что в дыхательных путях обнаружили сажу, означает, что в момент пожара человек дышал. Ни один из этих двоих, соответственно, не был Ким Ёнхаком.
Два тела, обнаруженные в Канвондо[11] у подножия горы после оползня, тоже не подходили. Подражатель не стал бы прятать тело в земле, не зная, когда его найдут после захоронения.
В случае с трупом самоубийцы, повесившегося в горах, тоже было трудно поверить, что это Ким Ёнхак. Поскольку тело сильно разложилось и его растерзали дикие животные, личность установить не удалось, но, согласно протоколу вскрытия, кисти рук и оба больших пальца были на месте.
Хан Чжису сосредоточилась на случаях, классифицированных как убийства среди уголовных дел. Всего осталось два дела об убийствах. В одном случае речь шла о расчлененном трупе, найденном возле озера Сихва, находящемся под юрисдикцией полицейского участка Ансан Данвон, а в другом случае – полуобгоревший труп, обнаруженный в сельскохозяйственном водотоке, находящемся в ведении полицейского участка Даньян в провинции Северный Чхунчхон.
Хан Чжису запросила доступ к этим двум делам. Поскольку они не подпадали под юрисдикцию полицейского управления Сеула, то и получение разрешения занимало какое-то время.
Судя по всему, труп, найденный в сельскохозяйственном водотоке, сожгли в самодельном костре. В дыхательных путях не было обнаружено сажи, а следы масла, оставленные вокруг тела, явно указывали на то, что это было именно убийство.
Вокруг тела были обнаружены следы сожженной одежды и других вещей пострадавшего, однако никаких улик, по которым можно было бы установить его личность, не было. Как и ожидалось, не осталось ничего, кроме анализа ДНК.
Определили приблизительное время, когда произошел инцидент. Судя по степени разложения тела, между убийством и обнаружением тела прошло около двух месяцев.
Это не соответствовало времени исчезновения Ким Ёнхака, но и полностью исключать этот случай тоже было нельзя. Кроме того, в данном случае все пальцы были повреждены, так что оставалась вероятность, что это мог быть Ким Ёнхак.
Наконец, предметом пристального внимания СМИ стало расчлененное тело, найденное возле дамбы на озере Сихва. Этот случай получил широкую огласку.
В отличие от большинства случаев, когда приходилось иметь дело с расчлененными телами, этот труп разрезали пополам, по позвоночнику, а не по суставам. Вот почему все заголовки на первых полосах печатных изданий говорили об этом странном инциденте.
Нижнюю часть тела, отделенную от верхней, нашли при осмотре окрестностей озера, но голову и отрубленные пальцы так и не обнаружили. Следовательно, и в этом случае единственный способ, с помощью которого можно было идентифицировать человека, был анализ ДНК.
Инцидент произошел пять месяцев назад и совпал по времени с исчезновением Ким Ёнхака. Детектив Хан подумала, что есть достаточно высокая вероятность того, что расчлененное тело, найденное на озере Сихва, принадлежало именно ему. Подражатель вряд ли стал бы отрезать пальцы, а потом сжигать тело, чтобы настолько усложнить определение личности.
Внезапно Чжису будто охватила паника, ее дыхание стало прерывистым.
Результаты анализа будут готовы через несколько дней. Детектив Сон Чжиюн должен отправить запрос на сравнение ДНК Ким Ёнхака и расчлененного тела, чтобы подтвердить ее догадку.
Но детектив Хан не хотела просто сидеть без дела несколько дней и ждать результатов. Она распечатала на принтере протокол осмотра места преступления и отчет о вскрытии по делу на озере Сихва.
Возможно, инспектор Ли Суин сможет еще до получения результатов анализа ДНК подтвердить, совершил ли это преступление Подражатель.
Хан Чжису услышала, как принтер в конце офиса начал распечатывать документы. Она взяла свою сумку и встала.
Ее дыхание стало восстанавливаться.
Детективу Хан нужно снова встретиться с инспектором Ли Суином.
От жажды ее язык был сухим, словно осенний лист. Она отчаянно нуждалась в очередной чашке кофе.
Глава 6
Кто-то включил свет в палате.
Ли Суин вздрогнул от испуга. Он не услышал ни звука открывающейся двери, ни приближающихся шагов. После того как он перестал принимать обезболивающее, у него часто были проблемы со сном из-за резкой боли. Но, несмотря на это, когда он засыпал, то спал как убитый. Однако на этот раз сон был настолько мимолетным, что он даже не понял, спал ли на самом деле или просто прикрыл глаза. И в этот короткий промежуток времени кто-то зашел в больничную палату и включил свет.
Ли Суин внимательно прислушивался к шагам, держа под простыней пульсометр и иглу от капельницы. Ему было страшно даже подумать, что кто-то в любой момент может протянуть руку, сжать его шею и задушить.
Он затаил дыхание и начал медленно считать про себя. Один, два, три… Досчитав до тридцати, он так и не обнаружил признаков присутствия кого-либо в палате. За это время ему уже успели бы причинить вред.
Ли Суин медленно поднялся. Мокрый халат прилип к его вспотевшей спине.
Чего он боится? Кого он боится?
Ему было очень стыдно, что он испытывает такой дикий страх за свою жизнь. Хоть он и потерял память и зрение, на самом деле он боялся не смерти. Он боялся, что его убьют, когда он так и не узнал ничего о своей жизни до того, как оказался в больничной палате.
То, что он не смог запомнить Подражателя и не поймал его, когда была возможность, еще больше усиливало его страх.
Ли Суин смутно увидел потолок с включенным освещением. Он увидел маленькую точку света размером с игольное ушко посреди кромешной тьмы. Теперь он, наконец, хотя бы может отличать свет от тьмы.
Он решил не говорить ничего детективу Хан. Улучшения были слишком незначительными, чтобы придавать им большое значение, а восстановление зрения еще не означает восстановление памяти.
Сейчас самое важное – это не зрение, а память.
Ли Суин часто пытался восстановить в памяти все, что происходило за день, в обратном порядке. Он чувствовал, что если вернуться на день назад, то постепенно он сможет вспомнить и день перед этим.
Он вернулся к самому свежему воспоминанию…
Старший инспектор Ли заснул, затем включился свет, перед этим он поужинал. Он уронил ложку на пол во время ужина. Ложка была сделана из легкого пластика, поэтому не издала никакого звука.
Он не знал, в котором часу это было, но медсестры Ким и Ли точно приходили к нему, чтобы поменять капельницу.
Несмотря на то, что медсестра Ли могла и сама поменять капельницу и взять кровь на анализ, они всегда приходили в больничную палату вдвоем.
Перед этим Ли Суина тщательно осмотрели.
Медсестра Ким и медсестра Ли толкали перед собой каталку. За
