У нее были самые красивые голубые глаза на свете, я в жизни таких не видел, и они смотрели прямо на меня. Она рассердилась, но это не мешало ей быть справедливой — за этими голубыми глазами скрывался здравый смысл.
— Возможно, вы и правы, — заявила она, — хотя я с удовольствием влепила бы вам пощечину, вместо того чтобы соглашаться с вами. После того, что я пережила за эти несколько дней, грязный земляной пол мне кажется сущим пустяком.
— Мэм, когда мне придет время жениться, я надеюсь найти себе девушку, такую же красивую и рассудительную, как вы, и с таким же твердым характером.
Я оставил ее беседовать с офицерами и подошел к конторке. Золото я положил в банк Харди на имя тех людей, которые мне его доверили — на имя Джима Ходжа, Уилли Мэндера, Тома Пэджета, — и миссис Джек Уокер, адрес которой я им назвал.
— А мне причитается сто долларов, — закончил я.
Харди мне их выплатил, и я положил деньги в карман. Никогда в жизни у меня не было такой суммы.
Потом я вышел на улицу, как и обещал, и, к моему удивлению, Билли Сквирс меня уже поджидал.
Он выстрелил в меня и промахнулся. Я тоже выстрелил и попал.
МУЛ ДО САНТА-ФЕ
— Продай своих мулов, — советовал Хэссолд, — тебе нужны волы. Они не так много пьют, и копыта у них распластываются на мягкой почве в прерии, тогда как у мулов они вязнут. К тому же если у тебя выйдут все припасы, то вола можно съесть.
— Ну уж если я так проголодаюсь, — коротко заметил Скотт Майлс, — то и мула съем.
Хэссолду непременно хотелось заполучить этих мулов, крупных, породистых, хорошо упитанных животных, сильных и крепких, совершенно незаменимых для упряжки. И неудивительно. Через несколько месяцев на них будет огромный спрос и он заработает хорошие деньги. Никто не имел таких отличных мулов, как Скотт Майлс. Но он заартачился.
— Как знаешь, Майлс. Но тебе все равно понадобится еще один мул, а у меня продажного нет, — отрезал Хэссолд, человек решительный, и отвернулся, не скрывая раздражения.
Огорченный Скотт еще немного потоптался, но потом, открыв дверь наружу, вышел под дождь. Поскольку навес у дома отсутствовал, на него сразу обрушился холодный поток. Нагнув голову, он зашлепал по лужам в сторону отеля, где его ожидал Билли.
Везде, куда бы он ни пошел, ему говорили, что на мулах ехать не стоит. Они хороши на дороге, неплохо тянут в горах. А вот что они будут делать в прерии?
Пемброк тоже не советовал ехать на мулах. Однако после долгих споров он согласился принять его фургон в свой караван, при условии, что у Майлса будет полная упряжка из шести мулов. Четырех мулов недостаточно, твердил Пемброк, даже если они такие крупные и сильные, как у Майлса.
Когда он вошел в отель, в холле толпилось человек шесть. Пемброк, высокий красивый мужчина с пшеничными усами, разговаривал с Бидуэлом, зажиточным фермером из Огайо, который первым застолбил место для своего фургона в караване Пемброка.
Майлс огляделся вокруг и увидел Билли. Мальчик беседовал с хорошенькой рыжеволосой женщиной, которая сидела в большом, обитом кожей кресле.
Билли сразу же заметил отца.
— Па! — радостно закричал он. — Это миссис Хэнс.
Женщина посмотрела на Майлса, подняв голову, и он ощутил какую-то неловкость. Ее голубые глаза, правда не такие темные, как у Мэри, смотрели ласково и доброжелательно, и Майлсу почему-то стало тревожно.
— Билли рассказал мне о ваших делах, мистер Майлс. Удалось вам найти мула?
Довольный тем, что разговор зашел о знакомых вещах, Скотт покачал головой:
— Нет. Хэссолд не хочет продавать. Похоже, мне здорово везет.
Как это ни глупо, он почему-то сразу подумал о том, какая у него старая шляпа и как, наверное, обвисли намокшие под дождем поля. К тому же он не брился уже два дня. Ему захотелось поскорее убраться подальше от этой женщины. Такие, как она, всегда его раздражали и тревожили. Слишком уж она аккуратненькая, слишком непринужденно держится. Он знал, как подобные женщины ведут себя в пути — жеманятся, боятся насекомых, устраивают сцены из-за всяких пустяков. Но, помимо всего прочего — Майлс честно себе в этом признался, — он испытывал ревность, глядя на оживленное лицо Билли.
— Нам пора идти, Билли. Скажи миссис Хэнс «до свидания».
Выходя из отеля, Скотт чувствовал, что у него горят уши. Он подозревал, что Билли мог обидеться, подумать, что отец обошелся с ним не очень-то хорошо. Ну какая была нужда так внезапно уходить из отеля? То, что он с виду похож на грубого мужлана, совсем не означает, что нужно и вести себя соответственно.
Майлс с сыном жили в фургоне — большом новом «конестоге». Все инструменты он приобрел только что. Пришлось купить и лемех, а что до плуга, он сделает его сам, как только прибудет на место; к двум ружьям Скотт запасся большим количеством патронов. Билли исполнилось девять лет, но он уже умел стрелять — отец сам учил мальчика обращаться с оружием. Он надеялся, что сын станет хорошим охотником и будет пользоваться оружием разумно.
Ребенку нужны оба родителя, и Скотт, будучи человеком наблюдательным, не мог не замечать, какое тоскливое выражение появлялось на лице мальчика, когда другие дети бежали к матерям со своими реальными или воображаемыми бедами. Билли в таких случаях никогда не бежал к нему, мальчик слишком гордился тем, что он настоящий мужчина, такой же, как его отец. Но это нехорошо для ребенка.
Фермер Бидуэл вез с собой дочь, хорошенькую румяную девушку со светлыми шелковистыми локонами. С тех самых пор, как их фургоны встретились и ехали рядом, она то и дело украдкой бросала на Скотта любопытные взгляды. Майлс задумчиво потер подбородок. Неплохо бы побриться.
Именно это он и сделал, да к тому же еще подстриг и подровнял усы. Усы он закручивал по-испански, это были настоящие усы, не то что обыкновенная щетка, как у Бидуэла и у других мужчин из их каравана. Потом достал чистую рубашку. Билли критически посмотрел на отца.
— Что, решил переодеться? — спросил он. — Собираешься назад в отель, чтобы побеседовать с миссис Хэнс?
— Нет! — резко ответил Майлс. — Мне нужно поговорить с Грейс Бидуэл.
— С этой девчонкой? — В голосе Билли прозвучало неприкрытое презрение. — Ведь она некрасивая, совсем не такая, как миссис Хэнс.
Скотт Майлс сел в кресло.
— Послушай, Билли, — начал он наставительно. — Мы едем в дикую суровую страну, я тебе уже об этом говорил. Городов там нет. Мы будем жить в горах, где мне придется валить деревья и очищать их от сучьев, чтобы построить дом. Так вот, мне нужна жена, а тебе — мать. Красота — это еще не все. Мне нужна жена, которая умеет стряпать, сама сошьет себе платье, если потребуется, и будет делить со мной все трудности. Мне нужна женщина, которая будет мне помощницей, а не обузой.
