Не желая медлить и вовлекать в это дело прислугу, Елизавета Гавриловна отправилась за сыном. Виктора она нашла в его комнате. Молодой человек, не задавая лишних вопросов, отправился за матерью, стоило ему увидеть её бледное лицо.
Дождавшись, пока сын отнесет Анну в её покои и велев Евдокие никому не говорить о недомогании барышни, madame Вольская послала за доктором.
Пожилой эскулап, к которому они обращались вот уже немало лет, приехал только к вечеру, задержавшись из-за разыигравшейся метели.
Осмотрев Анну ,Иннокентий Геннадьевич покачал головой. Приехай он несколькими часами раньше, то смог бы помочь... Но сейчас он сделал всё, что мог, и сомневался, что его пациентка доживёт до утра. Помимо того, что девушка была в тягости и потеряла дитя, у неё открылось сильное кровотечение.
- Елизавета, Гавриловна, - сказал доктор, отведя madame Вольскую в дальний угол спальни, - вы знали, что ваша дочь ожидала ребёнка?
Почтенная дама побледнела, но нашла в себе силы ответить.
- Иннокентий Геннадьевич, голубчик, пусть это останется между нами, - произнесла madame Вольская, стягивая с безымянного пальца кольцо, - прошу вас.
Она протянула доктору некогда дорогую вещицу.
- Madame, будьте покойны, ваша тайна останется со мной, - произнёс пожилой человек, возвращая Елизавете Гавриловне кольцо, - вы не дали мне закончить. Ваша дочь слишком плоха. Я бы на вашем месте послал за священником...
- Вы уверены?! - испугано воскликнула madame Вольская, - всё так плохо?
- Я сделал всё, что мог, - честно сказал Иннокентий Геннадьевич, - ныне жизнь Анны Никитичны в руках Господа.
Елизавета Гавриловна поспешно перекрестилась. Она только ныне поняла, что в том, что случилось с Аннет, есть и её вина. Она внушала дочери, что для удачного замужества достаточно привлекательной внешности. Об остальном же madame Вольская предпочитала молчать. Оставалось надеяться, что Анна выживет. А пока Елизавета Гавриловна собиралась просить помощи у человека, с которым не общалась уже более четверти века. В данной ситуации вся надежда возлагалась только на неё.
***
После разговора с матерью, Василий не смог оставаться дома. Велев заложить экипаж, он собирался навестить Доли. Роман с молодой и красивой вдовой Воронцов завёл ещё до поездки в Смоленск. Но его быстро начали тяготить эти отношения, и он пожелал их расторгнуть. Однако по возвращению, он понял, что искать новую любовницу нет сил и желания, а Дарья всегда была рада видеть его у себя. Вот и сейчас, направляясь в маленький уютный особняк на Фонтанке, Василь был уверен, что его ждёт тёплый приём.
В последнее время он всё чаще думал об Анне. Он будто наяву видел её в своих объятьях, шептавшей ласковые слова. Русые локоны разметавшиеся по подушке... Серебристые глаза, напоминающие небеса затянутые лунным светом. Девушка была столь чиста, и князь наслаждался каждым мгновением проведённым рядом с ней. А теперь... Теперь их пути разошлись навсегда! Василий пытался убедить себя в том, что их с Анной ничего не связывает, но мысль о том, чтобы поехать в Смоленск и открыто поговорить с её отцом вот уже несколько дней не покидала его.
Экипаж плавно остановился, и Воронцов отвлекся от своих невеселых дум. Дворецкий Доли встретил его у порога и проводил в гостиную. Хозяйка не заставила себя долго ждать.
Дарья Тимофеевна Бельская была очень красивой женщиной. Тёмные волосы оттенка воронова крыла и огромные васильковые глаза были её главным богатством. Правда, интерес самого знаменитого повесы Петербурга к её скромной персоне быстро угас, но она смирилась с решением молодого человека. Какого-то же было её удивление, когда совсем недавно князь снова появился в её жизни.
- Василь? - удивлённо спросила Дарья. - Я не ожидала тебя так рано!
