Ты представила клиента своим мужчиной? Красивый и мой? Серьезно? Да тебя никто не вытерпит, кроме меня, ты же холодная как лед — сейчас я готова выдрать волосы Мире и плюнуть в рожу ее холеному братику. Спокойна, Соня, ты же интеллигентная девушка.
— Ты можешь думать так, как тебе хочется — спокойно выдаю ему. Кофе уже давно остыл, а жаль, наверное, он был вкусным.
— Я готов тебя простить и начать заново. Я был твоим первым мужчиной, закрою глаза на все твои загулы.
Пока я удивленно таращусь на Славу и думаю какого хера? Скорее бы принесли горячее, чтобы вылить прямо на его голову.
— Выдра моя, ну ни на минуту оставить тебя нельзя — сначала передо мной появляется огромный букет белых роз, а затем и мой неандерталец собственной персоной.
Зажмуриваю глаза на несколько секунд и снова открываю. Не показалось, здесь, стоит передо мной красивый и, кажется, все еще мой. На правой щеке красуется небольшая ссадина, но это только добавляет ему мужественности. Только бы не ушел, только бы не ушел! Спрятав свой порыв вскрикнуть «Откуда ты здесь?». Я отодвигаю свой стул и становлюсь на ноги, крепко обнимаю Богдана за шею, а затем присасываюсь к нему голодным поцелуем. Секунда, вторая, третья и неандерталец начинает атаковать мой рот. Как хорошо, Господи, как же хорошо. Богдан отрывается от меня и тяжело дыша шепчет мне на ухо
— Хрен ты у меня сегодня будешь спать — а я совершенно ничего не имею против.
Поймав боковым зрением, охреневший вид Славы, я решаю их представить.
— Знакомьтесь, Богдан — мой любимый мужчина, а это Слава брат моей подруги детства.
Слава поднимается со своего места и подает руку Богдана, выждав несколько секунд, Богдан протягивает ему руку и говорит:
— Хотелось бы побыть наедине со своей девушкой, если ты не возражаешь.
— А если возражаю? — нет, нет, нет. Богдан ведь его сейчас побьет. Слава всегда был трусоватым, не смотря на его комплекцию.
— Похуй вообще, могу твою рожу с асфальтом познакомить — нагло отвечает ему Богдан.
Славе, к счастью, хватает ума уйти и не отхватить от Богдана. Мы остаемся наедине.
— Это не то, о чем ты мог подумать
— Поехали в гостиницу — говорим мы одновременно.
По дороге в ближайшую гостиницу я забираюсь к Богдану на коленке и как голодная и воинственная амазонка присасываюсь к его губам. Задницей трусь о его возбуждение, таксист остановился и орет
— А ну ка вышли из машины, извращенцы! Трахайтесь в другом месте.
Богдан нехотя отрываясь от меня, достает из кармана купюру и вручает водителю.
— Быстрее вези нас по указанному адресу, иначе я тебя нахер за убийство посажу. Я не шучу.
Таксист молча заводит машину, а я продолжаю целовать Богдана, как голодная кошка. Как мы оказались в гостиничном номере, я не помню. Немного пришла в себя только тогда, когда Богдан развалился на кровати и усадил меня голую сверху. Только я приподнялась и хотела направить его член в себя, как Богдан схватил меня за попу и рывком потянул к своему лицу.
— Что ты творишь? — залепетала я и попыталась вывернуться. Но силы были далеко не равными.
— Перехожу на новый этап — усадив меня на свое лицо говорит Богдан.
Уперевшись ладонями в стену, я просто закрываю глаза и пытаюсь расслабиться, Богдан крепко держит меня за бедра и вовсю хозяйничает языком.
— Расслабься, кошка. Напряжена, как мои нервы последние десять дней
— Я пытаюсь… Ах! Это по-другому ощущается. Твоя щетина…Ммм..
Но Богдан меня уже не слушает, языком проникает глубоко, щетина царапает нежную кожу и все эти ощущения выбивают из моей головы все мысли, остается только этот гостиничный номер, язык Богдана и я, как один оголенный нерв.
Так бурно я не кончала никогда и не кричала так..
— Да, Выдра, это совершенно по-другому, это тебе не шесть девять — отдышавшись говорит Богдан. Я лежу на нем, все еще мелко подрагивая — ты меня сегодня, считай, лишила девственности.
— Мне что-то упирается в попу — шепотом выдаю я
— Даже не знаю что это может быть — поглаживая меня по спине, говорит Богдан. Я все еще сокращаюсь после бурного оргазма и знаю, что моему неандертальцу будет сейчас особенно хорошо.
Медленно поднимаюсь, смотрю на него и не могу удержаться, обхватываю его лицо обеими ладонями и целую долго, нежно.
— Садись на него — оторвавшись от меня, хрипит Богдан.
Боже, как же я люблю его член, который сейчас скользит во мне и всю меня наполняет, его руки, которые обхватили мои ягодицы, его рот, который терзает мои груди.
— Люблю тебя, тебя и твой член — сбивчиво шепчу ему после череды сильных толчков.
— Любишь трахаться со мной?
— Да, очень хорошо с тобой.
Богдан переворачивает меня, подкладывает подушку под живот, приподнимает меня за бедра и медленно входит на всю длину
— И мне тебя трахать доставляет огромное удовольствие. Как ты хочешь, Соня? Быстро или медленно? Грубо или нежно?
— Быстро и грубо — шепчу ему, а у самой щеки начинают гореть
— Как скажешь, сучка моя — Богдан наматывает мои волосы на кулак, обрушивается чередой сильных толчков и когда я уже чувствую, что он начинает кончать в меня, тянет за волосы и впивается в губы.
Второй оргазм менее яркий, чем первый, но тело трясет и я утыкаюсь лицом в постель. Богдан все еще во мне, делает пару толчком, а затем уткнувшись носом мне в висок шепчет
— И я хочу тебя по-разному, Соня. Хочу с тобой попробовать все.
12
Богдан не отпускал меня до четырех утра, с ума сойти можно. Сколько в нем энергии. На крайний раз у меня попросту не хватило сил, внизу все зудело от его бесконечных толчков. И я отделываюсь глубоким минетом.
— Итак, Соня, считаем, десять на три это тридцать. В среднем мы занимались любовью три раза, утром, вечером и ночью ты меня будила. Это я еще не считаю те дни, когда у меня были тяжелые задержания.
— К чему ты клонишь? — сложив ноги по-турецки заглядываю в его бесконечно красивые глаза
— Ты мне должна еще двадцать пять занятий любовью
— Сумасшедший — наклоняюсь к нему и трусь носом о его нос.
— И утром я должен проснуться от твоего минета, малышка.
Я жду, когда мой неандерталец засыпает, аккуратно убираю его руки и бегу в душ. Наспех помывшись, вызываю такси. Родителям я сказала, что задерживаюсь у подруги и они очень разволнуются, если утром не увидят меня в
