— Я, конечно, это сделаю и даже рад, что есть такая возможность. Вот только вы ведь меня не знаете, и…
— Сквирс за тебя поручился, — перебил Пэджет. — Мыто, верно, с тобой не знакомы, а Сквирс тебя знает и твою семью тоже. Если он утверждает, что ты честный человек, значит, больше не о чем и говорить.
— Зато у тебя есть шанс получить заявку, — вмешался в разговор Сквирс. — А терять тебе нечего.
— Да-а, ведь двух человек, которые выехали из лагеря с золотом, нашли мертвыми возле тропы. Их подстрелили, как отстреливают молодых бычков. И один из них Джек Уокер, я его хорошо знал. И никто из них не имел столько золота, сколько повезу я.
— Возьми вьючную лошадь, — посоветовал мне Сквирс, — и погрузи все свое снаряжение. — Он огляделся вокруг и понизил голос: — Похоже на то, что кто-то у нас в лагере шпионит в пользу Куперов, но о тебе никто не будет знать, кроме нас, а мы все заинтересованные лица.
Позже, когда они ушли, Сквирс сказал:
— Надеюсь, ты не против, что я сообщил им о твоей семье. Они и так бы тебе поверили, но мне хотелось, чтобы им было спокойнее.
И вот я собрал свои пожитки и поехал, и в моей седельной сумке лежало пятьдесят фунтов золота. Посчитайте, сколько это, если в то время платили по тысяче долларов за фунт. В кармане — письмо, подписанное всеми четырьмя ребятами, где говорилось, что если я доставлю золото на место, то получу сто долларов. У меня еще никогда не водилось столько денег сразу с тех пор, как началась война, мне даже десять долларов казались крупной суммой.
А теперь эта женщина, стоявшая у дороги, сулила мне кучу неприятностей. Па постоянно предостерегал нас, парней, чтобы мы держались подальше от женщин.
— Они, конечно, будут вас волновать, — говаривал он, — так что любите их, а потом бросайте. Вот как надо поступать! Не связывайтесь вы с этой породой. У каждой из них в запасе столько разных штучек и фокусов — куда там мартышке, что скачет по деревьям.
— Не верь ему, Телль, — возражала мать. — С женщиной нужно только прилично обращаться. Веди себя с женщиной так, будто она твоя сестра, слышишь?
А па на это отвечал:
— Есть два сорта женщин, Телль, плохие и хорошие, и можешь мне поверить, хорошая женщина причинит человеку гораздо больше хлопот, чем плохая. Держись-ка ты подальше от всяких.
Я и старался. Мне доводилось иметь дело с горными кошками и медведями, с мускусными крысами и оленями, я даже знал кое-что о лошадях и коровах, а водиться с женщинами мне не приходилось. Вот Оррин, мой брат, он играл на скрипке и умел петь, а эти скрипачи и певуны, они умеют обходиться с женским полом. А я, когда у нас дома появлялись незнакомые женщины, просто уходил в горы.
На этот раз я, похоже, попался. Как я мог отвертеться? Однако я не собирался убегать. Всякой женщине, которая одиноко чего-то ждет в дикой местности, грозит беда. Только теперь от волнения меня даже пот прошиб. Мне еще никогда не случалось близко к ним подходить.
Хуже всего то, что по моим следам кто-то ехал. Я открыл это недавно, когда оглянулся назад.
Когда человек едет по незнакомой местности, ему обязательно надо время от времени остановиться и оглянуться назад, чтобы запомнить вехи, по которым он будет ориентироваться на обратном пути.
Итак, оглянувшись, я увидел, что в воздухе висит небольшое облачко пыли. Пыль не оседала. Это. означало, что за мной кто-то следит, и этот кто-то вполне мог быть человеком Куперов.
Но в тот момент я, кажется, охотнее бы встретился с Куперами, вместо того чтобы заниматься этой женщиной, а мой негодяй чалый вез меня прямехонько к ней.
Самое скверное заключалось в том, что она оказалась жутко хорошенькой. Лицо ее покрывал легкий загар, но все равно она была очень даже миловидна.
— Как поживаете? — обратилась она ко мне, будто мы встретились где-нибудь на улице в Нэшвилле. — Скажите, не могли бы вы подвезти меня до Хардивилла?
Надвинув шляпу на самые глаза, я огляделся, однако ни лошади, на которой она могла бы доехать до города, ни каких-либо признаков жилья или хотя бы лагеря не заметил.
— Отчего же, мэм, я так полагаю, это возможно. — Я спрыгнул на землю, подумав, что, если мне предстоят осложнения, нужно сразу же положить поближе мой тяжелый кольт, чтобы в случае нужды быстро его вытащить. — Груза у меня немного, так что я вполне могу ехать на вьючной лошади, а вы сядете на моего чалого боком, как на вашем женском седле.
— Я очень благодарна, — вымолвила она скромно.
Прежде всего я подумал, что это ловушка. Кто-то, кто знал, что я везу золото, доставил сюда эту женщину, чтобы она помогала им — я не мог понять, как она здесь оказалась. Вокруг я не видел никаких следов, кроме ее собственных. Но потом вдруг заметил тоненький столбик дыма, который поднимался из-за камня.
— У вас там костер?
— Ночью было очень холодно.
Тут она заметила мой взгляд и улыбнулась.
— Да, я провела там всю ночь. — Ее большие голубые глаза смотрели прямо на меня. — И прошлую ночь тоже.
— Не очень-то подходящее местечко.
Она держалась немного церемонно, но все равно эта умненькая смышленая девчонка пришлась мне по сердцу. А такие платья, как на ней, из хорошего материала, купленного в лавке, я видел в северных городах, когда служил в солдатах. В наших краях носили больше домотканое или сшитое из кожи.
— Вы, наверное, спрашиваете себя, что я тут делаю?
— Ну а как же? — Я невольно ухмыльнулся. — Что верно, то верно, тут не шибко подходящее место.
— Не следует говорить «шибко», это неправильно. Нужно сказать «не очень».
— Спасибо, мэм. Я ведь никогда не ходил в школу, знаю только то, чему мать меня научила. Вот и не умею правильно говорить.
— Но читать и писать вы, наверное, умеете?
— Нет, мэм, не умею.
— Но это ужасно! Каждый человек должен уметь читать. Не знаю, что бы я делала в последние несколько месяцев, если бы не могла читать. Просто сошла бы с ума.
Приспособив для нее седло, я помог ей сесть на лошадь.
— Мэм, я лучше предупрежу вас заранее. Здесь могут случиться всякие неприятности, так что вы имейте это в виду. Может, совсем не так уж и хорошо, что я вам помогаю. Может, вам будет только хуже… — Мы тронулись в путь, и я, обернувшись через плечо, посмотрел на нее: — За мной кто-то гонится. Сдается мне, что это бандиты Купера.
Хуже всего, что я потерял время. Надвигалась ночь, а у меня на руках оказалась эта незнакомая девица. Па, бывало, говорил, что женщины используют самые хитрые способы, чтобы заполучить себе мужчину, но я никогда не думал, что одна из них вдруг окажется передо мной на пустынной дороге. К тому же такая хорошенькая, как эта.
Кроме всего прочего, она была из благородных. Всякий увидел бы господскую стать, только посмотрев, как она сидит на моей кляче, словно это кровный жеребец, а она едет среди толпы на ярмарке рядом со мной, гордо вскинув голову.
