просто глупо. Мы – твои ближайшие родственники, мы тебя любим и желаем тебе только добра. А чего желает получить от тебя эта аферистка, еще разобраться надо!
– Я женюсь, и точка! Я вам это говорил много раз, скажу снова!
– Нет, это невозможно слышать! Сынок, мы все против этого твоего брака!
– Я всегда поступал так, как вы хотели. Поступил в вуз по вашему выбору. Дружил с теми, кого вы мне выбирали. И я всегда шел у вас на поводу. Даже женить вы меня планировали на той, которую нашли для меня. Но на сей раз мне наплевать на то, что вы думаете!
– Ты не думаешь о нас, подумай о своей Аленьке!
– Теперь вы Алю вспомнили? Она ведь вам тоже не нравилась! Вы называли ее вульгарной!
– Мы ошибались! – завопили родственники чуть ли не хором. – Каемся! Бедная девочка, пожалей ее, она уже все глаза выплакала! Ее жених променял ее – молодую невинную девушку – на женщину, дважды побывавшую вдовой. Бывшую в употреблении женщину, старше себя!
– Мама, не перегибай палку. Во-первых, Аля во мне заинтересована еще меньше, чем я в ней. Наше с ней сватовство и возможный брак – это целиком и полностью ваша фантазия.
– Да как же фантазии! Вы же встречались!
– А во-вторых, – недрогнувшим голосом продолжал биолог, – никогда впредь не отзывайся об Оле в подобном тоне. И всем другим это передай! Я сделал свой выбор, требую его уважать. И мы с Олей поженимся! Даже если вся моя семья встанет у меня на пути, это меня не остановит! Это все, что я хотел вам сказать! А теперь прощайте!!! Я женюсь на Оле, даже если на моем пути в загс встанет весь наш семейный клан!
Ах как жаль было Фиме, что этот благородный жениховский запал пропадает нынче напрасно. Никто не увидит, никто не узнает, никто не оценит. Никогда пылкому биологу не жениться на своей избраннице. Увы, Ольга Геракловна мертва, и рассчитывать ее жениху тут ровным счетом не на что.
Но в то же время эта стычка давала Фиме как минимум трех новых подозреваемых. Отец, мать биолога и некий его дядя Сережа. Родственники биолога были настроены достаточно серьезно, чтобы не допустить этот брак своего мальчика с подозрительной оторвой. Кто их знает, возможно, любящие родственники не только основательно пошуровали в прошлом Ольги Геракловны, но и нашли подходящего человека, который помог им избавиться от нее самой.
Фима едва успела отпрыгнуть в сторону и принять безразличный вид, как из кабинета биологии вылетели трое разгневанных посетителей. Они были настолько разгорячены состоявшимся безуспешным разговором со своим Сергеем, что на Фиму даже не посмотрели.
– Я сразу говорил, что ничего не получится, – зло произнес один из мужчин, тот самый дядя Сережа. – Знал, что надо самому принимать меры. И я их уже принял!
– Что же это за меры? – осторожно поинтересовалась женщина.
– Скоро сами все узнаете! Скажу только, что эта Оля нам отныне будет не страшна! Мальчишка на ней не женится! Это я вам обещаю!
Тут мужчина увидел Фиму и осекся. Он кивнул своим спутникам, и все трое быстро покинули помещение школы. А вот Фима осталась и какое-то время пребывала в раздумьях. Она считала, что разговор шел про Ольгу Геракловну, но так ли это? Отчество ни разу не прозвучало. И вообще, не было в разговоре ничего такого, что позволило бы с точностью утверждать, что невеста биолога – это и есть их покойница. Ну, кроме мужа на лыжах, конечно.
– И все равно, мало ли на свете женщин с таким именем. И многим из них довелось уже побывать замужем и неудачно. И даже овдоветь. И на лыжах многие зимой любят кататься.
Оставалось спросить об этом у самого биолога. Но из кабинета слышались отдельные восклицания и частый топот ног, биолог носился из одного конца кабинета в другой и бушевал. Заламывал руки, рвал на себе волосы, при всем при этом он еще и громко хохотал. У него явно наблюдалась запоздалая реакция на визит родственников. У Фимы, которая была вынуждена наблюдать за его метаниями, не осталось сомнений, разговор с близкими взволновал мужчину куда сильней, чем он хотел это им показать. Девушке было даже боязно сунуться, ей показалось, что биолог в таком состоянии, что просто пошлет ее куда подальше и даже не извинится.
Но тут он вытащил телефон и поднес его к уху.
– Ну где же ты! – с нетерпением прокричал он. – Отвечай!
Никто ему не ответил. И биолог вновь взволнованно забегал по пустому классу, хохоча и дергая себя за волосы.
Фима с любопытством разглядывала его. Высок, миловиден, очки модные, а бородка подровнена умелыми руками. В целом биолог производил впечатление мужчины, которым можно и увлечься. Она дала ему возможность слегка прийти в себя, а потом озвучила свое присутствие, постучав по откосу двери.
Здороваться она не стала, сочла всякое предисловие лишним и сразу в лоб выпалила:
– Могу я поговорить с вами о вашей невесте?
– Что?! У меня нет никакой невесты.
– А я знаю, что есть.
– Кто вы такая?
– Ольга Геракловна – это же ваша невеста, я не ошиблась?
Биолог качнул головой. Вид у него теперь был какой-то пришибленный.
– А я ее родственница – двоюродная сестра, очень приятно познакомиться. Оля мне о вас очень много рассказывала.
Лицо биолога смягчилось. И Фима поняла, что он еще очень молод. Эти очки и борода делали его старше, но только если смотреть издалека. Стоило приблизиться – и становилось ясно, что биолог еще совсем мальчишка.
– Родственница, да? – произнес он. – И Оля вам про меня говорила?
– И очень много. Так много, что я не выдержала и приехала к ней на работу, надеялась, что она познакомит меня с вами. Приехала, а ее нет. Не знаете, что случилось?
Вопрос был задан нарочито небрежным тоном, мол, подумаешь, безделица какая, не вышла сеструха на работу.
Но биолог от ее слов все равно расстроился. Лицо его вновь приняло озабоченное выражение.
– Я не знаю, – растерянным голосом произнес он. – Но у меня очень плохие предчувствия. Мне кажется, что с Олей случилась страшная беда.
И опустившись за парту, он неожиданно начал осыпать самого себя ударами.
– Дурак! Болван! Кретин!
Фима онемела, а потом попыталась остановить экзекуцию.
– Не надо! Что вы!
– Если с Олей что-нибудь случилось, я себе этого не прощу! И зачем я распустил язык? Зачем стал болтать о наших с ней отношениях? Оля предупреждала, что могут быть последствия, а я не придал ее словам никакого значения!
– Вы считаете, что Оле грозит опасность?
– Да! Вот именно!
– От кого? От ваших родителей? От вашего дяди?
Лицо биолога исказилось от удивления. Кажется, вопрос Фимы застал его врасплох. И о такой возможности он даже не думал.
– Нет, – с досадой произнес он. – При чем тут мои родители? Они про Олю только в эти выходные и узнали!
А как узнали, тут же сразу и приняли меры! У Фимы из головы не шли слова дяди Сережи, который обещал, что Оля больше никому из них проблем не доставит. Но все же она понимала: ни в коем случае нельзя принимать решение, основываясь лишь на поверхностных наблюдениях. Нужно выяснить все о личной жизни этих двоих – Ольги Геракловны и биолога Сергея – во всех подробностях. Но для этого требовалось время, а его до очередного звонка оставалось удручающе мало.
Фима понимала, что вряд ли получится разговор по душам с человеком, который без конца мечется туда-сюда. Для начала требовалось биолога успокоить.
– Оля говорила мне, что вы отличаетесь в лучшую сторону от ее двух мужей.
Ее расчет оказался верен. Мужчина тут же перестал носиться взад-вперед и сосредоточился на Фиме. Он с интересом посмотрел на девушку.
– А вы их знали? Обоих?
– Увы, только второго.
– И что? Каков он был из себя?
– Они жили очень дружно. В семье были чудесные теплые взаимоотношения.
– Не сомневаюсь! Но как он выглядел? У вас есть его фотография?
Вообще-то такой фотографии у Фимы не было, но зато имелась фотография Янека. А она помнила, что Янек и покойный муж Ольги Геракловны были похожи словно близнецы. И ей в голову пришла одна мысль. Она извлекла эту фотографию из памяти смартфона
