Читаем без скачивания Серый экспресс - А. Демченко

Так, покончили с самокритикой. Вон и моя временная прислуга появилась. Представляться пришли. Двое. Давешняя служанка и дородный мужчина в белоснежной куртке и классическом, поварском колпаке. Эге, так вот кому я должен сказать спасибо, за изумительные булочки!

Лада и Лейф. Брат и сестра. До вчерашнего времени работали «вторыми номерами», то есть, Лада была помощницей экономки, а Лейф вторым поваром в поместье… Граца?! Это что, Меклен Францевич, таким образом решил извиниться? Ладно, черт с ним. Главное, что бы эти двое меня не траванули по-тихому, ха-ха.

Познакомившись с обслугой флигеля (ну, коробит меня от слов: моя прислуга, коробит. «Совковое» воспитание, что б его…), я довольно быстро договорился с Лейфом о вечернем меню, и слинял на поиски спортивного зала. Впрочем, это не было такой уж трудной задачей. Очередной дежурный в вестибюле, вызвал своего сменщика, здорового мордоворота, как две капли воды, похожего на моего вчерашнего охранника и конвоира, и тот, ежесекундно оборачиваясь, проводил меня в полуподвальное помещение, где и разместился здешний спортзал. Ну что я могу сказать… Это был не нескафе. Никаких матов, никакой тренировочной формы. Про спортивную обувь, вообще молчу. Из инвентаря, кроме разнообразных гантелей, да прадедушки штанги, только два каната и одна, набитая слежавшимся до каменного состояния, песком, груша. А, да! Еще целая стойка забитая разнообразными тренировочными дрынами. Шпаги звон, ну и т. д. Я тяжело вздохнул и нашел взглядом князя. Оп-па! А вот это интересно. Обнажившийся по пояс, Телепнев уверенно отмахивался от трех, атаковавших его бугаев, также сверкающих голыми торсами. Причем неплохо так отмахивается! А уж, когда на моих глазах, один из нападавших, открывшись, тут же схлопотал удар ногой по ребрам, от «сиятельства», я понял, что несмотря на убогость обстановки, недооценивать умения здешних бойцов, последнее дело. Хотя, конечно, атаковавшие Телепнева, мордовороты, не тот случай. Что называется, сила есть, ума не надо.

В этот момент, князь заметил меня, стоящего у входа в зал и, остановив бой, направился в мою сторону.

— Доброе утро, Виталий Родионович. — Улыбнулся князь. — Вижу, не забыли о нашей договоренности?

— Как можно, Владимир Стоянович. — Покачал я головой.

— Замечательно. Ну что же, тогда скидывайте «лапсердак», как говорят некоторые клиенты наших коллег из сыска, и прошу к барьеру. — Тут же взял быка за рога, Телепнев.

— Простите, ваше сиятельство. Но мне бы сначала разогреться. — Пожал плечами я, и увидев непонимание на лице князя, пояснил, — ну, мышцы разогреть, что бы не потянуть ненароком.

— О да, конечно. Я подожду. Готовьтесь, Виталий Родионович. — Кивнул мой собеседник и вернулся к прерванному бою. Я же, скинул пиджак, жилет и сорочку, и принялся прогонять сильно урезанный малый комплекс упражнений, то и дело, ловя на себе заинтересованные и просто недоуменные взгляды, таскающих железо и спаррингующих здесь же сотрудников. И хрен бы с ними. Чуть подвигавшись и разогрев мышцы, я попробовал пару рискованных для моих брюк движений, и остался почти доволен. Конечно, на шпагат мне в них не сесть, так я и не помню, когда последний раз его выполнял, но и риска, что брюки лопнут от первого же резкого движения, нет. Наконец, почувствовав, что организм приведен в боевую готовность, я напомнил о себе князю. Тот улыбнулся, и предложил, выйти против его противников, «для начала».

М-да. Дубы, они и есть дубы. Толку от них, только что падают громко! Первый мордоворот, решивший, очевидно взять меня на испуг, зарычавший разъяренным медведем (он бы хоть зубы почистил!), был взят мною на болевой и впечатан башкой, в живот второго бугая. Третий, посчитавший, это лучшим моментом для атаки, схлопотал каблуком в лоб (надо было все-таки разуться), и отвалился. В зале повисла тишина. Еще бы, не каждый день можно увидеть, как один не слишком-то здоровый (по сравнению с нападющими) мужик, в три секунды разделывает атаковавших его амбалов под орех. Я вздохнул. Ну да, когда-то я сам пребывал в шоке от такого же зрелища, продемонстрированного нам, зеленым новичкам, тренером в центре. Это потом мы поняли, что будь у нападавших, хоть какая-то подготовка и красивый финт «трое по кучкам, за три секунды», вряд ли бы у него получился. Но выглядело эффектно.

