на имена женщин на сайте «давалкиСрайона.сом». А с другой, два имени выбивались на фоне остальных. Первое — это Ариэль с подписью «тридцать килограмм»; мой мозг тут же нарисовал образ анорексички с ярким макияжем; второе имя — Голубизна — тут вообще даже представлять не хотелось. Однако во всём этом списке действительно выделялась «Королева Анна» — имя звучало весомо, как и подпись сбоку — 75 кг.
Я тряхнул головой, прогоняя образы женщин из разряда: «Анна: триста метров от вас».
— Это что? — моя бровь вопросительно поползла вверх.
— Список, — буркнул в усы Алексей.
— Понимаю, что список, но что это за список, где указаны женские имена, да ещё и с их весом⁈ — не успел я это договорить, как Иваныч выхватил из моих рук листок и стал, щурясь, пытаться рассмотреть каракули фермера.
— О-о-о, — мечтательно протянул сторож, — королева Анна хороша собой должна быть! Мне такие нравятся. Ну чтоб у бабы было что потрогать, — он расплылся в идиотской мечтательной улыбке.
Я, наверное, впервые увидел, как фермер рассмеялся. Положив руки на пивной живот, он от души залился булькающими звуками, напоминавшими выхлоп двухтактного двигателя. Он вытер накатившие слёзы из уголков глаз своими толстыми пальцами.
— Насмешили, — он ещё раз несколько раз «булькнул» смехом, после чего выхватил список из цепких ручонок Василия Ивановича и вернул его мне обратно. — Эти имена — это сорта картофеля, который нужно достать до того, как ударят морозы, — взгляд мужчины снова стал серьёзным, — Рэм, если мы не обзаведёмся всем, что есть в списке, до конца месяца, то всё, можно ставить крест на нашем маленьком поселении. Консервы — это, конечно, здорово, но вот ещё о чём стоит позаботиться, так это о неочевидном, а именно о соли и сахаре! У меня там всё написано. Но я ещё о чём хотел поговорить, — он быстро оглянулся, будто не хотел, чтобы его слова попали не в те уши. — Я прошёлся по захваченным участкам завода и понял, что достаточного количества еды мы тут не вырастим. Не хватит земли. Но вот что я точно знаю, так это то, что мы находимся в районе города, который раньше называли «Старый центр». Ничего особенного, но вся суть в том, что в этом районе не такая плотная застройка новостроек, как в других районах. Следовательно, здесь очень много частных домов — ничего особенного, несколько особняков в окружении десятка покосившихся хат начала прошлого века, а то, может, и ещё старше. Так вот, большое количество простых домов, и практически каждый со своим участком земли. А как я уже сказал выше, в бетоне ничего не вырастет. Было бы неплохо разбить там огороды. Я уже молчу о том, что там фруктовых деревьев прорва. Идеальное место, чтобы обеспечить себя едой. Тем более что с водой у нас проблем не будет, река ведь рядом. Если мы получим в распоряжение такое количество земли, то смело сможем прокормить и несколько тысяч!
Я кивнул мужчине, задумчиво почесав подбородок.
— Звучит интересно, конечно. Но сперва нужно будет зачистить район; орда хоть и отступила, но разведчики говорят, что заражённые всё ещё бродят по улицам, — мои пальцы постучали по столешнице, — к тому же, что-то мне подсказывает, что орда может вернуться по весне, не говоря уже о том, что с севера могут прийти люди, которые не захотят жить в тех суровых краях. И всю эту территорию нужно будет как-то защитить.
Фермер хмыкнул:
— А я-то думал, мы новое государство строим, — он тут же смягчился в лице, бросив взгляд на мою перебинтованную руку и перевязку на щеке, прятавшие ожоги, — я без упрёка, юный председатель, просто государства из одного завода не получится, мы ж не Ватикан и нас не кормит Римская империя, — он помялся с ноги на ногу, пытаясь подобрать слова, — я уже понял, что былого не вернуть, мир изменился, и орда у наших стен — яркое тому доказательство. Я видел кадры битвы, — его кулаки сжались, — нам нужно больше людей, чтобы противостоять таким тварям, — передёрнув усами, он словно отогнал от себя мрачные мысли, — а нашим парням лучше сражаться сытыми и полными сил. Очевидно же, что перед нами стоят большие вызовы, и отвечать на них мы должны так же масштабно. Но что-то мне подсказывает, что ты уже прекрасно знаешь, что делать дальше, — он изобразил улыбку, потерявшуюся в усах.
Глава 5
***.
— Конечно, у меня есть какой-то план, и я его буду придерживаться! — я несколько раз поправил камеру, чтобы лучше настроить кадр для очередной записи. — Привет, народ, давно не вел свой влог. Сегодня у нас третье декабря по старому календарю или тридцать четвертый день с начала новой эпохи. Прошло уже чуть больше месяца, но мне кажется, что прошло несколько жизней. Я не стану вдаваться в подробности того, что было в последнее время, все равно у нас есть отличные кадры, думаю, потом как-нибудь смонтирую из них ебейший фильм о том, как мы нагибали орду, которая хотела нас сожрать. А пока, думаю, я порву сейчас некоторые шаблоны у любителей мрачного постапа, — с улыбкой я откатился назад так, чтобы в кадр поместилось как можно больше пространства позади, — та-дам!!! Добро пожаловать в мою новую мастерскую!!!
Эхо моего голоса разнеслось в разные стороны, лишь усиливая эффект от открывшегося камере обзору. Огромный цех. Его масштабное пространство дышало холодной, почти хирургической чистотой, подчеркнутой недавним ремонтом. Высоченные потолки, затянутые сетью новых серебристых воздуховодов и безжалостно ярких LED-панелей, терялись в полумраке верхних ярусов. Мощные стальные рельсы, вмонтированные в пол и стены, тянулись через всю длину цеха, словно артерии тяжелой промышленности. На них замер, будто гигантская индустриальная скульптура, мостовой кран с матово поблескивающей желтой краской и массивным крюком, опущенным вниз. Стены практически светились от белизны свежего покрытия, прерываемой строгими серыми колоннами. Пол, покрытый глянцевым промышленным наливным составом глубокого серого цвета, отражал холодные блики света из огромных окон с видом на реку. Он напоминал темное зеркало, на котором ярко-желтой краской были нанесены идеально ровные линии разметки, зоны безопасности и стрелки движения — четкая, но пока невостребованная карта будущих процессов, которые я в ближайшее время собирался запустить.
Повсюду царила пустота, подчеркивающая масштаб и делающая кран еще более внушительным: ни станков,
