Ровеналь помолчал.
— Я бы хотел знать, куда мы летим, — повторил он, откладывая в блюдце пирог.
Эллера продолжала размешивать несуществующий сахар. Какое-то время Ровеналь пристально смотрел на неё, и, хотя Эллера была твёрдо уверена, что тот не имеет права ничего требовать, она почувствовала себя неуютно. Вздохнула и произнесла:
— Мне удалось установить местонахождение одной исследовательской базы… Всего в нескольких десятках парсеков от нас. Как я уже сказала вчера, дорога займёт два дня. Так что расслабься и… — Эллера запнулась, потому что стандартное «и получай удовольствие» приобрело какой-то иной смысл, когда она подняла взгляд и увидела прямо напротив себя бездонные синие глаза.
Эллере не то чтобы не нравились мужчины с синими глазами… Она в них просто не верила. Но Ровеналь не походил на того, кто будет носить линзы только ради стиля. «Да он вообще ничего не будет делать ради стиля…» — мрачно подумала Эллера и обвела взглядом обнажённый торс. На нем имелась парочка шрамов, но в остальном кожа выглядела молодой, почти нежной. Аккуратный абрис мускулов приковывал к себе взгляд — Ровеналь не был излишне накачан, но и эктоморфом его назвать было нельзя.
Эллера вздохнула и отвела глаза.
— Твоя водолазка совсем порвалась, — напомнила она. — Если так не хочешь брать мою футболку, то советую хотя бы отрезать рукава.
— Спасибо, — глухо ответил Ровеналь, — я подумаю.
Он тоже немножко поплыл, когда взгляд колючих голубых глаз вонзился в него, пробираясь куда-то в самые глубины, рассеивая своими лучами благословенную тьму, царившую в его душе. От этого взгляда становилось тревожно. Ровеналь невольно начинал задавать себе неуместные и несвоевременные вопросы наподобие «Правильно ли я делаю?» и «Что я могу ей предложить?» В обычной ситуации такие сомнения обходили его стороной, и сейчас Ровеналю потребовалось несколько секунд, чтобы совладать с ними. За это время Эллера успела перехватить нить разговора и вместо того, чтобы ответить на самый первый вопрос, перешла в наступление.
— Вообще-то, я бы тоже хотела, чтобы ты многое мне объяснил. Например — кто ты такой.
Ровеналь выплыл из тумана своих размышлений и какое-то время смотрел на неё. Олсон столь же пристально смотрела на него в ответ.
Ровеналь понимал, что этот разговор неизбежен, и был почти рад, что Эллера к нему готова. Однако нужных слов подобрать пока не успел.
— Моя планета находится на окраине Конфедерации, — определился он наконец с ответом. — И я не человек.
Эллера собиралась задать риторический вопрос: «А кто?» — но её на полуслове перебил сигнал тревоги.
Чертыхнувшись, Олсон вскочила со стула и бросилась к рубке. Ровеналь — следом за ней.
— Я знала, что в этом облаке прячется какая-нибудь дрянь! — выпалил Эллера, ныряя в кресло.
— Ну, значит, твоя интуиция нас не подвела, — согласился Ровеналь, который предпочёл бы, чтобы интуиция у Эллеры работала похуже. — Ты обещала настроить на меня системы корабля, — напомнил он.
— Обещала! — буркнула Эллера. — Но я слишком хотела спать! На гашетку сядь!
Ровеналь тихонько зарычал.
— Я, вообще-то, пилотирую лучше, чем стреляю, — озвучил он.
— Забавно. Я тоже. Но пульт управления у меня.
Усевшись в кресло, Ровеналь надвинул на голову 3D-шлем. Он заранее предчувствовал, что Эллера ни разу не даст ему прицелиться — и оказался прав.
Газовое облако уже успело поглотить корабль, и разглядеть что-либо на мониторах было практически невозможно. Эллере было легче, потому что кроме картинки она имела данные приборов — и приборы показывали множество небольших тел с высокой плотностью со всех сторон. Одно за другим они врезались в борта корабля, так что яхту поминутно трясло.
— Если я буду стрелять, то осколки рикошетом пройдут по нам, — предупредил Ровеналь.
Эллера ничего не ответила — отключив спасовавший автопилот, она изо всех сил старалась выбраться из метеоритного потока.
