В этот вечер в «Короне» было особенно многолюдно. И Келли, крутясь как белка в колесе, не заметила, когда появился Лоренс и сел в другом конце бара, наблюдая за ней. Келли обслуживала какой-то мальчишник. Будущий жених, облокотившись о стойку, придвинулся поближе и о чем-то разглагольствовал с лихорадочным возбуждением. Келли отвечала привычно приветливо, с улыбкой подавая юнцу поднос, заставленный выпивкой. Поблагодарила за щедрые чаевые, затем повернулась, чтобы убрать деньги, и в этот момент заметила подошедшего к стойке Лоренса; улыбка на ее лице мгновенно исчезла.
— Привет.
Она взглянула на него, стараясь вернуть улыбку на место.
— Виски?
Он кивнул, и Келли, налив виски, добавила содовой и поставила стакан на стойку бара.
— Как дела? — Лоренс даже не взглянул на виски.
Понимая, что вопрос не праздный, Келли неопределенно пожала плечами в ответ.
— Прекрасно.
— Когда ты освободишься сегодня?
— Это не от меня зависит. Вчера, например, ушла уже после полуночи.
— Я отвезу тебя домой.
— Не нужно. Я поеду на велосипеде.
— Ты не можешь ездить одна в такое время, — нахмурился Лоренс.
Глаза Келли сверкнули.
— Да, однако я ездила в течение нескольких лет, и это никогда не тревожило тебя.
— Потому что тогда мы не были… Словом, ты рискуешь, и это пугает меня.
— Дорога хорошо освещена, — нетерпеливо перебила она, ее глаза сощурились, — или ты говоришь о другом риске?
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Лоренс.
— Не притворяйся: ты прекрасно понял. — Келли поморщилась. — Если «случайность», которую мы обсуждали, все же имеет место, то езда на велосипеде кажется тебе рискованной.
Лоренс, к ее удивлению, пришел в замешательство.
— Такой мысли у меня не было. Я вообще-то думал о тебе, имея в виду хулиганов или еще что похуже…
— О! — только и могла сказать Келли, так как очередной наплыв посетителей потребовал ее внимания, а когда она освободилась, Лоренс уже куда-то исчез.
Казалось, вечеру не будет конца… Обычно в «Короне» время летело незаметно, но сейчас, после разговора с Лоренсом, минуты тянулись ужасно медленно. Келли была счастлива, когда Ли отпустил ее домой.
— Устала, милая? Когда вернутся Дора и Нэнси, возьми несколько выходных. Ты заслужила это.
— Спасибо, — пробормотала Келли, — я непременно воспользуюсь твоим предложением.
Подойдя к стоянке, она даже не взглянула на свой велосипед: Лоренс, как и следовало ожидать, стоял у машины. Он открыл дверцу, и Келли скользнула внутрь, радуясь про себя, что не придется крутить педали.
— Ты ела сегодня? — спросил он, заводя мотор.
— Да, бутерброды.
— Ты не набросишься на меня с кулаками, если я отвезу тебя к себе и накормлю ужином?
Она покачала головой.
— Нет, поскольку знаю, почему ты это делаешь.
Лоренс искоса взглянул на нее.
— Почему?
— Сегодня годовщина со дня похорон Джилл. Еще одна годовщина.
— Ты ошибаешься, Келли. Это было вчера.
— Что? — Она непонимающе уставилась на него. — Что ты сказал? Сегодня, в последний день августа, исполнился ровно год, как похоронили Джилл. И утром я положила цветы на ее могилу.
— Тебе не показалось странным, что там уже было много цветов?
Келли немного растерялась.
— Нет, я решила, что ты приходил раньше меня и родители Джилл тоже.
— Они в круизе. Я положил цветы за них. Вчера. Сегодня не последний день августа, а первый день сентября.
Келли словно ужаленная подпрыгнула на сиденье, не в состоянии собрать воедино нахлынувшие мысли.
— Не может быть! Я пропустила такую памятную дату и не навестила Джилл. — Она напряглась, когда Лоренс положил ладонь на ее руку.
— Но Джилл там нет, Келли.
— Да… — Она тяжело вздохнула, — не могу понять, как я могла перепутать? Я так часто смотрела на этот чертов календарь, что не выдержала и убрала его в стол… — И недоверчиво посмотрела на Лоренса. — Ты не шутишь?
— Конечно нет, — сказал он сурово.
— Не представляю, как я могла ошибиться, — продолжала сокрушаться Келли. — Если так, то это была самая длинная неделя в моей жизни. — Она прикусила губу. — Я работала в «Короне» не по своему обычному графику и выбилась из привычного ритма… — Ее лицо внезапно побледнело, Келли вздрогнула, вдруг сообразив: задержка! Пока только на день. Один день не считается, не стоит паниковать.
Лоренс остановил машину. Построенный в середине прошлого века, с витыми чугунными перилами балконов и множеством окон, нарушающих строгую симметрию архитектуры, дом находился в одном из лучших кварталов города.
— Удивительно, что ты переехал сюда. Я думала, ты предпочитаешь жить за городом?
Он помог ей выйти из машины.
— Нет. Это Джилл не хотела жить в городе из-за своего пристрастия к лошадям… Я же мечтал об особняке в центре. Правда, этот дом находился в плачевном состоянии и нуждался в капитальном ремонте, но цена оказалась столь соблазнительной, что трудно было отказаться. За последние полгода я кое-что успел отремонтировать, но это только начало, хотя самое главное уже сделано — крыша и полы в порядке…
Лоренс подвел гостью к внушительным входным дверям. Келли готовила себя к жестокому испытанию, когда шла по длинному холлу, но вопреки ожиданию, здесь ничего не напоминало о Джилл. Та любила полумрак комнат, тяжелые бархатные шторы от стены до стены, полы, устланные мягкими паласами, бесчисленное количество подушек, разбросанных на обитой ярким ситцем мягкой мебели, безделушки и повсюду — цветы.
Ничего подобного не было в доме, куда привел Келли Лоренс Лаутон. Современный дизайн, просторные, не загроможденные мебелью комнаты, огромные окна.
Этот дом поначалу казался даже излишне строгим. Пол в холле был выложен черно-белой керамической плиткой. Витые перила лестницы вели на второй этаж. Под этой лестницей стоял стол, над которым висело зеркало. Все это приятно удивило Келли, которая хорошо знала прежнее жилище Лоренса, пожалуй, даже лучше, чем его самого.
Они вошли в гостиную, стены которой были выкрашены в темно-красный цвет. Несколько стульев и большая тахта затянуты чехлами из неотбеленного льна, на высоких окнах — шторы из тяжелого шелка цвета соломы. Толстый старинный ковер с восточным орнаментом покрывал паркетный пол перед камином.
— Нравится?
— Да, очень, — искренне призналась Келли.
— Столовая здесь. — Они прошли через холл в комнату, где стены были золотисто-коричневого цвета, а из мебели — только овальный стол на изящных ножках. — Я еще не нашел подходящие стулья и буфет, — пояснил Лоренс и повел за собой Келли в просторную, с необычайно высоким потолком кухню — темно-зеленую с белыми стенными шкафами. Оттуда дверь вела в оранжерею, выходившую в узкий, окруженный высокой стеной сад. Лоренс пододвинул гостье стул. — Садись, я приготовлю какие-нибудь сандвичи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
