— Ну не …уя себе! — прокомментировала Фая. — Я в экстазе…
Они набрали еды и устроились на террасе. Это было восхитительно — сидеть в тепле, когда вокруг — мрак, сырость и холод.
Только они расправились с креветками, как к ним присоединилась высокая смуглая женщина лет сорока в белых кожаных джинсах и шелковой рубашке.
— Не помешаю? — поинтересовалась она.
Девушки покачали головами и судорожно проглотили креветок.
— Меня зовут Тамара, я знаю, кто вы, — сообщила она Алисе. — О вас все знают. Я очень любила вашу прабабушку — она учила меня магии.
Не успела Алиса открыть рот, как ее перебила Марьяна.
— А что сегодня будет? — спросила она. — Ну, есть какая-то программа, или все просто будут ходить и трепаться?
Тамара вынула из крошечной золотой сумочки мундштук, украшенный бриллиантами, закурила и сказала на выдохе:
— Сейчас мы все наедимся и напьемся, а потом начнется шоу. Лиза устраивает отличные вечеринки. Не соскучитесь.
— Да я не об этом! — смутилась Марьяна. — Здесь и так очень здорово! Просто мы никого не знаем…
— А вы выпейте коктейль «Оборотень», — посоветовала дама. — Эй! — окликнула она официантку. — Три «Оборотня»! Да, я всех вас приглашаю к себе в среду на пре-парти.
— На что? — не поняла Алиса.
— А! — Тамара хлопнула себя по лбу. — Ты же не в курсе! Все вы, наверное, знаете… — она внимательно посмотрела на каждую, — что тридцать первого апреля на Лысой горе состоится шабаш ведьм. Ну, и весь апрель идут предварительные вечеринки. Моя — в среду.
— А это тоже… — Фая покрутила рукой.
— Нет, это просто вечеринка. Лиза устраивает свою пре-парти в пятницу. Приходите, будет весело.
Она порылась в сумочке и вытащила три крошечных ключика из горного хрусталя.
— Это пропуск, — сообщила она.
Подоспевшая официантка поставила на стол три синих коктейля, внутри которых что-то мерцало.
— Ура! — провозгласила Тамара. — Пить нужно залпом.
Они не без труда одолели пол-литровые бокалы, но едва стаканы вернулись на стол, как вся троица почувствовала — что-то изменилось. И это не спиртное ударило в голову, хотя его было немало, но вдруг они ощутили себя, как дома, словно в кругу ближайших друзей, и все лица сделались такими знакомыми, такими любимыми, и все стало так просто, что даже невообразимая роскошь больше не удивляла — все казалось само собой разумеющимся, как пицца и текила на обычных девичниках. Фая вдруг бросилась дружить с известной певицей, Марьяна увлеченно обсуждала мужчин с красоткой Устиньей, а Алиса хохотала над шутками дамы средних лет в брючном белом костюме, которая владела безумно дорогими SPА-центрами, где в среднем процедура стоила тысяч двадцать рублей. От клиентов, кстати, отбоя не было. И вдруг погас свет. Кто-то кому-то наступил на ногу, у кого-то разбился бокал, кто-то врезался в стол, но только улеглась первая суматоха, как вспыхнули звезды, спустившиеся с потолка, грянула музыка, и все увидели сцену, что скрывалась за белыми драпировками, которые Алиса первоначально приняла за шторы.
Шоу позавидовал бы «Мулен Руж» — Соня шепнула Алисе, что костюмы заказывали нарочно для этой вечеринки, а танцоры — международные звезды стриптиза.
Это была феерия. Не банальное кабаре — нет. Стриптиз высокого полета, не утративший животной сексуальности, драйва полубордельных заведений — чувственный, грубоватый, но роскошный — и благодаря дорогим декорациям, и благодаря немыслимому мастерству танцоров и танцовщиц.
Все бросились в пляс — дамы в облегающих платьях, дамы в кринолинах, дамы в узких джинсах и пышных юбках, а с потолка сыпались серебристые блестки, и взрывались хлопушки, и ревела музыка… После стриптизеры выплясывали на столах, большинство дам бросались в бассейн с подогретой водой — нуждающимся выдавали белые бикини, а Алиса с Фаей и Марьяной до истерики катались с водяной горки. Перед самым рассветом в небе заполыхали фейерверки — и это продолжалось целый час. Небо взрывалось синими, золотыми, зелеными и красными искрами, и это было красиво так, что пробирало до печенок, а потом все встречали солнце — с недоверием глядевшее на девичник из-за серого облака, а потом пили чай и глинтвейн на террасе — всем, кто купался, выдали толстенные белые халаты до пола и белые тапочки из овчинки.
После чая с пирожными начали прощаться — Алиса с подругами уехала одной из первых — не хотелось в толпе растерять впечатления.
Они уже почти добрались до дома, когда Марьяна, наконец, подала голос:
— Ну и ну…
А Фая подтвердила:
— С ума сойти можно! Алиса! — воскликнула она. — Я тебе завидую! Это просто… — и добавила длинную тираду из выражений в превосходной степени, к сожалению, трижды нецензурных. — Я просто переварить не могу, что это все теперь твое — эти женщины, эти вечеринки, дома… Откуда они все берут деньги?
— Забыла предупредить! — спохватилась Алиса. — Я уволилась.
— А?! — девицы попытались одновременно перелезть с заднего сиденья на переднее, но столкнулись лбами.
— Отвали, корова! — зашипела на Фаю Марьяна.
— Сама корова! — обиделась Марьяна. — Куда прешь?!
— Как это уволилась? — возмутилась Фая. — На что ты будешь жить? Или у вас деньги на деревьях растут?
— Что-нибудь придумаю… — ответила Алиса. — Девочки! Вы хотя бы понимаете, что происходит?
— С трудом… — призналась Марьяна. — Но мне это нравится!
На следующий вечер Алису растолкала Фая. Она возбужденно махала руками и убеждала ее, что им срочно нужно куда-то собираться, но та отмахивалась и уверяла, что никуда не поедет, пока Фая не заткнется и не сделает ей кофе.
Наконец, Алиса встала, спустилась вниз и застала подружек за поеданием сладкого пирога, который кухарка приготовила вчера.
— Обадено оа утя отовит! — с набитым ртом похвалила Марьяна. Она потянулась за чашкой с кофе и выпила всю. Чашка была Алисина.
Алиса закатила глаза, сделала новый кофе, и тут же почувствовала зверский аппетит. Несмотря на диеты, они втроем сожрали противень пирога, заполировали его супом-пюре из тыквы, выпили по рюмке коньяку, и тут Фая напомнила, что звонила Лиза и приглашала в город на встречу.
— Как-то она выразилась… — с трудом ворочая языком, произнесла Фая. — Просто встреча, или деловая встреча… Или что-то вроде деловой встречи… В общем, нам всем нужно надеть черное.
Час они толкались у Алисиного гардероба, рвали друг у друга из рук вещи — и замечания Алисы, что шкаф ее, одежда ее, и именно она наденет черные джинсы-дудочки, не действовали.
— Не надо было задницу наедать! — Фая топала ногами. — Ты в них не влезешь! А у тебя ноги короткие! — она пихнула в грудь Марьяну, которая чуть было не воспользовалась Алисиной растерянностью.
