то отправится в знаменитую Академию, где его выучат на могу. Этот выбор был очень притягателен и открывал перед ним большие возможности. Но в то же время Акимка понимал, что в этом случае он потеряет своего нового друга. И именно этот довод его подтолкнул. Сам не зная как, он усилил свое сопротивление проникающему в него нифрилу. Рисунок тут же поменял цвет и заалел.
– Молодец, Акимка, – Вася даже не пытался скрыть своей радости, – Вместе пойдем в Лагерь!
– Да, я тоже рад, – сказал Аким, но сам тут же и погрустнел, – Жаль, только, что могой мне теперь не стать…
– Много ли знаешь, малец? – возразил Грач весело, – Красные моги тоже встречаются, – он подтянул рукав рубахи, показывая на запястье точно такого же красного Вепря, – Только у них дорожка малость другая.
– А какая у них дорожка? – верный привычке вечно лезть с вопросами тут же переспросил Акимка.
– Кр-рас-сная! – неожиданно по-вороньи гаркнул Грач да так пронзительно, что в ушах засвербело и в глазах задвоилось. Парни недоуменно переглянулись, а когда снова повернули головы к моге в надежде получить пояснения, тот уже куда-то исчез, причем сразу вместе с пеньком.
Глава 6. Ольха
Парни помаленьку сживались со своей новой долей. Получив на руку знак роты, о попытках побега больше не помышляли. Потому как это уже точно будет считаться дезертирством. Тут плетьми не отделаешься. Впрочем, делать их ничего не заставляли, они просто ждали отправки в полянский военный лагерь. Единственным разнообразием становилось появление в замке других новобранцев. Чаще их приводили Лисы. Были и те, кто приходили сами.
Они встретили здесь Макарку, который тоже теперь имел красного вепря на запястье. Хотя немногословный и порывистый Макарка, предпочитавший дело разговору, представлял вечно болтающему Акиму полную противоположность, они, тем не менее, сдружились, и почти все время проводили втроем.
Довелось Ваське увидеть и самого ротного атмана Вепря, который произвел на него даже большее впечатление, чем мога атаки Грач-ловкач. Атману Вепрю не потребовалось для этого вызывать своего оборотня, он и без того разливал вокруг себя такую мощь, что при его появлении во дворе замка все примолкали, включая собак и птиц.
Накатывала порой и тоска по дому. Да такая, что хоть волком вой. В такую минуту Васька оставлял друзей и шел в конюшню проведать лошадей. Находясь рядом с ними, он успокаивался. Вот и сейчас он зашел в стойло к юному коньку, позволявшему Ваське себя гладить. Конек косил на Ваську умным всепонимающим взглядом: «я терплю, и ты терпи» – говорил его взгляд. Васька соглашался, другого-то все равно ничего не оставалось.
Увидев, что поилка пуста, он подхватил пару ведер, решив натаскать воды. Благо колодец был тут же в двух шагах. За этой заботой он не заметил, как в замок въехали двое запыленных всадников в дорогих одеждах, шитых цветными нитями.
Один из них спрыгивал с коня, когда Васька вышел из конюшни. Это был угрюмый молодец на несколько лет старше. Видимо, приняв Ваську за помощника конюха, он молча кинул ему поводья, и, не сказав ни слова, направился к зданию управы.
Второй всадник, которого Васька из-за короткой стрижки и походной одежды поначалу принял за мальчишку, оказался девушкой, правда, совсем еще юной. Она не торопилась спешиваться и глядела на Ваську с любопытством.
– Ты ведь не конюх? – сказала она полуутвердительно.
– Нет. Просто дожидаюсь, когда отправят в лагерь.
– Ясень, он такой. Может и не посмотреть на человека, больно важным себя считает.
Васька подумал, что Ясень – это довольно странное имя. Во всяком случае, ему не доводилось с таким встречаться, но спрашивать об этом девушку он постеснялся.
– Ну… любой может ошибиться, – сказал он вместо этого, – Я тоже поначалу принял тебя за мальчишку.
Девушка рассмеялась и провела рукой по коротким волосам.
– А-а, так отмываться легче, – сказала она простецки, – Может, ты будешь так любезен, заодно позаботишься и о моей Птахе? – девушка похлопала свою лошадь по загривку.
Вася согласно кивнул и подошел к лошади. Одной рукой ухватил под уздцы, а другую протянул девушке, чтоб помочь ей спустится. Девушка посмотрела на протянутую ей руку, опять засмеялась и замотала головой, показывая, что это ни к чему. Но тут вдруг передумала, заставила себя посерьезнеть, церемонно вложила пальчики в Васину ладонь, а затем легко спрыгнула с лошади.
– Благодарю, сударь, – она наигранно попыталась изобразить манеры знатной дамы, однако на много ее не хватило. Прыснула в кулачок и побежала догонять своего спутника.
*
По роду службы писарь исполняет важную, но неказистую работу, всегда оставаясь в тени своего начальника. И кто еще кроме другого писаря способен оценить важность писарского труда? В приемном покое управы сидели два писаря. Один, в качестве гостя, – ротный писарь Вепря, второй, как принимающая сторона, – местный писарь замка.
Перед ними на деревянном столе стоял граненый черный куреневый самовар. В отсутствие подкняжича труженики пера и чернил собирались неспешно попить чайку, потолковать о тяготах службы, неразумности приказов вышестоящих и своей собственной недооцененности. А посему, появление здесь молодца с коронованным волком на запястье стряслось для них как снег на голову.
– Меня зовут Ясень. Служба княжеских порученцев, – веско сообщил вошедший, подтянул кверху рукав, выставляя напоказ свой образ, – А это Ольха, – молодец полуоборотом головы указал себе за спину на только что вошедшую юную короткостриженную девушку, – Могу я видеть подкняжича?
– Экхм, – местный писарь кашлянул, неохотно отрывая взор от самоварного краника, – Подкняжича сейчас в замке нет. Может, я смогу Вам чем-то помочь? Писарь сего замка Гаврила Михайлович к вашим услугам.
Второй писарь справедливо рассудил, что дело его не касается, а потому и вовсе не пошевелился.
– Сюда должен прибыть человек с княжеской охранной грамотой, – сообщил Ясень, – Я хочу его видеть.
– А-а… пока никого не было. Вероятно, ваш человек запаздывает, – длинный нос местного писаря безошибочно почуял запах государственной тайны, – Могу устроить вас в замке. У нас не столица, конечно… но поселим с уютом…
Ясень решительно мотнул головой:
– Ждать не можем. Если… когда он здесь появится, скажете, что мы выехали его встречать, но разминулись. Он знает, что делать.
– А позвольте узнать, кто «он»? Как я его узнаю?
– Узнаете, – Ясень усмехнулся, – Я же
