Читаем без скачивания Узкое место - Михаил Март

— Теперь вернемся к заказу. Что вы знаете о фирме «Глобус»?

— Ничего. Мне позвонил генеральный директор и сказал, что им нужно пять легковых машин на шесть дней для обслуживания ветеранов войны. Девятого числа — по городу Москве, а десятого они должны выехать в Серпухов, Тулу и Орел, по местам боевой славы. Вернутся в Москву пятнадцатого. Он попросил назвать имена шоферов и номера машин, чтобы они успели оформить на них пропуска в центр Москвы в праздничные дни. Я продиктовал. У меня имелось восемь свободных машин, и я выбрал пять водителей по алфавиту. Абрикосов, Боровой, Белкин, Вареный и Дементьев.

— По какому адресу должны были прибыть водители?

— Фурманный переулок, дом пять восьмого мая в двадцать два часа. Там они должны были переночевать, а утром приступить к работе. Определились в цене, я продиктовал наш банковский счет, на следующее утро получил по факсу копию платежки.

— С тех пор вы не имели никакой связи с водителями?

— Нет. Хотя мобильные телефоны у всех есть. Но сам я им не звоню. Только если на кого-то заявка поступит. Машины частные, и путевые листы им не нужны.

— У вас есть личные дела командированных водителей?

— Конечно. Мы же налоги платим, наш гараж официальный, а не шабашная контора. И проверки бывают. Мы и участковому подбрасываем процент, чтобы опять не сожгли, и страховка есть. Все чин чинарем.

— Мне нужны копии их дел и фотографии.

— А что случилось-то?

— У Абрикосова белая «Нива»?

— Совершенно верно.

— Его машина совершила наезд на человека. Но мы вовсе не уверены, что за рулем сидел сам Абрикосов.

— Так я же могу ему позвонить.

— Хорошая идея. Позвоните всем. Только не нужно никому говорить о том, что ими интересуется уголовный розыск. У меня нет серьезных оснований для обвинения ваших ребят и не нужно настораживать их понапрасну. Шоферы — люди мнительные.

Хорошая идея не сработала. У всех пятерых водителей были отключены мобильные телефоны. Марецкий связался со своим отделом на Петровке, продиктовал их номера, чтобы получить выписки по всем прошедшим звонкам. Так же он передал данные на машины и на их владельцев. Было решено усилить контроль ГИБДД на дорогах в южном направлении, на Серпухов, Тулу, Орел.

— Такого никогда не было, чтобы у всех сразу были отключены телефоны, — с недоумением заметил Евгений Павлович. — Прошло четверо суток. Может, батарейка села.

— Глупости. Телефон можно подзарядить в машине, — возмутилась девушка, снимая копии личных дел.

— Конечно. Если у них есть такая возможность, — кивнул Марецкий и пожалел о сказанном. Оба его собеседника замерли и вопросительно взглянули на майора. — Я не исключаю того, что кто-то мог завладеть их машинами. У меня такой вопрос: кто-то из откомандированных в Москву находился когда-нибудь под следствием?

— Дементьев и Хохлов сидели.

— Хохлов? Его вы не называли.

— Он уехал в Москву два года назад. А вспомнил я его, потому что они с Дементьевым дружили. Жена у Хохлова умерла, он продал дом и уехал. Посадили их, когда они еще на ткацкой фабрике работали шоферами. Взялись перевезти левый товар. Их тормознули в соседней области. Проверили товар — там ящики, а в ящиках восемь трупов. Бандюки их наняли. Вычищали свою зону после криминальной разборки. Ни Дементьев, ни Хохлов нанимателей не выдали, за что и схлопотали по пять лет. Отсидели от звонка до звонка, но остались живыми. А продай они бандитов, их еще из СИЗО в таких же ящиках и вынесли бы. До суда не дожили бы. Местные бандиты весь город в ежовы рукавицы взяли еще в начале девяностых. Теперь они все в большие люди вышли. Бизнесмены, политики, банкиры, олигархи.

— Сделайте мне копию документов и на Хохлова.

— Свое дело он с собой забрал, когда увольнялся. Имел право. А архивы мы не собираем. Владимир Хохлов. Сейчас ему лет сорок. Года рождения не помню. После зоны они с Дементьевым к нам пришли. Тогда мой отец хозяином базы был. Он их взял. А что? Работали ребята нормально. Дементьев по сей день работает. Хороший мужик, компанейский.

— Слушая ваш рассказ, уважаемый Евгений Палыч, можно предположить, что городская милиция тоже под бандой ходила, раз та весь город в ежовых рукавицах держала.

— Хаять за глаза никого не буду, но ни один из беспредельщиков в зону не попал, хотя город их по именам знал. А бывший в то время начальником угрозыска Акимов нынче начальник городской милиции. И из капитанов — в подполковники. Отблагодарили, значит, за верную службу криминалу. Живет в собственной усадьбе, дом в четыре этажа. На такой домишко и маршальской зарплаты вряд ли хватит.

