Довольная достигнутым результатом, она добавила к нему несколько капель духов «Живанши» и спустилась вниз. Она услышала голоса, доносившиеся из гостиной, и среди них голос Блейка. Ей вдруг стало страшно, она занервничала. Ну нет, она не даст себя в обиду. Она подняла голову, чтобы видна была изящная линия шеи, и, собрав все свое мужество, направилась прямо в белую, обставленную голубой мебелью гостиную.
Две вещи она заметила сразу же: властного вида блондинку, вцепившуюся, как клещ, в рукав Блейка, и мгновенно вспыхнувшую при ее появлении безумную ярость во взгляде Блейка.
— О, это ты, дорогая! Какой у тебя… непривычный вид, Кэтрин, — произнесла Мод срывающимся голосом, неодобрительно глядя на нее.
— Откуда это платье? — хрипло произнес Блейк.
Она попыталась что-то сказать, потом бросила умоляющий взгляд на Филлипа, прикрывшего лицо рукой.
— Мне Филлип купил, — заявила она, не помня себя.
— Кэтрин! — возопил Филлип. Блейк улыбается, как голодная барракуда, дрожа от страха, подумала Кэтрин.
— Мы еще поговорим с тобой об этом, Фил.
— Может, отложим разговор до похорон Кэтрин? — спросил Филлип, бросая на Кэтрин многозначительный взгляд.
— Ты не собираешься представлять меня своим гостям? — наивно поинтересовалась Кэтрин.
— Дик Лидс, — произнес Блейк, указывая на высокого белокурого мужчину с моргающими голубыми глазами. — А это его дочь Вивиен, — представил он точно такую же голубоглазую блондинку, крепко державшую его руку. — А это Кэтрин Мэри.
— Килпатрик, — гордо добавила она, — я — младшая в семье. Сразу после Филлипа.
— Как поживаете? — любезно улыбаясь, спросил Дик Лидс и протянул для рукопожатия свою тонкую руку. — Значит, вы не из Гамильтонов?
— Кузина, — пояснила она. — Мои родители умерли, Мод удочерила и воспитала меня.
— Похоже, не слишком хорошо, — угрюмо проворчал Блейк. Его взгляд обещал восполнить этот пробел, судя по тому, как он прокладывал тропу к ее телу, проникая за смелый вырез.
— Если ты не перестанешь дразнить меня, Блейк, — произнесла она умильным тоном, принимая бокал шерри от Филлипа, — я запущу в тебя своим плюшевым мишкой.
Хотя тонкие губы Вивиен и растянулись в улыбке, ей, кажется, было не до смеха.
— Сколько вам лет, мисс Килпатрик? — равнодушно спросила она.
— О, мисс Лидс, я уверена, что намного меньше, чем вам, — парировала Кэтрин с такой же фальшивой улыбкой.
Филлип поперхнулся своим шерри.
— Как прошло ваше путешествие. Вив? — поторопился он сменить тему.
— Благодарю вас, очень удачно, — ответила та, а ее взгляд так и сверлил Кэтрин. — Очаровательное платье. Если его так можно назвать.
— Это старье? — небрежно бросила Кэтрин, выразительно глядя на вечерний туалет Вивиен из розового шелка. — В нем по крайней мере тепло. Не люблю этих новомодных фасонов — некоторые наряды больше похожи на ночные рубашки, чем на платья.
Проглотив эту шпильку, мисс Лидс покраснела до корней волос, а в ее голубых глазах засверкали бенгальские огни.
— Прошу в столовую, — спасла положение Мод.
— Проводи нас, мама, — сказал Блейк. В его темных глазах отражалась борьба бешенства с чувством юмора, и на какой-то миг чувство юмора одержало победу. Но потом он снова перевел взгляд на Кэтрин, и улыбка погасла. Взгляд блуждал по ее кремовой, открытой вырезом коже, и ей казалось, что она чувствует его прикосновение. Ее губы приоткрылись, словно впивая хмельной аромат, а он вдруг посмотрел на нее в упор и перехватил это выражение забытья на ее юном лице. Какой-то пламень промелькнул в его темных глазах, словно в них произошло извержение миниатюрного вулкана, и Кэтрин поняла, что между ними еще до конца ночи снова разгорится война. Но у нее хватило отчаянной смелости вернуть ему дерзкий взгляд и даже улыбку. Если он собирается сделать ее главным блюдом своего меню, она тоже может первая попробовать закуску.
В столовую ее провожал Филлип.
— Ну что? Хочешь покончить жизнь самоубийством? — едва слышно посочувствовал он. — Он в ярости, и все нежные улыбки тут не помогут.
— Мятежники не думают о том, что будет с ними завтра, — кисло ответила она. — Ну, не съест же он меня.
— Ты думаешь? — спросил Филлип, бросая осторожный взгляд в сторону своего брата, который скользнул взглядом поверх светлых волос Вивиен.
— Филлип, ты ведь не боишься его, правда? — поддела она. — Вы же братья!
— Каин и Авель, — напомнил он, — тоже были братьями.
— Не бойся, я не дам тебя в обиду.
— Не вздумай защищать меня, — попросил он хмуро. — Зачем ты заявила ему, что платье купил тебе я?
— Но ты ведь подписал чек, — возразила она с невинным видом.
— Знаю, но покупать его — вовсе не было моей идеей.
— Рассуди сам, Фил, — сказала она, стараясь смягчить его. — Скажи я, что эта идея была моя, он бы растерзал меня на месте.
Он глянул на нее исподлобья:
— А выдавать ее за мою — лучше? Она улыбнулась:
— С моей точки зрения, лучше. Ох, Фил, не сердись! Мне очень жаль, что так вышло. Я скажу ему правду.
— Если у тебя будет такая возможность, — тихо промолвил он, кивнув в сторону брата.
Блейк усадил Вивиен и потом повернулся, чтобы указать стул для Кэтрин. Она приблизилась к нему с гордым видом террористки, приговоренной к виселице.
— Приятный вечер, — тихо произнесла она, заняв указанное ей место рядом с ним.
— Это только начало, — сказал он с улыбкой, не обещавшей ничего хорошего. — Попробуй только сделать еще одно ехидное замечание в адрес Вивиен, и я размажу тебя по стенке, Кэтрин Мэри.
Она удостоила его холодным взглядом.
— Она первая начала!
— Ревнуешь? — слегка уколол он. Ее глаза так и вонзились в него, пылая зеленым огнем.
— К ней? — высокомерно обронила она. — Мне уже не пятнадцать.
— Но очень скоро ты пожалеешь об этом. Обещаю.
И такая дикая ярость прозвучала в его голосе, что она вся, с головы до ног, покрылась гусиной кожей. Ну почему она не сдержалась и снова раздразнила его? Мало ее предупреждали? Ее охватил приступ страха при мысли о том, что ее ждет. Похоже, что она все равно будет выводить Блейка из себя, и она изумлялась своему собственному безрассудству.
Достаточно было взглянуть на его окаменевшее лицо, чтобы захотелось вскочить, убежать наверх и запереть за собой дверь.
Обед был сплошной мукой. Вивиен до такой степени монополизировала Блейка, что он ни с кем больше не мог поддерживать беседу, но взгляд холодных голубых глаз Вивиен то и дело останавливался на спокойном лице Кэтрин. Сквозившая в нем враждебность вызывала озноб.
— Ты не слишком способствовала развитию международных контактов, — заметил Филлип, когда она вернулась в гостиную на послеобеденный коктейль.