- Ты не рада меня видеть, Доли? - не скрыв кривой усмешки поинтересовался Воронцов приблизившись к девушке. На ней был наряд небесно-голубого цвета, не скрывавший всех её достоинств. Не дождавшись ответа, Василий притянул её к себе, впиваясь настойчивым поцелуем в чуть приоткрытые уста.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дарья страстно ответила на неожиданный порыв любовника,понимая, что он желает большего.
Князь подхватил её на руки и понёс на диван. Он и сам не знал, что на него нашло. В его мыслях была совершенно другая девушка, и он, забывая обо всём, полностью пошёл на поводу к собственных желаний.
Вскоре Дарья открыто предлагала себя Василию, неистово извиваясь в его объятьях. Его руки и губы были повсюду, даря ничем не сравнимое блаженство. Лишь только раз она смутилась, наконец осознав, что вся эта бурная страсть не принадлежит ей.
- Анечка, - шепнул Воронцов когда их тела слились воедино, и в этот миг madame Бельская испытала ни с чем не сравнимую ревность. В голове не укладывался поступок Василия. Как он мог думать о другой, находясь в её объятьях?
Спустя какое-то время, закончив приводить в порядок свой наряд, Дарья заглянула ему в глаза и спросила :
- Кто она? - её пальцы бесцельно бродили по его груди,и она почувствовала как напряглось тело молодого человека.
- Не важно, - кратко бросил Василий, убирая руку девушки,а затем будто разговаривая сама с собой сказал, - я не должен был сюда приходить! Прости меня, Доли.
Он поспешно застегнул рубашку, и отправился прочь. Князь не мог объяснить себе, что с ним происходит. В последнее время он слишком одержим Анной. Нужно сделать всё возможное, чтобы забыть её как можно скорей!
Глава 14. Боль в сердце.
Оказавшись на улице, Василий вдохнул морозный воздух, только ныне вспомнив о том, что второпях позабыл даже о головном уборе. Ледяной ветер нещадно трепал тёмные кудри, но князь не обращал на это внимание. Идя по мостовой, он смотрел на мутную гладь Фонтанки, не зная как объяснить то, что с ним происходит.
Никогда во время любовных утех Василий не позволял себе забываться. И вот он назвал Дарью именем Анны, не в силах перестать думать о ней думать!
Вернувшись домой человек закрылся у себя в кабинете, и взяв с полки графин с бренди, уселся в глубокое кресло. Налив себе бокал, молодой человек залпом выпил его, не чувствуя вкуса. Янтарная жидкость неприятно обожгла горло, но Василь не обратил на это внимания. Ныне никто не мог помешать ему напиться. Только так он мог хотя бы на время забыть о боли, терзавшей его сердце. Князь понимал, что должен был сделать для Анны намного больше, чем просто предупредить её о последствиях. Он должен был открыться ей и просить у её отца согласия на их брак!
Теперь Анна уже наверное готовиться к свадьбе с другим. Василь прекрасно помнил о положении, в котором находилась её семья. Коря себя подобными мыслями, молодой человек не заметил, как уснул.
На следующее утро князь проснулся с дикой головной болью. Горло першило, и сухой кашель сковывал лёгкие. Никогда не жаловавшийся на здоровье Воронцов вскоре слег с простудой.
***
Аделина Сергеевна не находила себе места. Прошло уже несколько дней, как Василий лежал с простудой.
Княгиня отправилась в покои сына, переживая о его самочувствии. Постучав и не дождавшись ответа, он вошла в комнату. Василия она увидела сразу. Он крепко спал, откинув темноволосую голову на подушки.
Приблизившись, Аделина Сергеевна коснулась его плеча, но молодой человек никак не отреагировал. Ни на шутку испугавшись, княгиня стала что было сил трясти сына.Она не могла понять, как он может так крепко спать!
-Василь! Господи, что с тобой?
- Маменька, в чём дело? - хрипло спросил князь, с трудом разомкнув глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Воронцов нервно моргнул, стараясь понять, что же с ним случилось. Он и сам не понял, в какой момент полностью потерял контроль над своим телом. В глазах потемнело, а сердце застучало с неумолимой силой.
- Как ты себя чувствуешь, дорогой? - спросила Аделина Сергеевна, немного успокоившись, а затем воскликнула. - Ты напугал меня, Василь! У тебя очень крепкий сон!
