Во втором раунде кузнец, недолго думая, сделал такой же клин только вручную, отточил его, и, конечно же, его нож тоже прорезал металлическую трубу. А что же ещё придумали инженеры, увидеть мы не успели, потому что уже причалили к берегу. Возвращаясь домой, мы всю дорогу спорили, кто же победит.
— Я считаю, что победит мастер, потому что всё, что делается ремесленниками вручную, качественнее и лучше, — начал Хидемаса.
— А я за инженеров! Это была их идея с клином! А мастер её просто украл! — Не согласилась я.
— Но ведь ты когда придёшь в магазин, скажем, за гитарой, какую ты возьмешь? Ручной работы или машинной?
— Конечно, ручной! Но это совсем не то!
— Нет, это то же самое! Этот мастер — лучший в мире! Представь, что будет, если он проиграет? Тогда он не будет лучшим! Это неправильно.
— Но ведь он не догадался сделать нужную форму!
— Хорошо, давай придем домой и посмотрим результаты в интернете.
— Хорошо, — пошла на компромисс я, хотя была уверена в своей правоте.
По пути Хидемаса затащил меня зачем-то в большой магазин в несколько этажей, мы пошатались по отделам, он купил себе доску для резки, а я — маску для лица. Ноги меня едва держали, я натерла огромные мозоли неудобными балетками и хромала на каждый шаг. На удивленные вопросы Хидемасы, я мужественно отвечала, что всё в порядке.
Но, придя домой и упав на диван, я поняла, что сил у меня больше нет совсем. Ноги ныли, плечи болели, лицо горело в огне! Хидемаса, сбросив рюкзак, ушел в парикмахерскую, а я заставила себя ползти в душ. Отмокнув в холодной воде, я жутко замерзла, включила обогреватель и закуталась в шарф. Достала маску и растянулась на диване, стараясь не шевелиться. Тут вернулся домой молодой мальчик, смутно напоминающий моего друга, и если бы не очки, я б его точно не узнала.
— Где твои волосы? — простонала я.
— А где твое лицо?
Я вообще очень завидую людям с шикарными волосами, особенно парням. Ну зачем они им? Длинные и шикарные волосы у мужчин — это вообще один из моих фетишей. А тут — вот так запросто взять и обкорнать всё! Это просто жестоко.
— Мне тоже нравится отращивать подлиннее, — грустно улыбнулся мой друг. — Но я же работаю учителем, мне надо выглядеть как-то так. Я сам люблю длинный хаер, бороду, рваные джинсы и всё такое. Раньше я так и ходил, а теперь я приличный человек.
— Какая жалость! — вырвалось у меня.
— Зато я принес ужин, я подумал, ты больше не захочешь никуда идти, и взял набор в супермаркете.
«Я тебя обожаю!» — Захотелось крикнуть мне, но я скромно улыбнулась, хотя этого было не видно под маской.
Хидемаса не упустил возможности сфотографировать меня в шарфе и в маске, но мне было всё равно, потому что то, что было под ней, было намного хуже, и оно не пряталось.
Подкрепившись, Хидемаса спросил:
— Что ты планируешь на завтра? Я уйду рано утром на работу.
— Мне говорили, что на Окинаве есть классный Аквапарк. Может, поехать туда?
— Это очень далеко. Если смотреть по карте, мы находимся на юге острова, а Аквапарк находится в другом городе на самом севере. Тебе придется добираться сначала до станции Асахибаси, потом садиться на один автобус, ехать часа полтора, потом пересаживаться на другой и ехать ещё часа полтора. В общем, на дорогу может уйти часа четыре.
— Что-то мне расхотелось в Аквапарк. А поближе ничего нет?
— Могу посоветовать тебе посетить Окинава-ворлд. Это тоже очень популярное место среди туристов, там есть пещера и еще много всего интересного.
— Ладно, сойдет. Как туда добраться?
— Тоже со станции Асахибаси сядешь на автобус и доедешь до остановки Окинава-ворлд, примерно полчаса или час.
— Это лучше, чем четыре. Хорошо, покажи мне на карте моего телефона, чтобы я не заблудилась.
— Давай. Введи в поиск Окинава-ворлд.
Мой гениальный телефон, конечно, так и послушался, он нашел мне зачем-то Самару, потом Ханты-Мансийск, потом Москву, причём каждый раз приходилось опять возвращаться к малюсенькой точке под названием Окинава. Я начала заводиться.
— Он не находит!
— Ты не правильно пишешь, напиши английскими буквами.
— Я писала английскими буквами! Он не находит!
Батарея уже начала мигать и раздражать меня ещё больше.
— Напиши через дефис.
— Да не находит он, что не ясного?! — сорвалась я, и тут до телефона, наконец, дошло, и он высветил мне нужную точку. Но было уже поздно. Хидемаса молча сел за свой рабочий стол, открыл что-то по работе и стал вдумчиво изучать. Я поняла, что поступила крайне плохо. Накричала на ни в чём не повинного человека, который просто хотел мне помочь. Я не знала, что сказать, чтобы извиниться и продолжала делать вид, что выстраиваю маршрут в телефоне, сама же вовсю себя критиковала. Вот и что теперь делать? Вдруг эти японцы чересчур ранимые? Как теперь дальше жить? Искать другого каучсёрфера? Ну нет, так точно нельзя. Что же сказать? Прости за то, что телефон глючил? Ну что за бред! Я продолжала украдкой подглядывать за Хидемасой, который полностью уткнулся в экран своего ноутбука и что-то печатал. Ну вот и конец. Какая же я сволочь!
Мы просидели молча примерно с час. За это время я чуть не сошла с ума и впала в какой-то ступор. Не помогали даже звуки природы, которые всегда играли фоном дома. Сейчас меня особенно раздражал плеск волн и прибоя, потому что мы сами только что прибыли с моря, и звуки, издаваемые динамиком, отдавали фальшью и насмешкой. Я боялась произнести хоть слово и даже пошевелиться.
Вдруг Хидемаса повернулся на стуле и спросил:
— Может, выпьем? Виски будешь?
У меня аж всё подпрыгнуло внутри от счастья, заикаясь, я ответила вопросом на вопрос:
— А лёд есть?
— Да, конечно. Только это японское виски, ты не имеешь ничего против?
— Абсолютно!
Мне хотелось расцеловать его за это, как же всё просто! Милый, спасибо тебе за всё!
Хидемаса наполнил стаканы виски со льдом и присел рядом со мной на диване. Мы долго болтали о том, о сём, о вкусах и интересах, но нам надо было опять рано вставать, особенно Хидемасе, поэтому к полуночи мы начали собираться спать. Проходя мимо кровати, на которой уже закутался в одеяло лисёныш, я почувствовала, как он поймал меня за руку и сказал:
— Ляг со мной.
— Ну, нет!
— Почему? Ведь мы же спали вместе в палатке?
— Это не считается! Спокойной ночи, сладкий! — улыбнулась я и выдернула руку.
Только я примостилась в спальнике, меня начала атаковывать сообщениями моя подруга, и телефон нещадно вибрировал. Я, вздыхая, пересказывала ей коротко события прошедших дней, на что получала ещё миллион сообщений, поэтому я вертелась, шуршала и шумела и вскоре услышала из другой комнаты:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
