. Ребёнок был испуган, крупные дождевые капли стекали по его щекам, подобно слезам.
— Быстро зови всех! — прокричала я. — Нужно потушить пожар!
Том кивнул и побежал поднимать горожан. Я же решила пробраться внутрь. Едкий дым застилал глаза, дышать было просто невыносимо, но я упорно звала Хейга. Мужчина нашёлся лежащим на полу возле камина.
— Николас! — я попыталась его растолкать. Бесполезно — но он был без сознания. Пожар к этому времени перекинулся на потолок. Ждать больше было нельзя. Мне едва хватило сил, чтобы протащить Хейга до крыльца. А уже там к нам подоспели соседи. Николас пришёл в себя лишь тогда, когда пожар полностью был потушен. От первого этажа практически ничего не осталось. Ни дорогостоящей изысканной мебели, ни лепнины на потолке, ни книжных шкафов — огонь поглотил всё.
— Что… — Хейг потёр голову, — что произошло? — он смотрел на меня таким опустошённым взглядом, что я всерьёз начала беспокоиться о его здоровье.
— Это вы нам объясните, — я помогла ему встать и осмотреться.
Когда он увидел свой дом, до него, похоже, дошёл весь масштаб происшествия.
— Документы! — мужчина, как ошалевший, ринулся в дом, останавливать его никто не стал, да и незачем. Ровно через минуту он появился на крыльце с ещё более потухшим взглядом.
— Важные были документы?
— Все наработки, все зацепки по делу.
— По какому делу? — поинтересовалась я, зацепившись за фразу. Всё же, он тут не просто так.
— Это вас не касается, — огрызнулся инквизитор.
— Николас! — к нам подлетел Аарон Генри. — Что случилось? Боги!
Мэр выглядел взлохмаченным.
— Моя вина, — Хейг кашлянул, — уснул за книгой. Видимо, ненароком перевернул свечу.
Я подозрительно прищурилась, бросив взгляд на Хейга.
Уснул за книгой?
Быть не может. Я ведь нашла его возле камина, и рядом не было ни кресел, ни столов, ни стульев.
Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться — Николас Хейг врал!
Однако почему? Что на самом деле произошло?
— Как же так, — укоризненно покачал головой мэр. — Ты своей неосмотрительностью мог спалить целый квартал. Слава Богам, Элизабет своевременно заметила огонь. Да и спасла тебя, похоже, тоже она.
Инквизитор вперил в меня взгляд, полный противоречий. Не знаю, как объяснить. Но, казалось, что, с одной стороны, он был мне благодарен, с другой — обвинял?
— Николас, я не слышу слов благодарностей, — подцепил его мэр.
— Спасибо, — буркнул Хейг.
— Элизабет, дорогая, — мистер Генри улыбнулся, — сделай милость, приюти на пару дней нашего инквизитора. В дом возвращаться опасно. Даже если остальные этажи не пострадали, необходимо провести осмотр.
— Мистер Генри, — набычился Хейг. — Я же уже сказал, что это была моя вина.
— Нет, нет. Это не обсуждается. Завтра сюда прибудет полиция. Пусть все осмотрят, а после, чего-нибудь придумаем с вещами, что ты потерял. Элизабет, — мужчина взглянул мне в глаза, — позаботься о Николасе так же, как позаботилась обо мне.
Мне, право, неловко стало, однако можно было расспросить его о причине возникновения пожара. Быть может, если мы останемся один на один, он всё расскажет?
— Пойдёмте, — я жестом пригласила Хейга зайти в таверну.
— Ну, необязательно это, — мужчина выглядел таким растерянным, будто его на казнь вели или в пыточную.
Надеюсь, он не кота боялся…
— Я не кусаюсь.
— Вы, может быть, и нет, — буркнул Хейг.
Нет, он действительно боялся Баюна? Честно, мне даже смешно стало.
— Кота нет. После случившегося он пока не появился.
Кстати, странно. Где пропадает? Не вернётся к утру, я стану переживать. Даже готова забыть про наказание за нападение.
Интересно, если он мой фамильяр, его можно как-то призвать?
— К тому же, у меня все комнаты свободны, — продолжила я. — Можете выбрать любую.
Я видела, как Хейг мялся. Думал, размышлял. Вроде солидный мужчина, с опасной профессией, а ведёт себя, как маленький мальчик. Знаю, говорить так некрасиво, после того, что случилось с его домом, но со стороны он именно так и выглядел.
— Ну, вот и отлично! — ответил за всех мистер Генри. — Теперь буду спать со спокойной душой, а завтра выясним, что у тебя произошло.
— Я ведь уже сказал…
Однако мэр больше слушать ничего не стал, просто махнул рукой и вместе с мужчинами, что тушили пожар, отправился восвояси.
— Ну, так вы идёте? — я остановилась возле двери, схватившись за ручку. Том был уже внутри, так что сейчас я боялась за себя. Сыро. Проливной дождь хлещет. Промозглый ветер пробирает до костей. Совершенно не хотелось заболеть. — Мистер Хейг, это ваш последний шанс. Я не посмотрю, что сказал мэр. Закрою таверну и пойду спать. Что лучше, — продолжила я, хотя терпение было на исходе, — ночевать под проливным дождём, в горелом доме или
