Родион ещё пытался отбиться, но спустя время смирился и принял как данность их связь. Она не требовала ничего большего, он пользовался удобной ситуацией. Мир был понятный и скучный вплоть до приезда Вилли.
Он ждал ее пробуждения с ужасом. Вилли уже не остановить, она пойдёт до конца, а жить сразу с двумя хищницами Принц категорически отказывался. У него уже раз такое было, две женщины, две висцийские близняшки, воительницы южного королевства Алесция. Они соблазняли его ради договора между двумя государствами, а затем одарили двумя сыновьями, рожденными едва ли не в один день. Он еле ноги унёс от двойственной любовной связи. Одна ещё терпимо, но сразу две разорвут его в клочья. С этим нужно что-то решать.
— Родик, если ты не поедешь в Агарон, поедет Гор.
Мама за эти дни порядком сдала. Она не находила себе места и искала выход, торопила вестовых, ждала новостей из Северной Навадны. Потеря старшего сына её убивала.
— Ты хочешь, чтобы поехал я, — догадался сын.
— Я хочу, чтобы никто не ездил. И чтобы Лаг вернулся, — расплакалась женщина. — Живой.
— Отец не отпустит меня, ты же знаешь. Он крайне трепетно относится к моей персоне. Боится, что я переверну мир.
— Не отпустит, — тихо согласилась она.
— Моя нежно любимая пращурка, — подозрительно прищурился сын, — почему у меня такое чувство, что ты хочешь, чтобы я придумал, как его заставить?
— Я не знаю. Но ты должен что-то придумать. Роди, должен быть выход!
— Я очень не хочу ехать в это проклятое царство-государство, — серьезно ответил мужчина. — Мороз по коже от одной мысли. Не люблю снег и ветер, не люблю их кухню, их культы, их царственную династию, путь к ним не люблю, Степь, кочевников. Это на уровне крови, я видимо чуть больше Ялагр, чем мой старший братец. Если меня туда заманить, я же к лихим богам всех пере убиваю.
— Как ты уговоришь Росса? — оживилась Мама.
Родион закатил глаза от нетерпения. Императора Ригорона уговорить сложно, его упрямство и несговорчивость отмечают близкие и подданные. Но именно своему второму сыну, зная его изворотливость и лукавство, он отказывает превентивно в самом начале разговора.
Папа хмурил брови и запивал сердечные капли крепкой настойкой. За семейным ужином семья успела переругаться в хлам, обвинить друг друга во всех грехах и наконец назначить виновного. Ничего нового, Родион Ялагр привык принимать удары на себя. Мама всё время отмалчивалась и делала знаки бровями, чтобы сын держался.
— Что ты предлагаешь? — рявкнул отец.
— Спросить у высших сил, кому ехать, — развёл руками Родион.
— Папа, Биннет Тирэлл шарлатанка! — взревела Тенна.
— Однако она подтвердила, что Лаг среди живых.
— Она говорит вечные глупости. Мы будем принимать решение исходя из её бреда?
— Она никогда не смотрела моё будущее, — склонил голову Виновник. — Пусть посмотрит и скажет, стоит ли ехать.
— Она скажет то, что ты ей прикажешь, — выступил Яни.
— Ей прикажешь, — в сомнении хмыкнул старший брат.
— Милорд, это какой-то бред, — возмутился Дейн Вистога. — Ты сам ей не веришь.
— Предложи что-нибудь более разумное. Хотя бы одна идея? Что сказали торговцы из Агарона?
— Ничего дельного, — ответил Папа. — Ходили слухи, что принцесса Эстерсэн пропала. Но такой мелочью, как брат ригоронского посла, никто не интересовался. Он сохранил свою персону в тайне, и от того вестей нет.
— Эстерсэн не пропала, она мертва, — уверенно заявил Родион. — Что с Лагом, мы не знаем. Но вернуться без нашей помощи он не может.
— Ты никуда не поедешь, — по слогам прорычал Россен Ялагр.
— Сам не хочу.
— Если Роди не поедет, я могу, — встал из-за стола Редгор.
— Сядь, тебе никто не давал слова! — рявкнул Отец на младшего.
— Если выбор стоит между мной и Гором, надеюсь, все понимают, что лучше с этой задачей справлюсь я?
Члены семьи противились одной этой мысли, но в душе каждый признавал правоту Родиона.
— Тащи сюда свою шарлатанку, — поспешно ответила Мама.
Принц устало добрёл до своих покоев, которые давно уже не покои. Он приложил ухо к двери спальни, и сердце радостно встрепенулось при звуке её сапа. За ней ухаживали горничные и врачи, всем были выданы угрозы, если те разбудят Спящее Зло. Тем временем Принц перебрался в другую спальню. Скотина увязалась следом. Она металась меж двух огней, от любимой Вилли до любимого мужа.
Проинструктировать Биннет Тирэлл составило труда. Она совершенно не понимала, что от неё требуется, или очень умело изображала непонимание.
— Милордик, — задумчиво закусила она губку. — Придумать такое я не смогу.
— А ты заранее заучи, как стишок. Я накидал тебе черновики. Тут столько бреда, что кто его разберёт без бочки вина.
— Прорицательство по черновикам?
— Биннет, просто контролируй свой бред. Я хотел сказать видения. Пусть они заканчиваются не так мрачно, как мы привыкли. Я выкручу их в нужном свете.
— А если я попрошу вас об одолжении, и вы приведёте ко мне господина Эрсэна, а я посмотрю его судьбу?
— Как низко ты пала, Биннет. Уже шантаж освоила. А я помню тебя ещё на этапе фейского варенья.
— Милордик, если вы поедете в Агарон, я непременно еду с вами.
— Биннет, не отвлекайся от темы. Отбрось всё лишнее. Сконцентрируйся на благоприятном прогнозе, — нетерпеливо объяснял Принц. — Поедешь непременно, но пока просто делай свою работу. Будет тебе Эрсэн на блюдечке под одуванчиковым соусом.
Родион нервно вышагивал вдоль стены отцовского кабинета. Все участники в сборе, все ждут пророчества Феи. Та неожиданно изменила себе и вместо костей гадала на сухих шкурках от яблока. Необъяснимое явление, но это лучше полусгнивших мышиных черепков и подсохших внутренностей голубей. Пока Биннет собирала вокруг себя духов, семья обсуждала последние новости.
— Роди, похвально, конечно. Но мог бы хотя бы предупредить.
Он не сразу оценил масштаб трагедии и от того долго оставался безучастным к беседе. Члены венценосного семейства разговаривают бесконечно, и он привык большую часть пропускать мимо ушей.
— Тенна, с тебя мера золота. Я ставила на Вилли, — смеялась Мама. — Хорошая девочка. Не отступилась.
— Он делает это специально, чтобы не ехать, — шипела сестра.
— Такая скоропостижная свадьба? — сомневался Яни. — Он опорочил Княжну?
— Роди женится? — фыркнул Ти. — Где-то рухнули небеса?
— Попробовал бы он не жениться на Вилли? — рассуждала Мама. — Она его опорочит так, что он женится на ней дважды.
— Вилли? — наконец пришёл в себя Роди. — Где она?
— Готовится к свадьбе, — ответила родительница. — Князь Тирэлл с утра поговорил с Папой.
— Он тряс с меня двести мер золотом, — пробасил Папа. — Мошенник. Откуда такой грабеж? Я согласился, но в ответ попросил с него триста мер за самого красивого сына. Небеса
