Мы просто сели рядом на камне и долго смотрели на горизонт. Я чувствовала только спокойствие внутри себя и даже умиротворение, мне не хотелось ни говорить, ни шевелиться, и Хидемаса будто чувствовал то же самое.
Солнце стало уже садиться, нам пришлось возвращаться, но дойдя только до беседки, я попросила встретить закат здесь и проводить солнце. От беседки к берегу шла лестница, а от берега тропа поворачивала на дальний хребет, до которого нельзя было добраться с тех скал, где были мы. Пойдя по той тропе, мы бы как раз вышли к маяку, но решили, что не так уж это и интересно теперь, да и солнце быстро занырнуло за полосу моря, и стало резко холодать. Поэтому мы поспешили в обратный путь, ведь нам опять предстояло подниматься круто вверх, а потом спускаться. Выйдя на дорогу, мы заметили огромную луну на тёмном небе. Вокруг не было ни души, фонарей тут тоже не было, поэтому путь нам освещал только свет луны. Для пущей жути я завыла по-волчьи на луну, и Хидемаса присоединился ко мне. Удивительно встретить на краю Вселенной человека, настолько схожего с тобой по духу. Заметив, что я уже дрожу от холода, он снял свою куртку и протянул мне. «Бедняга, совсем же околеет», — пожалела я его, но от куртки не отказалась.
Вернувшись в «цивилизацию», мы пошли подкрепиться в первую попавшуюся гостиницу, в которой имелось своё кафе.
— Сейчас бы чего-нибудь горяченького, — попросила я Хидемасу.
— Хорошо.
Хидемаса что-то долго объяснял официанту, тот всё записал и поблагодарил за заказ. Вскоре нам принесли большую тарелку с рисом, заправленным соусом карри, и тарелку супа с крахмальной лапшой.
— Выбирай, что хочешь, — предложил он мне.
Я попробовала оба блюда и выбрала более привычный рис.
— О, хорошо! А то я очень люблю эту лапшу!
— Зачем тогда предлагал?
— Ты должна выбрать первой.
Принесли напитки.
— В этом стакане горячее вино, а в этом — горячая водка, попробуй.
Я опять отхлебнула из обоих стаканов и остановилась на привычном вине, потому что горячая водка — это уж чересчур!
На стене пред нами висел большой телевизор, где началась программа про необычных животных. В этом выпуске рассказывали про кабаргу — парнокопытное животное, обитающее в степях Казахстана. «Почти про дом родной», — подумала я. На экране крупным планом снимали стадо, одна из самок только что родила детеныша. Он смешно учился стоять на длинных ногах, пищал и пытался поймать мамкино вымя, а несносная мать всё время намеревалась от него убежать, поэтому детенышу приходилось на своих гнущихся ножках ковылять следом за ней.
— «Коса» — это ведь значит «мама» по-японски? — спросила я.
— Откуда ты знаешь?
— Я много аниме смотрела, в одном из них встречалось это слово.
— Ясно. Да, «коса» — это «мама». А как будет по-русски?
Я произнесла.
— Маааама, — смешно повторил Хидемаса.
После ужина мы вышли на улицу, было довольно прохладно, и мы поспешили в палатку. По пути Хидемаса вдруг опять воскликнул:
— Смотри! — он показал рукой в небо.
Небольшое облако закрыло луну, но свет просачивался сквозь него и подсвечивал края, вырываясь за них. Выглядело это очень красиво и зловеще, мне захотелось повыть ещё, но я сдержалась: люди ж кругом, вдруг пристрелят в темноте.
Вернувшись в палатку, мы укутались всем, что было: я — спальником, Хидемаса — одеялом. Для большего эффекта он попытался меня приобнять, я сильно брыкаться не стала — так и вправду стало теплее. Мы немного поболтали, но вскоре сами не заметили, как нас сморил сон.
Проснулись мы очень рано — часа в четыре утра. Я думала, что уже часов восемь, вылезла из спальника, открыла палатку, но снаружи оказалась кромешная тьма. Выходить в такую тьму и холод у меня желание отпало, и я вернулась в тёплый спальник. Пришлось заставить себя ещё немного поспать.
В следующий раз мы проснулись часов в шесть-семь, стало светать, и спать я уже просто больше не могла. Я высвободилась из-под прижимавшей меня руки, выползла из палатки и пошла умываться. «Как же хорошо, когда есть цивилизация!» — подумала я, плескаясь под краником холодной воды. Тут я почувствовала, что у меня болит нос — значит, лицо обгорело на солнце. Круто! Поджарим-ка мы его ещё и сегодня!
Вернувшись, я застала Хидемасу до сих пор нежившегося под одеялом.
— Вставай, мой друг! Нас ждут великие дела! — стала распихивать его я.
Вытащив друга из палатки, я собрала вещи, закрутила спальник и к моменту его возвращения я уже была готова выдвигаться.
— Дай мне немного времени, — попросил он.
Я спустилась вниз к пляжу, полюбовалась еще разок морем. Песок был неприятно холодным и мгновенно набивался в балетки, поэтому я вернулась наверх. Хидемаса ещё собирался. Я пошла по тропинке, проходившей через кусты. У края тропы была надпись: «Осторожно, змеи!». Идти вглубь кустов мне не очень-то и хотелось. Я полюбовалась разнообразием флоры, поохотилась на смешную птичку в траве, и когда я уже застыла перед прыжком, сзади подошел Хидемаса с криком: «Бууу!» и всё испортил!
Мы собрали палатку, она очень компактно складывалась в небольшой мешочек, утрамбовали остальные вещи в рюкзак и отправились на разведку. Судя по карте, на острове, к северо-востоку от нашего лагеря, был ещё один пляж. Мы решили пройти до него пешком, это всего два километра. Но мы не подумали, что все эти два километра придется топать в гору.
Вышли мы на развязку, где одна дорога сворачивала направо и вверх, а вторая налево и прямо. На карте в том месте, куда дорога уходила вверх, был указан заповедник и смотровая площадка. Нам, естественно, надо было обязательно идти именно туда! Здесь нас поджидала коварная крутая лестница вверх, где всего лишь через один пролёт открывался вид на второй, пройдя второй, ты обнаруживал третий, и казалось, что так будет до бесконечности. Когда сил совсем не осталось, мы наконец-то очутились на самом верху! Остров лежал, как на ладони. Мы увидели и пляж, с которого только что пришли, и весь посёлок, и дорогу, по которой шагали вчера, и пляж, на который мы собирались попасть сегодня. Всё утопало в ослепительной зелени, сверкающей в лучах утреннего солнца.
— Мы одни на целом острове! — Хитро улыбнулся лис, притягивая меня к себе и целуя в макушку.
Я мягко отстранилась, погрозив ему пальчиком. Но ощущение это действительно присутствовало: остров ещё спал, и на много километров вокруг нас не было ни души!
Переведя дух, мы отправились в сторону пляжа Такишики. Теперь нам пришлось очень долго спускаться.
— Если прыгнуть сразу с обрыва вниз, можно кубарем докатиться до самого берега. Это будет намного быстрее, — предложила я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