10
Некоторое время яхту швыряло, как лодку в шторм — правда, по большей части благодаря радикальным манёврам Эллеры. Она ругалась вполголоса, проклиная свою неосмотрительность. Ровеналь чувствовал себя идиотом — стрелять было не только не во что, но даже противопоказано.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Наконец радары показали отсутствие каких бы то ни было объектов в обозримом пространстве и, вздохнув с облегчением, Эллера откинулась на спинку пилотского кресла.
Раньше, чем она успела собраться с мыслями, закончилось и облако газа. Корабль вынырнул в бесконечную тьму космического пространства.
По оба борта раскинулся неподвижный звёздный океан, и, если бы не данные приборов, можно было бы решить, что яхта вовсе замерла на месте.
Однако дальнометр показывал, что облако газа стремительно тает вдали позади корабля.
— Интересно, что это было?.. — пробормотала Эллера, не особенно рассчитывая на ответ.
Но в наступившей тишине почти сразу же прозвучал голос Ровеналя:
— Разрушенная планета, скорее всего.
— Что?.. — Эллера с сомнением посмотрела на него.
— Разрушенная планета, — повторил тот. — Выстрелом сорвало с орбиты. Сила тяготения удержала осколки, газ — бывшая атмосфера.
— У Инквизиции нет такого оружия, — возразила Эллера и уже тише пробормотала: — По крайней мере, она утверждает, что нет.
— У Эквилибриума было.
Наступила тишина. Оправдываться и утверждать, что «Эквилибриум не мог», Эллера посчитала глупым.
— Тебе стоит проверить ключицу, — вместо этого предложила она. — Тебе и так нужен покой, а ты бегаешь по кораблю и делаешь всё, чтобы она не срослась.
— Уверен, всё уже хорошо, — заявил Ровеналь. Потом, перехватив взгляд Эллеры, добавил: — Но, если тебе станет от этого легче, я загляну в медотсек.
Эллера кивнула.
— Я пока проверю, нету ли у нас на пути ещё подобных… планет.
Она отвернулась и полностью сосредоточилась на общении с борткомпьютером, а Ровеналь встал и действительно направился в медотсек.
Однако, хотя глаза Эллеры смотрели на цифры, проплывающие по монитору, мысли то и дело обращались к непрошеному спутнику. Запросив данные корабля, она сразу увидела, что Ровеналь пробыл в медотсеке недолго — всего с четверть часа. Это означало, что, если он и влез в биокомплекс, то обошёлся коротким сканированием. Зато, выйдя оттуда, он немного послонялся по коридору, отыскал лифт, которым уже пользовался один раз — когда спускался к Эллере в машинное отделение, — но, забравшись в него, направился не вниз, а вверх. Затем точка, обозначившая эпицентр инфракрасного излучения, замерла.
Эллера качнула головой. Хотя столь свободное перемещение по кораблю и вызывало у неё вопросы, нужно было прежде закончить с проверкой курса и общей диагностикой. А через мгновение диагностика как по заказу выдала ей две замечательных новости — неопознанное скопление металлических структур на трети намеченного отрезка пути и пробитый астероидом водный бак.
— Ну за что… — простонала Эллера, запрокидывая голову назад. Однако долго расстраиваться не стала — очень уж хотелось перейти к личному осмотру корабля.
Она быстро наметила на карте несколько альтернативных точек, через которые можно было проложить новый маршрут, в обход неизвестной базы. Предварительный расчет давал замедление курса на… Эллера присвистнула, увидев цифру, — семьдесят два часа. Запасов воды с пробитым баком оставалось на день. Она вспомнила, как ещё несколько часов назад легкомысленно принимала горячий душ. Потом подумала: «Ну и хорошо, что принимала. А то плавала бы сейчас моя вода в этом астероидном облаке. Так хоть удовольствие получила». Задумавшись, она ввела ещё один параметр, предложив компьютеру рассчитать потенциальный объём воды после её очистки. Результат радовал немногим больше — так воды могло хватить на двое суток.
Предоставив компьютеру досчитывать более точный курс, Эллера задала новый поиск и через некоторое время обнаружила на карте планету, по всем предварительным данным имеющую пригодную для дыхания атмосферу и запасы воды.
