любви Эрот стреляет в сердце Маргариты Сабашниковой. Находясь на «башне» Иванова, она чувствует себя котенком, попавшим в пещеру ко львам. Уже через пару недель Сабашникова понимает, что влюблена в Иванова и Зиновьеву-Аннибал.
В октябре все писатели пишут о дьяволе, художники же пытаются дьявола нарисовать. Зачем? Дело в том, что журнал «Золотое руно» объявил конкурс рассказов и рисунков на тему «Дьявол».
Александр Блок в это время готовит к выходу второй сборник стихов под названием «Нечаянная радость» и пишет лирическую статью под названием «Безвременье».
«Над всей русской литературой витали и витают смерчи», – пишет Блок, и весь этот текст пронизан ощущением грядущей катастрофы.
Но пока же грядет не катастрофа, а премьера блоковского «Балаганчика» в театре Веры Комиссаржевской – актрисы, которая открыла свой собственный театр и работает с молодыми драматургами и режиссерами.
Режиссером «Балаганчика» выступает ищущий новые формы Мейерхольд. Формы, кажется, находятся: Мейерхольд создает условный, гротескный театр, он обнажает приемы и всячески иронизирует. Музыку к спектаклю пишет Кузмин. Занавес расписывает Бакст. Блоку нравится, как Мейерхольд работает с его текстом. Еще больше Блоку нравится молодая актриса Наталья Волохова. Поэт ходит почти на все репетиции «Балаганчика». «Я только что увидел это в ваших глазах, только сейчас осознал, что это именно они и ничто другое заставляют меня приходить в театр», – говорит Блок Волоховой, и вокруг них начинает закручиваться снежный вихрь.
Ноябрь
Тройственный союз Иванова, Зиновьевой-Аннибал и Городецкого распадается. «Среды» становятся обыденностью. К «средам» добавляются «субботы», которые проводит Вера Комиссаржевская. Литераторы знакомятся с актерами. Все ходят в театр.
Зиновьева-Аннибал пытается организовать «женский круг» наподобие вечеров «Гафиза», но ничего не выходит. Сабашникова пишет портрет Зиновьевой-Аннибал и влюбляется в хозяев «башни» все сильнее – до того, что у нее случаются «припадки бешенства». Волошин решает увезти жену в санаторий – проветриться.
8 ноября на «башне» пожар: горят чердаки и кухня. Никто не пострадал. Кошка La Vampa тоже не пострадала, хоть и понервничала.
Кажется, пожар был предвестием. 10 ноября из Мюнхена в Санкт-Петербург приезжает оккультистка Анна Минцлова.
Кто такая Минцлова? В 1906‐м ей больше сорока. Однажды во время спиритического сеанса она приказала стулу подвинуться – и он подвинулся. Минцлова читает древние книги, владеет забытыми языками, гадает по руке, лечит наложением рук, видит ауру – притом что почти слепа. Она ходит в большом черном балахоне, пахнет немыслимыми духами, разговаривает шепотом и вызывает трепет. «Сумасшедшая», «посвященная», «святая» – так говорят про нее. В Петербург Минцлова приехала, чувствуя необходимость быть рядом с Вячеславом Ивановым, которого считает самым интересным и значимым современным писателем. 11 ноября они знакомятся и говорят о Люцифере. Минцлова понимает, что не ошиблась.
В ноябре Кузмин разлюбил художника Сомова и страшно полюбил художника Судейкина. Судейкин считает себя проклятым: все влюбленные в него умирают в течение пяти лет. Кузмин встает перед иконой и крестится.
– Что вы делаете? – спрашивает Судейкин.
– Благодарю свою икону, что она исполнила мою просьбу, давши вас мне, – отвечает Кузмин, встает на колени и целует ботинок Судейкина. Анне Минцловой кажется, что в прошлых жизнях Кузмин был кем-то близким Цезарю, потом – кавалером де Грие, потом – членом изуверской развратной секты.
