пока у меня в планах побегать по Разломам, чтобы собрать как можно больше энергии, и передать ее моим башенкам. Ведь чем быстрее они закончат с трансформацией, тем быстрее мы получим дополнительный козырь в рукаве.
Вообще я запитал големов очень интересно на само это место. Они теперь будут не только от меня брать энергию, но и из места силы. Постепенно эти башни станут неприступными. А лет через пятьсот один такой камень станет настолько прочным, что даже десяток Абсолютов его не сломают. И это даже в том случае, если големы покинут это место или умрут. Неважно… Процесс запущен. Мои вечные огневые точки когда-то появятся в этом мире.
Думаю, я молодец, и теперь могу пойти спокойно поесть, а затем зачистить с десяток Разломов.
Да, я помнил про свое обещание – вести войну на чужой территории, вот только Шнырька доложил мне, что Алмазный Мудак имел на этот счет собственное мнение и решил мне устроить еще один сюрприз. Хитрый, зар-р – раза!
«Ну, спешка нужна при ловле блох», – флегматично думал я, впиваясь зубами в большой и сочный стейк…
Глава 5
Я проснулся с трещащей от боли головой и с ощущением, что ночью кто-то заполз мне в рот, и там умер. И это я ещё не бухал. Такой сброс энергии, опустошивший моё внутреннее хранилище – не мог пройти бесследно для организма. Это было своего рода «энергетическое обезвоживание». Но оно того стоило.
Судя по тому, что показал мне Шнырька, мне нужно находиться во всеоружии, примерно… Я посмотрел на часы… Ну, примерно, полтора часа у меня есть. Как раз успею душ принять и пожрать что-нибудь, ведь война-войной, а обед по расписанию.
Тут я понял, что проснулся не просто так, а от звонка коммуникатора, который хитрый Волк установил возле моей кровати, зная мою тягу к отключению на ночь мобильного. С другой стороны, он клятвенно пообещал, что не будет меня беспокоить без особой причины. Видимо, причина действительно была.
– Алло? – взял я трубку.
– Саша, к тебе гости.
– Так убейте их. Меня зачем тревожить?
– Да не, это нормальные гости, – сказал Волк.
– А такие бывают? – спросил я, посмотрев на часы. – Тем более, в такое время! Точно не бывает…
– Командир, проснись! – громко сказал Волк. Голос его звучал немного раздраженно.
Я с наслаждением почесал голое пузо, пару раз вздохнул, отгоняя остатки сна, и постарался быть серьёзным.
– Ладно, кто там?
– Королева Северного Королевства Лагерта и графиня Сара Голдсмит.
– Хера се… – удивился я. – Они что, вместе приехали?
– Ну… не совсем. Королева опередила графиню всего лишь на пятнадцать минут. Но все эти пятнадцать минут я пытался до тебя дозвониться. Ты же сказал никого не пускать.
Я внезапно улыбнулся.
– А как отреагировала королева?
Волк понизил голос, как будто находился где-то рядом с человеком, которому не нужно было это слышать.
– Да ты знаешь, на удивление, адекватно, учитывая, что целую королеву не пускают к захудалому барону.
– Но-но, попрошу! Впускай их.
– Их – это всех?
– Нет, блин, королеву ещё немного помаринуйте! Впускайте только бабушку.
– Хорошо, сделаем, – абсолютно спокойно сказал Потапов.
– Эй-эй! – заорал я. – Стоямба! Я пошутил! Обоих впускайте!
– Да я понял. Только не удержался, – заржал Потапов и положил трубку.
Трындец! Воспитал еще одного юмориста на свою голову.
Я посмотрел на свои голые ноги и аккуратно засунул в мохнатые тапочки, которые мне подарила Анна. Подтянул повыше белые трусы в сердечки, и пошлёпал в ванную комнату, как на полпути кто-то забарабанил в мою дверь.
– Не заперто, – хмыкнул я.
Конечно же, это была Анна, выглядевшая безупречно, с лёгким макияжем, и очень возбуждённая. Увидев меня, стоящего посреди комнаты со скорбным видом, она остановилась.
– Ой! Ты не одет…
– Почему не одет? – удивился я. – Вот труселя модные. Одна девушка подарила. И тапки – тоже её подарок. Хорошая девушка, хочешь познакомлю?
– Не время для шуток, Александр, – абсолютно серьёзно сказала Анна. Было видно, что она очень нервничает.
– Ты из-за бабули, что ли, так переживаешь?
– Из-за бабули? Да, конечно, я переживаю. А ещё знаешь, кто с бабулей едет?
– Ну да, королева северного королевства.
– Сама Снежная Королева – здесь, у нас! – закатила глаза Анна. – Я оказалась права – Хельга ее дочь!
– Умница, – сказал я. – Хвалю тебя и твою интуицию. Можно, я всё-таки схожу в душ?
– Но они будут здесь через пять минут!
– Это не повод отказываться от утренних процедур, – назидательно покачал я пальчиком. – Иди и встреть их, что ли. Кофе их напои, или что они там пьют. А я под душем немного в себя приду.
И я пошлепал дальше в ванную, оставив возмущенную Анну посреди комнаты. Тем не менее, я слышал, как хлопнула дверь. Девушка побежала выполнять моё распоряжение. Зная свою Анну, она сделает всё в лучшем виде.
Я открыл кран, и тугая струя горячего душа ударила мне в лицо. Кайф!
Я протянул руку и, ожидаемо, не обнаружил геля для душа. Вместо него стояла пена для ванны. Опять Шнырька ванну принимал, и всё передвинул.
– Слышь, ты, чистюля, – сказал я в пустоту. – Ты когда моей ванной пользуешься, возвращай всё на место. А то запрещу и будешь как в прошлой жизни – в грязных лужах купаться!
– Ш-ш-ш-андр ш-ш-шлоб! – произнёс Шнырька, появляясь рядом со мной.
Тем не менее, он держал в лапках бутылочку с гелем и осторожно протягивал мне, чтобы не намочиться.
– Спасибо, – сказал я, и бросил в него банкой с пеной, которую он ловко поймал. – Храни её там, где-нибудь у себя. Один хрен я ею не пользуюсь. Пена со вкусом мороженого. Серьёзно?
– Ниш-ш-шего ты не понимаеш-ш-ш-шь… Гряш-ш-шнуля! – обиженно сказал питомец.
И быстро исчез, прежде чем я в него не запустил мылом.
Я намылил мочалку и минут десять тщательно оттирал себя, пока кожа не покраснела, и кровь снова не побежала по всем жилам. Разогнал метаболизм ещё энергетически, и через десять минут я снова был готов нормально думать и функционировать.
Накинув халат, я почти было вышел из комнаты. Но потом вспомнил, что у нас гости. Вздохнул и потянулся к спортивному костюму. Вздохнул ещё раз, и надел цивильный – с белой шелковой рубашкой под ним. Глянул на себя в зеркало – вылитый жених. И спустился вниз.
Ожидаемо, Анна справилась. Три женщины сидели внизу и весело щебетали. Если не знать, кто они такие, можно было сказать, что это три поколения одной семьи – мама, дочка и внучка собрались за воскресным завтраком, чтобы
