не испытывая удовольствия.
— Это, вроде как, забавно. — Я борюсь со смехом, но это бесполезно.
— Что не смешно, так это то, в каком аду я находился последнюю неделю. — Его слова отрезвляют меня, потому что последняя неделя была для меня такой же.
— Ты тоже? — спрашиваю я, и он кивает. Я провожу руками по его груди, потому что хочу почувствовать его, прикоснуться к нему. Как бы я ни злилась из-за того, что подумала, что он сбежал от меня, я еще больше злюсь на себя за то, что не насладилась той ночью так, как могла бы. Я не смогла увидеть его всего и почувствовать внутри себя. Я отключилась прежде, чем мы смогли сделать что-то еще, но, даже если бы это было на одну ночь, я все равно хотела бы этого.
— Я искал тебя повсюду, — признается он, и на его лице появляется страдальческое выражение. — Ты была там со мной, Шугар. И должна была почувствовать связь между нами. — Он берет меня за руку и уводит с танцпола. Мы отходим в сторону, и он пристально смотрит на меня. — Скажи мне, что ты это почувствовала.
Он двигается так, чтобы остальная часть комнаты была закрыта от моего взора. Его тело окружает меня, а я прижимаюсь спиной к стене. Затем смотрю на него, он изучает мое лицо и боится того, что я собираюсь сказать.
— Я почувствовала это, — признаюсь я, и он наклоняется ближе. — Я не знала, нормально ли это. — Он начинает говорить, но я поднимаю руку и зажимаю ему рот двумя пальцами. Мне нужно сказать это, пока я не струсила. — Я никогда раньше не делала ничего подобного и не была уверена. Я отключилась, поэтому подумала… — я пожимаю плечами и шепчу последнюю часть. Мое лицо вспыхивает.
Хэнк делает глубокий вдох и обхватывает меня за запястье. Он убирает мои пальцы от своего рта, прежде чем заговорить.
— У тебя никогда не было мужчины, Шугар? — в его тоне слышится недоверие, и я не уверена, расстроен он или рад этому. — Трудно поверить, что никто не пробовал тебя на вкус. Но я сделал это, поэтому знаю, что, если бы у какого-нибудь мужчины была такая возможность, он бы сделал то же самое, что и я. — Он подносит мои пальцы к губам и целует кончики. — Я видел, как ты вошла на ту свадьбу, и без единого слова с твоих губ я понял, что ты моя. Просто чудо, что кто-то не украл тебя до того, как я тебя нашел.
— Я никогда раньше не хотела мужчину. — Я признаю правду и понимаю, что ждала его. Всю неделю я проклинала свое тело за то, что единственный мужчина, которого я когда-либо хотела, не хочет меня вернуть, но судьба не так жестока.
— Нам нужно убираться отсюда. — Хэнк придвигается ближе, и мое тело ноет от желания.
— Я должна предупредить Никки, — спешу сказать я, когда он обнимает меня за талию и выводит из зала. Я не сопротивляюсь ему, потому что хочу пойти с ним, куда бы он ни направлялся.
— С ней Дин, — заверяет меня Хэнк, переплетая наши пальцы.
— Куда мы идем? — мне приходится бежать, чтобы не отставать от него, когда он выходит через парадные двери.
— Домой. Так я смогу быть уверен, что ты больше не ускользнешь от меня.
Мои соски напряжены, и я намочила трусики, зная, что приготовил для меня Хэнк. Я на взводе всю неделю, и с тех пор, как он прикоснулся ко мне, я не могу кончить сама. Мое тело избаловано и хочет только его, независимо от того, сколько раз я пытаюсь. Я боялась, что он погубил меня, но теперь это не имеет значения.
Он открывает дверь своего грузовика и указывает.
— Забирайся. — Я вскакиваю и пристегиваю ремень безопасности, прежде чем он наклоняется ко мне. — Я был уверен, что ты не можешь быть такой красивой, какой я тебя запомнил, но ошибался. — Мой рот приоткрывается от удивления из-за этих нежных слов. — Ты самая потрясающая женщина, которую я когда-либо видел.
Его губы обрушиваются на мои, а язык проникает мне в рот. Я стону, когда его рука скользит по моему бедру, и я раздвигаю ноги, так сильно желая его там.
Я ахаю, когда его палец касается меня через трусики.
— Хэнк, — стону я, отрываясь от его губ.
— Мне просто нужно немного попробовать, чтобы удержать себя в руках.
Он погружает в меня пальцем, его кожа такая грубая на ощупь, но он такой нежный. Хэнк скользит по моему клитору, и я пытаюсь приподнять бедра, но ремень безопасности не позволяет мне зайти так далеко, как я хочу. Он снова проводит пальцем по моей щелке, прежде чем ввести его внутрь меня.
Я стону его имя и сжимаю его палец. Он стонет в ответ, убирая руку у меня между ног.
— Нет! — кричу я, нуждаясь в том, чтобы он вернулся.
— Сначала домой, — говорит он мне, поднося палец ко рту и слизывая с него мои соки. Его ноздри раздуваются, когда он смотрит мне в глаза. — Я буду ехать быстро. — Он захлопывает мою дверцу и оказывается на водительском сиденье в рекордно короткое время.
Я киваю и стараюсь не ерзать на сиденье, пока он выезжает с парковки и начинает движение. Я смотрю на него и не могу поверить, что он здесь. Я никогда не думала, что увижу его снова, а теперь узнаю, что он все это время ищет меня.
— Это безумие? Мы ничего не знаем друг о друге. — Я еду к нему домой, чтобы впервые заняться сексом, и не знаю его полного имени.
— Тогда расскажи мне о себе. — Он одаривает меня полуулыбкой, словно может читать мои мысли.
— Рассказывать особо нечего. — Я не могу придумать ничего важного, пока ломаю голову в поисках информации. Я работаю администратором в автосалоне, и это работа, которую я ненавижу. Я устроилась на нее, чтобы уехать из дома моей мамы, и это в значительной степени все. Каждый день одно и то же, и даже проникновения на свадьбы уже кажутся обыденными. До Хэнка.
— Я не согласен.
