– А теперь – в кровать, – прохрипел он.
Она испытующе взглянула на Этьена. Черты его лица застыли, словно маска, а глаза горели похотью. Ей захотелось броситься наутек, а если поймают, то драться. Но практичность победила. Это ведь ее муж. Девушка медленно взобралась на огромную кровать. Она смотрела в потолок, пытаясь расслабиться, отключить сознание, но у нее ничего не получалось. Прошлой ночью было легче, тогда она не знала, чего ожидать. Теперь воспоминание о потном теле Этьена, вжимающем ее в матрас, о том, как он терся об нее, пытаясь проникнуть внутрь, вызывало у нее тошноту, заставляло всю сжиматься.
– Раздвинь ноги, как шлюха, которой хорошо заплатили.
Понимая всю бесполезность отказа, Кристина подчинилась. Он жестоко мял ее грудь, потом, сжимая и дергая, попытался вдохнуть жизнь в свой вялый орган. Пот стекал по его лбу, капая на простыни. Неудача вызвала грязные потоки ругательств. Пытка, казалось, продолжавшаяся бесконечно, внезапно прекратилась. Незаметно взглянув на часы, стоявшие на туалетном столике, Кристина убедилась, что прошли минуты, а не часы, как ей показалось.
Попытка Этьена опять завершилась неудачей. К. огромному облегчению девушки, он не смог совершить акт, который привел бы к законченности их брака.
– Бесчувственная сука! – Вне себя от ярости, он скатился с нее и выбрался из постели. – И ты смеешь называть себя женщиной. Ты просто кусок дерева, глыба льда, не способная удовлетворить мужчину!
Кристина натянула простыню до подбородка, словно пытаясь закрыться от тех оскорблений, которыми осыпал ее Этьен.
– Ты абсолютно бесполезная, холодная сучка, – бушевал он, натягивая халат. – Подумать только, сколько денег я на тебя потратил! Мраморная статуя и та доставила бы мне больше удовольствия.
Кристина сжимала простыню и не пыталась остановить мужа. Он пронесся по комнате, налил бокал вина, выпил его одним глотком, потом налил еще.
– Я должен был хорошенько подумать, прежде чем связывать себя с чопорной девицей, не способной удовлетворить мужчину. Я должен был настоять на испытательном сроке, чтобы убедиться, что мы подходим друг другу. А теперь слишком поздно. Контракт подписан. Мы связаны на всю жизнь.
Внезапно, яростно размахнувшись, он швырнул бокал через всю комнату, и тот разбился, ударившись о стену. Кристина вздрогнула. Этьен впился в нее взглядом.
– Я собираюсь найти себе женщину. Настоящую. Не какое-то бревно.
Он вылетел из комнаты, хлопнув дверью так, что весь дом задрожал. Кристина лежала, не двигаясь, широко открытыми глазами глядя на то место, где разбился бокал и где красное вино теперь каплями стекало на пол. Ей надо было поблагодарить Рида Александера за предупреждение. Человек, за которого она вышла замуж, был не только порочным, но и сумасшедшим. Она услышала, как напольные часы на первом этаже пробили полночь. Встав с кровати, Кристина подошла к умывальнику в углу и принялась яростно тереть себя, смывая запах Этьена со своего тела. Если бы можно было так же легко смыть само воспоминание о нем! Он заставлял ее чувствовать себя испачканной, заразной.
Измученная еще одной бессонной ночью, на следующее утро Кристина проснулась поздно. Барабаны утихли только с рассветом. Боль пульсировала в ее голове в такт с их непрекращающимся боем. Она чуть не пропустила шаги возвращавшегося Этьена. Задержав дыхание, девушка прислушивалась к его шагам по лестнице и облегченно вздохнула, когда он, не останавливаясь, прошел мимо ее комнаты. И равно она не могла заснуть. Только когда рассвет заглянул в щелку между задернутыми шторами, она провалилась в глубокую черную бездну.
– Ваш завтрак, мадам.
Кристина подняла тяжелые веки. Поморгала, чтобы разогнать туман, и увидела Геру с подносом.
– Который час?
– Вы долго спали. Уже почти полдень. – Горничная поставила поднос и раздвинула шторы.
Яркий солнечный свет хлынул и комнату. Кристина зажмурилась и закрыла глаза рукой.
– Не будь безжалостной, Гера. Я еще не совсем проснулась.
– Хороший крепкий кофе вас разбудит.
Смирившись, Кристина села в кровати, позволив служанке подложить ей под спину подушки и поставить на колени поднос. Обычно она не завтракала в постели, но сегодня можно сделать исключение. Она откусила кусочек слоеной булки и запила его горячим, только что сваренным кофе.
Гера была права: после двух чашек великолепного кофе Кристина почувствовала себя гораздо лучше.
– Кофе превосходный. Полагаю, он растет здесь, в Бель-Терр.
– Да, мадам. В Бель-Терр растет все.
– Интересно, Гера, а как долго ты здесь служишь? Горничная пожала плечами.
– Довольно долго.
Девушка отказалась от дальнейших попыток вовлечь служанку в разговор. Она нерешительно попробовала экзотического вида плод, лежавший на подносе, и вздохнула от удовольствия, обнаружив ароматную, сочную и сладкую мякоть.
– Этот фрукт, как он там называется, очень вкусный.
– Манго, мадам.
Кристина подняла глаза, удивленная тем, что Гера захотела что-то сообщить.
– Как бы он ни назывался, вкус чудесный. Гера ходила по комнате, стирая с мебели пыль.
– Вы плохо спали, мадам?
– Барабаны не давали мне заснуть. – Только барабаны, мадам?
Нахмурившись, Кристина посмотрела на женщину.
– Ты говоришь так, словно может быть какая-то другая причина для бессонницы.
– Простите, мадам. – Горничная с ничего не выражающим лицом принялась переставлять предметы на туалетном столике. Только блестящие черные глаза выдавали ее сильнейшее любопытство. – Иногда мужья всю ночь не дают женам спать.
– То, что происходит между мужьями и женами, – их личное дело, а не предмет для обсуждения со слугами, Гера. – Сделав этот небольшой выговор, Кристина направила разговор в нейтральное русло: – Думаю, сегодня мне стоит поближе познакомиться с Бель-Терр. Расскажи мне о прислуге.
– Да особо не о чем рассказывать. Проигнорировав угрюмый тон горничной, Кристина продолжала:
– Начнем с кухни. Повариху зовут Сцилла?
– Господин говорит, что Сцилла готовит лучше всех на острове?
– Да, кушанья были превосходными. А кто эти две молодые служанки, которые подают на стол?
– Их зовут Майа и Астра.
– Кто из них такая нервная, пугливая?
– Это Астра.
– Астра, – тихо повторила Кристина. Красивое имя для красивой молоденькой служанки. Похоже было, что та боялась собственной тени. Кристина отставила поднос и откинула простыни. – Пожалуй, сегодня я надену голубое платье, Гера.
Закончив одеваться, она отпустила горничную и отправилась исследовать свой новый дом. Кристина не была намерена отсиживаться в углу, как побитый щенок. Вчера она покинула свою комнату только вечером, чтобы прогуляться по саду, и там встретила Рида. Надсмотрщик Бель-Терр был способен и разозлить, и заинтриговать ее, и сделать это почти одновременно. Несмотря на это, ее тянуло к нему. Она обнаружила, что пол грубой внешностью он всячески пытается скрыть доброе сердце и благородные намерения, что заинтересовало ее еще больше.