23 ноября Блоку приходит письмо от Белого: тот надеется на примирение и шлет свою фотокарточку из Парижа. Блок отвечает сдержанно и холодно: он не сердится, не обижается, но прежнего общения между ними уже не будет, а другое и не нужно. Получив ответ от Блока, Белый идет гулять по Парижу. Вместе с Белым по Парижу гуляют слухи: говорят, что на «башне» Иванова в Петербурге валяются по полу, пьют вино, танцуют голые женщины.
А что на самом деле? На самом деле в конце ноября на «башне» безлюдно; Зиновьеву-Аннибал лихорадит. 30 ноября ее увозят в больницу с тяжелым воспалением легких.
Зима
Декабрь, метель, снег кружится, образуя воронки. Иванов, Блок и художник Добужинский едут в Москву: они будут судить конкурс рассказов и рисунков о дьяволе. Заседания жюри длятся три дня: на конкурс прислали сто рассказов и пятьдесят рисунков. Каждое заседание заканчивается банкетом до утра. Среди художников не награждают никого, из писателей выбирают трех достойных, первое место при этом присуждают Кузмину. Члены жюри сходятся во мнении, что никто из авторов понятия о дьяволе не имеет.
Ура! Кузмину дают 100 рублей премии! Его повесть «Крылья» печатают в журнале! Длившееся почти два года дело о наследстве движется к завершению! Кузмин почти богат! Весь декабрь он ходит по магазинам и покупает себе обновки. Но ни победа в конкурсе, ни публикация повести, ни покупки – ничего не радует его. Дело в том, что Судейкин, которому еще неделю назад Кузмин целовал ботинок, перестал отвечать на письма. Что случилось?
Оккультистка Минцлова навещает Зиновьеву-Аннибал в больнице. Дела плохи. Зиновьева-Аннибал говорит, что хочет порвать с Вячеславом Ивановым. Во-первых, он укатил в Москву, несмотря на ее болезнь. А во-вторых… Тут Зиновьева-Аннибал замолкает. Анна Минцлова догадывается, что все дело в Маргарите Сабашниковой, на которую Иванов положил глаз.
14 декабря вернувшийся в Питер Иванов сидит у Волошина и говорит о том, как Сабашникова прекрасна. Она не красива, подчеркивает он, но прекрасна. Неожиданно Иванов признается, что хочет развратной пьяной оргии, и на эту оргию он, конечно, хотел бы пригласить Сабашникову.
– А меня? – спрашивает Волошин.
– И вас… Может быть, – отвечает Иванов.
Сабашникова томится в санатории. Ее чувства к Иванову и его жене пугают ее: в письмах она предлагает Волошину уехать в Мюнхен, но уже через несколько дней срывается из санатория, едет в Петербург и первым делом приходит на «башню». Там она проводит несколько часов в томительных разговорах с Ивановым.
Судейкин женится – вот почему он не отвечает на письма Кузмина. Кузмин наряжает елку и думает выброситься из окна.
Нина Петровская думает застрелиться, но Брюсов уверяет, что не сможет без нее жить. Весь его сюртук пропах ее духами. Заметив это, жена Брюсова сюртук выбрасывает. Муж Петровской давно смирился – он смотрит на свою жену и не понимает, как можно быть так долго и так неистово влюбленной.
Тем временем Бальмонта заваливают ландышами и грязью. В декабре выходит сборник его стихов «Злые чары. Книга заклятий». Бальмонт ненадолго возвращается в Москву и приходит на банкет в честь выхода книги. Весь зал заставлен столами, на столах – горшочки с растущими в них, недавно политыми, ландышами.
– Засыпайте поэта цветами! – кричит изрядно выпивший издатель, вырывает пучок ландышей из горшка и бросает в Бальмонта.
Все остальные гости делают то же самое. Бальмонт в цветах и в земле. В скором времени цензура запрещает книгу «Злые чары. Книга заклятий», усмотрев в ней богохульство.
Блок на пике красоты. Все, кто видит его в эти декабрьские дни, отмечают какое-то странное преображение поэта. Возможно, дело в том, что Блок влюблен. Он дожидается актрису Волохову
