— Парня Карин чуть ли не по кускам собрала. Их отряд напоролся на засаду нукенинов из Ивы. Этот «поклонник» оттолкнул товарища и попал под раздачу. Я знаю их командира. Помнишь Фуу из клана Яманака, которого Данзо хотел приблизить к себе, да не успел? Это он. Виделись с ним недавно возле госпиталя. Они в отряде думали, что этот Хидеки не жилец. Он Карин восхищался тоже, что «молодец наша девочка».
— И к чему это ты мне говоришь? — прищурился Итачи.
— Просто не делай так, чтобы этот парень снова попал в госпиталь, — улыбнулся Шисуи, — а поговори с Карин.
Угрюмое лицо брата совсем не располагало к разговорам, и Шисуи снова вспомнил про «мозголома».
— Хочешь потренироваться, Ичи-кун? Представь, что я Карин… Впрочем, зачем представлять, — сделав простенькое хенге старшей Узумаки, он сел на кровать и чинно сложил руки на коленях. Итачи напрягся, недовольно смерив его с ног до головы.
— Ты не очень-то похож на Карин. Она — красивее, — безапелляционно заявил младший брат, чуть не заставив Шисуи прыснуть от смеха. Лишь годы тренировок, позволили ему во всех смыслах «сохранить лицо».
— Я буду молчать, потому что наши голоса не похожи, да и дело не в том, чтобы ты подумал, что я — это Карин, — сказал он. — Это — тренировка.
— Тренировка? — переспросил Итачи и, задумавшись, сел на свою кровать, продолжая его разглядывать.
Шисуи кивнул и принял более непринуждённую позу. Мягкие длинные волосы, заплетённые в косу на бок, заняли его руки, и он начал накручивать кончик на палец, как это иногда делала Карин, когда о чём-то размышляла. От этого жеста Итачи улыбнулся и чуть расслабился.
— Я… Могу начать? — робко, особенно для ветерана войны и очень крутого шиноби, спросил младший брат, и Шисуи просто кивнул.
Сам он решил тоже «потренироваться», точнее, поучиться общению с девушками. Как ни прискорбно, но в этом у Итачи было больше опыта, чем у него, брат часто разговаривал и гулял с Карин. Чему Шисуи сам не то, чтобы завидовал, но не знал, как подойти и предложить нечто подобное Гурэн.
— Карин, — Итачи откашлялся и смутился. — Может быть, будем встречаться?
— Это гениально! — пробормотал Шисуи, уже приготовившийся к длинному признанию и выяснению отношений. Он сам даже объяснительную речь подготовил, а тут… Всё просто и понятно.
— Что? — сбился его брат, удивлённо посмотрев в глаза. — Ты мне нравишься, и, кажется, я нравлюсь тебе. Ты согласна?
— Не знаю, что скажет Карин, но я бы сказал тебе «да», — прервав технику превращений, сказал Шисуи, похлопав Итачи по плечу. — Ты в самом деле невероятно крут.
— Думаешь, это подойдёт? — снова смутился тот. — Не слишком прямолинейно?
— В самый раз. Когда ты это сказал, я понял, что так и надо. Лучше один раз попасть в центр мишени, чем тысячу раз мимо.
— Хм. Ты прав, — улыбнулся Итачи. — Спасибо за помощь, Шии-кун. Я пойду и поговорю с ней.
Уже на пороге младший брат обернулся и ухмыльнулся.
— Гурэн тоже сказала бы «да», — и быстро задвинул дверь, в которую ударилась запущенная подушка.
Шисуи снова остался один. Он аккуратно расправил все складочки на одежде, вернул подушку на место, поправил постель и потрогал свой кулон, мысленно чертыхнувшись и отчего-то очень ярко представив, как биджуу, словно старые кумушки, будут искренне смеяться над человеческими проблемами.
— Ты сможешь, — снова сказал он своему отражению.
Гурэн должна была уже вернуться с тренировки своей команды. До ужина оставалось несколько часов. Обычно после него девушка либо играла с Такеши и близнецами, либо ходила поболтать с подругами — Анко и Куренай. Сегодня Шисуи настроился пригласить её погулять с ним. После сливы начала цвести сакура, и последний день полнолуния должен был сделать прогулку особенно романтичной.
Шисуи вышел из дома, в котором жил вместе с Итачи. Сначала их жилище было разделено на две спальни, гостиную, ванную и кухню, но впоследствии они с братом объединили свои комнаты — так было больше места и вдвоём было уютнее. К тому же из-за миссий и работы с воспитанниками они и так редко виделись.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Отдельно поселились Кабуто вместе с Орочимару — змеиный саннин добавил к лаборатории пару жилых комнат. Ракурэй-сан тоже предпочёл жить особняком, выбрав местечко недалеко от кланового полигона, впрочем, у него всегда толпились Сэн и Казуки, которых мастер продолжал обучать стилю «кошачьей лапы». Саске, Наруто, Агара и Кимимаро, как только встал вопрос с расширением жилплощади, сразу попросились в один дом. И предусмотрительно не позволили отгораживать каждому комнату, у них вообще практически не было сёдзи — только отведён один угол под совмещённый с душевой санузел и второй — под холодильник и небольшую фуин-плиту, чтобы разогреть чай или что-то перекусить.
Гурэн жила в центральном особняке. В принципе, там жили все женщины их клана и вся младшая ребятня.
Также с прицелом на какое-нибудь будущее «отселение» был построен «гостевой дом». Иногда там ночевала Анко или проходили посиделки трёх куноичи-наставниц.
— Мина, — остановил Шисуи пробегавшую мимо сестру. — Видела Гурэн? Она у себя?
— Да, видела, как она пошла в свою комнату, — протараторила Мина и побежала дальше, видимо, куда-то торопилась. Шисуи кивнул и вошёл в особняк.
Он пару секунд постоял возле двери, позволяя почувствовать свою чакру, и постучался.
— Входи, Шисуи! — прозвучал голос Гурэн, и он сделал глубокий вдох, словно перед нырком, и отодвинул сёдзи.
Часть 1. Глава 9. Сладость
Карин глубоко вздохнула и кивнула отцу. Орочимару-оото-сан задвинул занавеску и оставил их вдвоём с Цунаде-сан, которая из наставницы превратилась в пациента.
— Готова? — спросила Годайме, облачённая в распашонку. И, нервно хихикнув, устроилась на кушетке.
— Да, Цунаде-сама, — пробормотала Карин, снова задерживая дыхание и прогоняя чакру по каналам, чтобы успокоиться. Такое ответственное поручение не каждый день дают. Тут на кону будущее клана Сенджу и её семьи.
Забор яйцеклеток получился практически без потерь. Цунаде тоже помогала, растратив имеющийся резерв на поддержание своего организма: отключила свою нервную систему и восстановила себя после столь длительной, требующей максимальной концентрации внимания операции.
— Всё? — нетерпеливо за шторой спросил Орочимару.
— Да, отоо-сан, — Карин передала образцы, аккуратно выложенные в лунки двух микротитровальных планшетов.
— Мы с Кабуто займёмся этим, отдыхайте, — кивнул отец и удалился в недра лаборатории.
— Как вы, Цунаде-сенсей? — поинтересовалась Карин. Хокаге была бледна и выглядела устало.
— Нормально, немного посплю, и всё пройдёт, — вяло ответила наставница, поворачиваясь на бок.
Карин набросила на мгновенно уснувшую измождённую женщину два одеяла и села в кресло, приготовившись ждать, пока её пациентка придёт в себя. Чакры и у неё ушло неожиданно много, поэтому она прикрыла глаза и вошла в лёгкую медитацию, позволяющую скорее вернуть силы и пополнить резерв.
* * *
— Карин! — она вздрогнула и проснулась. Цунаде уже переоделась и стояла на выходе.
— Сколько времени? — сонно протянула Карин, потягиваясь, так как всё тело затекло от неудобной позы.
— Уже восемь, солнце давно зашло, — сказала наставница. — Ну мы с тобой и горазды спать! Ладно, я иду домой.
— Может, поужинаете с нами? — спохватилась Карин и тут же поняла, что ужин пропустила.
— Нет, Джирайя, наверное, волнуется, — помотала головой Цунаде. — Мы начали перед обедом и закончили, считай, через семь часов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Карин кивнула, подумав, что если ничего не осталось дома, то ей придётся сходить перекусить в ближайшее кафе.
Она вышла из клановой лаборатории. Ветер донёс запах сакуры и напомнил о том «почти свидании» под сливами. Итачи должен был сегодня-завтра прийти, и сердце томительно билось, предвкушая… Додумать Карин не успела, потому что споткнулась и, взмахнув руками, полетела к земле, понимая, что не успеет сгруппироваться. Неожиданно она уткнулась во что-то живое, тёплое и довольно твёрдое, через долю секунды осознав, что это «что-то» — Учиха Итачи.