— Полновесная характеристика. Значит, достойную помощь местная милиция вряд ли мне окажет. Спасибо за информацию. Вот вам мой телефон, если водители вдруг объявятся, не сочтите за труд, позвоните. Ну а им о моем визите ничего знать не нужно. Вы меня поняли?

— Уже давно поняли. Можете не сомневаться. Но и вы держите нас в курсе. Их жены сразу ко мне придут, если они дома не появятся. Плохо мне будет.

— Не пугайтесь раньше времени. У меня нет никаких фактов, говорящих о самом худшем. Будем разбираться.

Марецкий встал со скрипучего стула и вышел во двор. Погода и впрямь чудесная. Как тут тихо и хорошо. И зачем люди рвутся в большие города…

5

Фурманный переулок, дом 5. Сюда должны были прибыть машины, заказанные фирмой «Глобус». Старый жилой дом, рядом школа, напротив — огороженная забором баскетбольная площадка с покореженными кольцами. Обычный переулок старой Москвы, не освоенный еще бизнесменами и не застроенный офисами. Никаких табличек. Пятеро водителей должны были здесь ночевать. Марецкий решил пройтись по квартирам и опросить соседей. Благо, в развалюхе всего три этажа, много времени на опрос не уйдет.

Ему повезло. Девушка со второго этажа видела машины восьмого числа. В начале одиннадцатого она возвращалась домой. На машины не обратила внимания. Возле подъезда стояли мужики, и один из них бросил ей вслед хамскую фразочку. Она оглянулась, хотела ответить, но промолчала. Мужики ей не внушали доверия. Девушка поднялась в свою квартиру и выглянула в окно. В это время подъехала иномарка. Из нее вышел какой-то толстяк, и все мужики сгруппировались вокруг него. Он развернул карту, показал какую-то точку, что-то минуты две объяснял, потом сел в свою иномарку и уехал. Следом за ним все шестеро разошлись по своим машинам и тоже уехали.

— Вы уверены, что их было шестеро?

— Я ошибиться не могла. Шесть человек, шесть машин, не считая того, на иномарке. Разъехались они около половины одиннадцатого, и больше я их не видела.

— Какого возраста были мужчины?

— Между тридцатью и сорока годами. Я в лица не всматривалась, но осадок остался неприятный. Увидела бы еще раз, узнала бы каждого, но описать не могу.

Майор поехал в управление.

Кабинет Марецкого был слишком мал, чтобы расхаживать по нему размышляя. Большую часть площади занимал письменный стол. Майор сидел, будто привязанный к своему месту, и постукивал тупым концом карандаша по крышке стола.

— Ничего нам этот кинотеатр не дал, — докладывал Сухоруков. — Комитет ветеранов района действительно выслал открытки с приглашениями фронтовикам по списку, выданному военкоматом. Но ни Кислицын, ни Лавров в них не значились. Да и вообще, они живут в других районах. На входе стояли ребята из местного отделения, но они отсеивали только молодежь с пивом в руках. У пожилых людей никто пропусков не спрашивал, да и на открытках не указано, что они имеют статус пропусков. Многие их с собой не брали. Все открытки заполнялись секретаршами от руки, а та, что мы нашли в кармане убитого, выглядела иначе, текст напечатан на машинке. Одним словом, наших коллекционеров вытянули из дома. У клуба ветеранов нет средств нанимать машины и посылать их за стариками. Был устроен стандартный вечер, посвященный шестидесятилетию Победы, где присутствовали офицеры армии, проживающие поблизости. Живых фронтовиков нашлось с десяток, а пришло меньше половины. Могли бы и впрямь им собрать на сувениры, но этого не сделали. Ну а телевизоры дарить — это уже из области фантастики.

— А ведь Лаврову подарили настоящий телевизор, — тихо пробурчал Марецкий. — Значит, убивать его не собирались. Иначе зачем тратиться. Важно было, чтобы он ничего не заподозрил. И сейф закрыли бы к его приходу. Слишком рано он приехал на свою беду.

— Ты хочешь сказать, Степа, что грабители хотели остаться незамеченными? Не получается. Сейфы они закрыть не сумели. И потом, у Кислицына в квартире воздуховод разбомбили.

— Мы с полковником Сорокиным перебрали все варианты. Никак по-другому в квартиру Кислицына не попадешь. Кругом сигнализация.

— Сорокин? Это наша ходячая энциклопедия?

— Да, да. Валерий Михалыч из архива. Он нас не раз выручал. Пошел я к нему с целью просмотреть картотеку медвежатников. Сейфы уж очень не простые и у Кислицына, и у Лаврова. На каждом по два номерных замка с семизначными кодами. Тут нужен суперас, чтобы вскрыть такую консервную банку. Рассказал я Сорокину о нашей ситуации. Мудрейший старик. Он мне сразу сказал: