и снова повернулась к механику.
— Пожалуйста, ничего не трогайте под капотом.
Мой механик вопросительно посмотрел на нее, и я приподнял бровь. Она пожала плечами и вошла в офис, пока я придерживал дверь.
— В последний раз, когда у тебя была моя «Фьюри», твои парни разорвали ее на куски.
Тихий смешок вырвался из моего горла.
— Она нуждалась в новых деталях.
Выражение ее лица только потемнело.
— Нет. Эта машина — последнее, что осталось мне от родителей. Никто не станет с ней возиться без моего разрешения.
Я изучал жесткие складки в уголках ее рта. Она сказала, что ее приступ паники был вызван тем, что она нашла старые фотографии своих родителей.
Некоторые раны были глубокими. Это, по крайней мере, было то, что я мог понять.
Я положил руку на дверной косяк, повернулся к механику и прорычал:
— Ни к чему не прикасаться в этой машине без разрешения Саванны. Относитесь к этому транспортному средству так, словно оно принадлежит самой Матери-Луне, и убедитесь, что все в гараже знают об этом.
Мой механик взглянул на машину и сглотнул.
— Понял, босс.
— Так подойдет?
— Да. Спасибо, — пробормотала Саванна.
Я отвел ее в свой кабинет в задней части и закрыл дверь. От ее мандариново-цитрусового запаха у меня закружилась голова от желания, и мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы унять свое желание.
— Ты в порядке? Что случилось прошлой ночью?
Она тяжело сглотнула, и ее глаза задержались на моих губах, прежде чем она перевела взгляд на меня.
— Это… ничего особенного. Просто старые фотографии. Я не готова говорить об этом. Я здесь не для этого.
В моих мыслях царило замешательство.
— Тогда почему ты хотела поговорить?
— У меня плохие новости. — Она ходила взад-вперед, ее беспокойство было очевидным. — Сегодня утром появился один из специальных агентов Ордена. У нее были вопросы о байкерах, которые напали на меня. И о тебе и стае.
Вот и все для разговора по душам.
Если постоянной работы с Лассаль и бандами из других штатов было недостаточно, то последнее, в чем я нуждался, так это в том, чтобы Орден еще глубже проникал в наш бизнес. Какое-то время они следили за нами, и когда им не удалось повесить на нас похищения и убийства, я был уверен, что это расстроило нескольких агентов.
Мое настроение стремительно ухудшалось, я откинулся на бортик стола и скрестил руки на груди.
— Какого рода вопросы?
— Она расследует дело МК в Мичигане, который продавал препарат на основе крови под названием «Скарлет», который, держу пари, был изготовлен Кахановым. Очевидно, запасы закончились, и на улицах ходят слухи, что некую рыжую можно использовать, чтобы приготовить еще.
Черт.
— Твоя кровь.
Я вспомнил оборотня, которого мы выследили после похищения Саванны. Прямо перед тем, как я разорвал ему горло, он сказал, что Каханов хотел заполучить ее кровь.
Она похожа на его.
Саванна кивнула.
— Она думает, что в этом замешана твоя стая и что я помогала тебе скрывать похищения и убийства в Висконсине.
— Конечно, Орден действует.
Пытаясь совладать со своими эмоциями, я протянул руку и вонзил когти в дубовый стол. Он громко треснул от напряжения.
— И чего этот агент хочет от тебя?
Она перестала расхаживать и внимательно посмотрела на меня.
— Сотрудничества. Сказать ей правду.
— Что ты сказала? — Мой тон был резким, и Саванна слегка поморщилась, прежде чем нахмуриться.
— Ничего. Я не крыса, — отрезала она.
Я расслабился.
— Я знаю. Извини. Я доверяю тебе.
Несмотря на то, что она была незаурядной личностью, я знал, что Саванна никогда бы не подвергла стаю опасности. Она доказала свою преданность. Более чем верная — она лгала ради нас, прикрывала нас и помогла спасти членов нашей стаи. Мы многим ей обязаны. Но она все еще оставалась Лассаль, и, хотя я ей доверял, это было трудно забыть.
— Тебе трудно забыть? Или твоему отцу трудно забыть? — спросил мой волк.
Я сжал кулак и выбросил эти мысли из головы.
— Я действительно не поблагодарил тебя за то, что ты сделала для нашей стаи — спасла стольких людей из Страны Грез. У нас не было возможности поговорить о том, что произошло…
— Это была моя вина, Джексон. Этот ублюдок преследовал меня. — Она прикусила губу и посмотрела мне в глаза. — Единственная причина, по которой твои люди были в опасности, была из-за меня. Потому что ты не хотел меня отдавать.
— Наши люди. Теперь ты часть нас, принимаешь ты это или нет.
— Я нет, Джексон. Я, блядь, застряла посередине. Я наполовину Лассаль, наполовину оборотень.
И ты моя пара.
Я хотел сказать это, но как только я протянул руку и открыл рот, она отошла в другой конец комнаты и обхватила себя руками, как будто знала, что я собираюсь сказать.
— Есть кое-что, что тебе нужно знать. — Она подняла голову и посмотрела в окно. — Прямо перед тем, как я убила Каханова, я обнаружила, что не он дергал за ниточки. Это был Виктор Драган.
— Драган? — У меня в голове все пошло наперекосяк.
Он был опасным ублюдком, и именно по этой причине Лассаль и Лоран много лет назад заключили соглашение о совместной работе. Мой отец и Лорел убили его.
— Он мертв.
— Я знаю. Это его призрак вселился в Каханова или что-то в этом роде. Я думаю, он хотел отомстить моей семье и стае и жить. Он сказал, что нам всем придется молить Темного Бога о пощаде, прямо перед тем, как я вырезала его душу Ножом Души.
Волосы у меня на загривке встали дыбом, когда ужас пробрался под кожу. Он имел в виду Темного Бога Волков? Это было нечто из похороненных легенд и ночных кошмаров. Если бы Драган связался с такими темными силами…
Я провел рукой по лицу и попытался обуздать свой гнев. Я сжал челюсти.
— Почему ты ждала до сих пор, чтобы сказать мне это?
Глаза Саванны вспыхнули.
— Я была очень расстроена после того, как чуть не умерла, и мы не разговаривали. К тому же, я рассказала Лорел о Драгане вскоре после того, как мы вернулись из Форкса. Она убила его в первый раз, и они с Питом расследуют это дело.
Ярость скрутила мои мышцы.
— Забегая вперед. Ты всегда должна приходить ко мне. Ты понимаешь? Темный Бог Волков связан с оборотнями, и поэтому это мое дело. Мне нужно знать все, что знаешь ты.
Ее гнев вспыхнул, но она сжала губы и кивнула.
— Хорошо. Но это касается и меня, поэтому мне
