этого заключается в желании убийцы остаться неизвестным.
– Убийство человека и последующее расчленение трупа означает, что если тело будет найдено на месте убийства, то это может указать на убийцу как на главного подозреваемого.
– Значит… преступник стремится сохранить анонимность.
– Если бы тело просто закопали или спрятали, то это было бы сделано с целью скрыть само преступление. Однако если тело расчленили и просто бросили…
– Вы имеете в виду, что место преступления – это дом преступника или жертвы?
– Тот факт, что убийца завернул тело в одеяло, означает, что жертву убили и расчленили внутри дома. Но то, что преступление до сих пор не раскрыто, почти наверняка означает, что в этом доме больше никто не живет.
Детектив Хан, кажется, согласилась с его выводами и перестала задавать вопросы.
Ли Суину казалось, что его последовательно проверяют. Он ждал, пока Чжису продолжит говорить.
– Хмм… Для того чтобы перевезти тело, понадобился бы автомобиль, а если преступник им пользовался, то не было бы причин оставлять его рядом с местом убийства, верно?
– Да, абсолютно верно.
Детектив Ли Суин прокрутил в голове схему этого убийства с расчленением. Образ преступника был теперь детально прорисован. Однако профиль этого преступника и Подражателя никак не сходились. Между ними не было практически ничего общего.
В данном случае убийца намеренно стер личность жертвы, отрезав ему пальцы и голову, обеспечив тем самым анонимность преступления, но это полностью противоречит целям Подражателя. В конечном итоге это убийство ради убийства, без каких-либо глупых насмешек или угрожающих посланий.
Неужели Подражатель к этому и стремился?
Зачем Подражателю совершать убийство, а потом скрывать, что он его совершил?
Хан Чжису предположила, что это дело было подделкой под убийства Подражателя.
Настала очередь инспектора Ли задавать вопросы:
– Есть еще кое-что. Очень важная подсказка, которой нет, но на самом деле она должна быть.
– И как вы думаете, старший инспектор, что же это за подсказка?
Ли Суин подумал, что это должна быть очень важная подсказка, которая помогла бы установить личность жертвы.
– Отрезанные голова и пальцы?
Было слышно, как детектив Хан выдохнула, и пауза несколько затянулась. Ли Суина очень беспокоило молчание детектива.
– Вы… Вы что-то вспомнили? – спросила Чжису, нарушив тишину.
Ли Суин почувствовал, что тон вопроса детектива сильно отличался от тона лечащего врача. Если врач задавал этот вопрос, чтобы уточнить текущее состояние пациента, то вопрос детектива был полон чувства томительного ожидания.
– Пока что нет… Извините.
– Я очень удивилась. Вы так точно все предсказали, что я подумала… Сегодня я нашла отрезанный палец в морозильной камере в доме Ким Ёнхака.
Ли Суин почувствовал, что голос Хан Чжису, который все время был таким сухим, наконец-то ожил.
– Это был палец Ким Ёнхака? – спросил инспектор.
– Да.
– Спрятан, как дерево в лесу.
Пять месяцев назад Подражатель отрезал Ким Ёнхаку голову и пальцы, стер его личность, а затем спрятал тело среди других трупов. Даже если бы полиция запросила пробить ДНК расчлененного тела по базе данных в Национальной судебно-медицинской службе пять месяцев назад, они бы не нашли никаких соответствий. В то время ДНК Ким Ёнхака не было в базе данных, ведь тогда он еще не был объявлен пропавшим без вести. В итоге несколько деревьев превратились в целый лес.
Подражатель спланировал преступление, спрятав дерево в лесу, чтобы его не обнаружили ни слишком рано, ни слишком поздно. И преступник оставил подсказку, спрятав отрезанный палец в морозилке.
– Правильно, он заставил меня бродить по лесу, и я не видела деревьев вокруг, – сказала Чжису.
Ли Суин прочитал в голосе детектива смесь смущения и гнева.
– В конце концов вы все-таки нашли дерево, детектив. Это ведь только начало, – он надеялся, что тон девушки хоть немного прояснится.
Как только Ли Суин закончил говорить, он снова услышал звук пальчиков, постукивающих о твердую поверхность. Ли Суин наконец-то понял, что она стучала по экрану мобильного телефона. Детектив Хан записывала их разговор на диктофон.
Когда Хан Чжису встала со стула, у нее резко закружилась голова, и ей пришлось схватиться за край кровати, чтобы не упасть. У нее потемнело в глазах, но затем зрение медленно вернулось. Это был долгий день, но он еще не закончился. Она попыталась выпить воды вместо кофе, но сдалась и рухнула обратно в кресло. Узор на халате пациента поплыл у нее перед глазами.
Инспектор Ли Суин взглянул на нее. Хотя, скорее, будучи незрячим, он просто отреагировал на звук.
– Согласно вашему анализу, Подражатель и Ким Ёнхак были знакомы? – Чжису снова включила запись на своем телефоне. Линия на экране колебалась в соответствии с вибрацией звука.
– Вполне возможно. Убийство без взлома, столкновения или драки не может быть совершено иначе, как при условии, что убийца и жертва знакомы. Кроме того, Подражатель учел тот факт, что Ким Ёнхак живет один и сообщить о его исчезновении будет некому.
– Вы полагаете, что Подражатель – это кто-то из близких знакомых Ким Ёнхака?
– Не из близких. В убийстве нет места чувствам. Это было тщательно спланированное преступление, движимое скорее разумом, чем эмоциями.
– Я хорошо знаю Ким Ёнхака, но не настолько близко… Расследование начинается именно с этого.
– Верно.
– То есть?
Последовала долгая пауза. Хан Чжису заметила, как невидящий взгляд инспектора Ли прошел мимо нее и остановился где-то в пространстве. Она поняла, что его состояние действительно улучшилось.
Девушка наблюдала, как старший инспектор отвечает на ее вопросы и строит логические цепочки. Хотя она и беспокоилась, что его воспоминания на фоне стресса могут спрятаться еще глубже, она постепенно увеличивала интенсивность своих вопросов.
Инспектор Ли справился намного лучше, чем она ожидала. Он даже смог указать на детали, которые она сама не заметила. Можно ли, потеряв память, прослушать краткое изложение дела, состоящее буквально из пары предложений, и связать убийство, отрезанный палец и Подражателя воедино?
Хан Чжису была уверена, что к детективу постепенно возвращаются его утраченные воспоминания. Она почувствовала, как его взгляд снова обратился к ней, как будто он снова мог видеть.
– Подражатель… Он был как-то связан с нашей фирмой? – спросил Ли Суин.
– Нашей фирмой? – переспросила Хан Чжису.
Слово «фирма» было их собственным сленгом, шифром, который следователи использовали, проводя расследования на улице, чтобы не привлекать внимания людей. Он помнит этот сленг!
– Подражатель знает слишком много. У него точно есть помощник внутри фирмы, который сливает ему информацию, – произнес инспектор Ли, не обратив внимания на ее вопрос.
– В таком случае это явно человек со стажем, а значит, может быть кем-то вроде руководителя подразделения, верно?
В полиции «руководитель подразделения»