Почти также как бой с князем. С минуту мы кружили, не особо нарушая дистанцию, после чего, Телепнев словно взорвался ударами, заставив меня заподозрить, что с ним кто-то неплохо поработал в окинавской школе. А дальше, кажется князь, основываясь на том, что до сих пор я демонстрировал, большей частью, ударную технику, решил увести схватку в партер. Щаз! Чем больше дуб, тем громче падает! Повторяюсь? Ну и ладно. Захват, подножка, разворот… лети ежик, лети!

От еще одной схватки, князь отказался, и мы, быстро приведя себя в порядок, двинулись наверх, к кабинетам исследователей.

— А, явился, феномен. — Буркнул Сакулов, завидев нас, входящих в огромное полупустое помещение с гордой табличкой «лаборатория». Князь зыркнул на своего советника, и тот моментально испарился, а на нас уставилось с десяток человек, до этого занимавшихся какими-то своими делами, по разным углам сего исследовательского полигона.

— Не волнуйтесь, Виталий Родионович. Господин Сакулов, хоть и является начальником исследовательского отделения, от работы по вашей тематике отстранен. — Во всеуслышанье заявил Телепнев. Тут же от ближайшего стола, заваленного какими-то шариками из разных материалов, отошел очень грустный на вид, худой как щепка, рыжий детинушка в помятом костюме, окинул меня взглядом и протянул длинную руку.

— Товарищ начальника отделения, Берг Милорадович. С сегодняшнего дня, куратор проекта «Лед». Начнем?

И мы начали.

Глава 6

Неестественное естественное

Первый же день исследований подтвердил слова князя, о том, что эффективными они будут, только при моем добровольном участии. За восемь часов проведенных под присмотром пятерки «философов» из исследовательского отделения, меня прогнали через десяток самых причудливых медитативных техник, направленных как на расслабление, так и на концентрацию. Надо отдать должное исследователям, они тоже не сидели, сложа руки. Сначала четверка спецов, под присмотром начальника, взявшись за руки, одновременно входила в транс. Берг назвал этот метод, «кругом познания». Несколько человек, вроде как, объединяют свои ментальные тела в одну сеть, которой накрывают разум «исследуемого», также находящегося в состоянии транса. А дальше, «исследователи», как бы «прозванивают» накрытый ими разум, выявляя точки возможного соприкосновения. Вот только в моем случае, их ждал облом. Как высказалась единственная женщина-исследователь в отделении, миловидная барышня лет двадцати пяти с тонкими чертами на бледном лице, которые, вкупе с копной таких огненно-рыжих волос как у Берга, делали ее похожей на лисичку: «ваш разум, словно, заключен в прозрачную сферу хрустальной чистоты. Мы можем видеть течение мыслей внутри нее, наблюдаем изменение потоков, когда вы медитируете, но не можем прикоснуться ни к одному из них. И это при том, что, разум ваш, как мы отчетливо видим, входит в резонанс с кругом, как и положено по всем канонам, и даже пытается реагировать на воздействия… Но только внутри этого самой, „хрустального сферы“, и дальше дело не идет. Блокировка просто отсекает любые попытки воздействия как „изнутри“, так и „снаружи“, так что сколько-нибудь зримого эффекта от круга, мы не получили, если не считать определения самого наличия блокировки».

— И что теперь? — Поинтересовался я, выслушав этот спич.

— Будем работать дальше. — Ответил вместо своей подчиненной, Берг, пожимая плечами. — Попробуем другие способы воздействия. Пока у нас слишком мало сведений об этой, как выразилась наша романтичная Хельга, «хрустальной сфере», а значит, впереди еще очень много работы. В самом крайнем случае, если мы не сможем аккуратно «свернуть» блокировку, то воспользуемся методом резонанса, для ее разрушения. Думаю, если увеличить число разумных в «круге» до шести, и поднять мощность до боевой, блокировка будет безвозвратно уничтожена.

— Хм. А мой мозг? — Я поежился, представив, как вместе с «хрустальной сферой», разлетается брызгами и моя несчастная черепушка.

— Вита-алий Родио-оныч… — Протянул Берг, и в его тоне я отчетливо услышал сакраментальное: Семе-ен Семе-еныч… — Вы уж нас совсем за извергов, каких-то принимаете! Как же можно? Мы же со всей аккуратностью, осторожненько. Да и то, в крайнем случае, если иного способа избавить вас от блокировки не найдем.

— Разве это обязательно? — Я приподнял бровь. Такое уточнение со стороны Берга, меня заинтересовало. Очень похоже, что у него имеются на этот счет четкие инструкции от начальства.